Ника Фрост – Необдуманное желание (страница 39)

– Ах ты ж мой, пенсионер, – я не смогла сдержать смеха и погладила его по плечу. – Может, это лучше заслуженным отпуском назвать?

– Мне всё равно, как это называется. Стране ничего не угрожает. Экономика стабильная. Что им ещё от меня-то надо?

– Всегда проще слушать чьих-то советов, – Роэль, остановившись, повернулся к нам лицом, – нежели самому что-то решать. Ведь кто отдавал приказы – тот априори виновен, ему и решать новые проблемы. И, как мне кажется, этому молодому дракону не очень-то и нравится вся эта власть.

– Что, по его лицу понял? – хмыкнула я.

– Ну почему по лицу. Нет, я же не только будущее вижу, я чувствую эмоции, отголоски ярких, как у него мыслей, вернее, их крайне смутных образов. Сейчас он искренне рад видеть своего правителя, и… у него есть какая-то «сногсшибательная» новость. Крайне радостная весть для него, которой ему не терпится поделиться. И, кажется мне, что он скоро станет отцом… Да. Полагаю, именно это я и ощущаю.

– Владыка! – ещё издалека, совсем неподобающе его статусу, закричал молодой белокурый мужчина. – Я так рад Вас видеть! Нам не сообщали о том, что Вы прибудете…

– Диэран, – Дэйн в мановение ока превратился в холодного, властного… Владыку. Будто по щелчку пальцев или волшебству. Ничего от того, каким он был только что – недовольным, бурчащим, наполненным различными эмоциями, не осталось. – Я просил не извещать о своем прибытии. Я здесь по своему, личному делу нахожусь и хочу, чтобы как можно меньше драконов… и не только знало о моем прибытии.

– Мальчик мой вернулся! – неожиданно заголосил женский голос, и настолько громким и звонким он был, что даже меня он заставил содрогнуться, а мужчин-драконов так и подавно всех скривило и перекосило.

– Это ещё кто? – Дэйн, сохраняя спокойный, размеренный тон, поинтересовался у Диэрана.

– Это… Это, – мужчина замешкался. – Она вырастила нас с братом, вместо рано почившей матери. Её зовут Мэйри. Она то ли с ума сошла, то ли просто не смогла смириться с новостью о смерти Дэйнмара. Однако она упорно считает, что Вы, Владыка, ныне покойный Дэйн. Прошу меня за это извинить. Я не знал, что она вернулась во дворец. Мы пытались её образумить, вразумить, но всё бестолку. И она… крайне настойчивая дама…

– Мальчик мо-о-ой! – уже где-то совсем рядом, и почему-то звук доносился сверху, радостно возопила женщина и… буквально плюхнулась нам под ноги.

Глава 32

 Мужчин с ног до головы накрыло поднявшемся в воздух песком, меня же Дэйн успел загородить собой, встав прямо передо мной.

– Ма-а-альчик мо-ой! – голос у дамы был таким радостным, будто она выиграла в лотерею не миллион, а миллиард, при этом её ещё и попутно другим чем-то порадовали.

Не сдержав любопытство, я выглянула из-за Дэйна, и моя челюсть рухнула вниз. Пред нами в оседающих клубах пыли и песка стояла… бабушка. Нет, я серьезно. Даме с таким бодрым, звонким голосом на вид было лет семьдесят, не меньше. Всё лицо у нее было покрыто достаточно глубокими морщинками. Седые, а не белые, как у Дэйна и Диэрана волосы, собраны в высокий пучок. Кожа полупрозрачная. Маленького роста, худенькая. Одета в ярко-зеленые брючки, облегающие стройные ножки. Темно-коричневая кожаная куртка, из-под которой выглядывала белоснежная рубашка. В довершении этого сногсшибательного, я бы даже сказала молодежного образа, на ней красовались высокие коричневые сапожки на каблучке, а за спиной виднелись объятые языками пламени перепончатые крылья.

И эта «бабушка» выглядела бодрее, моднее и колоритнее меня. И мне стало стыдно. И мне тоже резко захотелось облачиться как она, и желательно, чтобы за спиной у меня тоже так же полыхали крылья. Было бы эпично. Честно говоря, если бы я не видела её морщинистое личико так отчетливо, то дала бы ей лет двадцать пять, не больше. Море энергии, которая чувствовалась в каждом её движении. А казалось, что двигалась она постоянно, даже сейчас, стоя и смотря на Дэйна, её руки находились в движении, крылья совершали резкие взмахи, и с их кончиков сыпались мелкие искры. Яркий блеск черных глаз, на губах озорная улыбка… Бабуля-огонь, одним словом. Я по сравнению с ней – вода в болоте, мутная и затянутая трясиной.

– Ты ж мой хороший! Вернулся! – выдала она, наконец-то наглядевшись на Дэйна, что продолжал сохранять холодный вид и невозмутимое выражение на лице. – А я говорила этим остолопам! А они – не он это, не он!

Она повернулась к Диэрану, что поднял взгляд к небу, будто желая пересчитать там все звезды, которых пока нельзя было разглядеть на кристально-чистом голубом небе.

– Это не он, – всё так же смотря вверх, выдал он, и бабуля хмыкнула.

– Ну ты и остолоп!

И, подойдя к Дэйну, она, поднявшись на цыпочки, обхватив его за щеки ладошками, просюсюкала:

– Какой ты у меня серьезный-то стал. Вырос-то как!

И тут мужчина дрогнул, вот только не от нахлынувших чувств, а от раздражения, что эта незнакомая женщина позволяет себе с ним так обращается.

– Прошу вас убрать свои руки, – его голос буквально был пропитан насквозь яростью и холодом.

– Ты меня не помнишь! – выдала она сокрушенно и, убрав руки от его лица, всплеснула ими. – Не помнишь, как я о тебе заботилась, как переодевала…

– Вы забываетесь, – по телу Дэйна прошла мелкая дрожь, а воздух вокруг него начал резко охлаждаться. Поэтому я, что до этого прижималась грудью к его спине, поспешила отпрянуть на всякий случай, чтобы не приморозиться ещё ненароком. – Я вижу вас впервые.

– Неправда! Пусть ты и не помнишь, но именно я тебя воспитывала и заменила вам двоим, – старушка указала на Диэрана тоненьким пальчиком, – вашу мать. И ты сам называл меня мамой! – на этом моменте она трагично всхлипнула. Вот только что-то я не заметила на её лице переживаний. Мне кажется, она вообще не умела грустить, тосковать – столько в ней было жизни.

– Вы воспитывали не меня, а Дэйнмара…

– Так это ты и есть! – она даже притопнула ножкой от негодования. – Ну пусть ты этого не помнишь…

– Мэйри, – внезапно уставшим голосом обратился к ней Диэран, – пожалуйста, иди к себе в комнату, прими ванную. Успокойся. Дэйнмара больше с нами нет, перед тобой наш первый Владыка – Гориэрдрэй. Он похож на Дэйнмара, я не спорю. Я и сам вижу перед собой своего брата, когда смотрю на Владыку. То же лицо, глаза. Но, Мэйри, моего брата уже нет…

И столько печали я разглядела в лице этого мужчины, что даже мне стало грустно. Глядя сейчас на него, я понимала, что – да. Мужчины похожи. Белые волосы, сиреневый цвет глаз, черты лица… Конечно, не хватает Диэрану стати, но он крайне привлекательный молодой мужчина, лет тридцати на вид, высокий с хорошей, спортивной фигурой, которую не смог скрыть даже строгий крой его белоснежного камзола. Дэйн и Диэран… два брата. Неужели мой Дэйн не рассказал ему, что он был тем Дэйном, его братом? Почему он скрыл это? Ведь невооруженным взглядом видно, как переживает Диэран и тоскует по родному брату. Пусть Дэйн и не помнит, что с ним было в прошлой жизни, но каково сейчас Диэрану, который смотрит на Владыку и вспоминает умершего брата, и ему ничего другого не остается, кроме как горевать… Жестоко, как по мне. Но, с другой стороны, я ничего о них не знаю. Даже об этом Дэйне, Дэйнмаэране, ведь мы ещё так мало знаем друг о друге. Думаю, что я обязательно поговорю с ним об этом, спрошу причину, почему он не рассказал всю правду тому, кто для него потомок, а для кого он – Владыка и копия умершего брата.

– Дурак ты! А вроде умный! – выдала она и помахала в воздухе указательным пальчиком. – Гориэрдрэй. Тоже скажешь. Всегда считала, что хуже имечка и не придумаешь. А ты почему не скажешь, что твое имя не Гориэрдрэй, а? – строго обратилась она к Дэйну и ткнула пальчиком ему в грудь. – Тем более…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Это – моё дело, – оборвал её мужчина. – Мои потомки знают достаточно обо мне, столько, сколько им положено. А тебе откуда это известно?

– Ах, какая разница, – она словно засмущалась, махнула ручкой и звонко рассмеялась, будто он только что о её возрасте спросил. – Да что мы, право слово, тут стоим. Как не родные. Давайте в дом зайдем, горяченького с дороги попьем. А то жена Диэрана там уже себе места не находит, мечется, а ей нельзя переживать, о ребенке думать нужно…

И так хитро подмигнула мужчине. И, когда он нахмурился, она опять рассмеялась. Звонко, точно колокольчик.

– Думал, скроешь от меня это? Ах, негодник! Иди-иди, Ди, мы скоро придем. А ты не заставляй свою супругу переживать и ждать.

Но Диэран не сдвинулся с места, продолжая буравить старушку взглядом.

– Диэран, – Дэйнмаэран обратился к мужчине, – иди. И скажи слугам, чтобы подготовили ещё две комнаты.

Владыке, да ещё который обратился к нему таким тоном, мужчина не посмел перечить. И, коротко кивнув, он молча развернулся и уже не торопясь направился во дворец.

Когда Диэран отошел на приличное расстояние, Мэйри буквально вперила свой взор в меня, а я лишь краем глаза выглядывала из-за широкой спины Дэйна, и всё это время вела себя тише воды, ниже травы.

– Хороша! – воскликнула она и сделала пару шагов в сторону, чтобы лучше меня разглядеть. – Ой, хороша! Прямо сладкая конфетка, – взгляд её опустился ниже. – Грудь большая, бедра широкие… – начала перечислять она, и я от этих слов заливалась всё сильнее краской. – Хороших драконят тебе родит! – под конец резюмировала она.