Ник Тарасов – Метатель. Книга 6 (страница 3)
Особенно впечатляющим было то, как я воспринимал пространство боя в целом. Я одновременно видел и медленно оседающего трупа, и скелета, содрогающегося от ударов молний, и Киру, методично посылающую разряд за разрядом. Всё это складывалось в единую картину, где каждый элемент был кристально чётким.
Вся схватка заняла меньше минуты, но для моего обострённого восприятия она растянулась намного дольше. Я успел заметить каждую деталь: как искрят молнии на синтетической коже скелета, как разлетается плоть трупа от ударов топора, как воздух наполняется озоном от электрических разрядов.
Когда всё закончилось, я ещё несколько секунд оставался в боевой стойке, привыкая к новому состоянию. Это было похоже на пробуждение от странного сна — реальность постепенно возвращалась к нормальной скорости.
— Это было… впечатляюще, — произнесла Кира, разглядывая поверженных противников. — Ты двигался как-то иначе. Более плавно, иногда даже размыто, что ли.
— Всё воспринимается по-другому, — попытался объяснить я. — Словно время замедляется, и ты можешь видеть каждое движение, каждый удар ещё до того, как он начался.
В это время, я увидел новые отметки на карте. Много.
— Кир, у нас гости. Много. Берем лут и готовимся к встрече.
Глава 2
Пока Кира быстро собирала добычу с поверженных противников, я внимательно изучал карту. Увиденное не радовало — настоящий рой красных точек двигался в нашем направлении. Не меньше двух десятков существ приближались по коридору.
— Слушай, Кир, — я лихорадочно оценивал ситуацию, — или нас сейчас просто сомнут числом, или это какие-то мелкие твари. Но система пометила их красным — значит, они реально опасны…
До появления этой орды оставалась максимум минута. Они вот-вот должны были хлынуть из-за поворота, а решения всё ещё не было. И тут внутренняя стрелка мигнула, указывая вверх.
Подняв голову к потолку, я мгновенно уловил возможность. Бросив Кире короткое «я сейчас», активировал телепортацию, переместившись к самому своду туннеля.
Действовать нужно было молниеносно — пока тело не начало падать, я с силой вогнал костыль в каменную поверхность. Начав падение, тут же телепортировался обратно к костылю. Одной рукой держась за трос, второй активировал фортификатор — костыль уже начал расшатываться, грозя выскочить из своего крепления.
Благодаря обострённому восприятию каждое движение было выверенным. Я буквально видел, как материал под действием фортификатора меняет свою структуру, как камень сплавляется с металлом, создавая надёжную опору. Двадцать секунд непрерывной работы — и крепление было готово.
Спрыгнув вниз, я подхватил Киру, и следующая телепортация забросила нас обоих наверх. Мы оказались примерно в пятнадцати метрах над полом — достаточно высоко, чтобы быть вне досягаемости большинства атак, но при этом сохранять возможность для собственных действий.
Устроившись в петле троса, мы приготовились к встрече с неизвестной угрозой. Моё новое зрение позволяло различать мельчайшие детали даже в полумраке подземелья — каждую трещину в камне, каждый отблеск на рунах.
Карта показывала, что ждать осталось недолго — красные точки приближались с пугающей скоростью. Их движение напоминало поток жидкости, заполняющий все доступное пространство туннеля.
— Как думаешь, что это? — прошептала Кира, готовя молнии.
— Судя по характеру движения… — я всматривался в приближающиеся отметки, — что-то роевое. Они перемещаются как единый организм.
Наша позиция давала тактическое преимущество — противники явно не ожидали атаки сверху. К тому же, взгляд сверху позволял видеть картину целиком: каждое движение в коридоре, каждое колебание теней, каждый признак приближающейся угрозы.
— Готовься, — я крепче перехватил трос, — сейчас начнётся…
Мы замерли в ожидании, вглядываясь в темноту коридора. Карта показывала, что первые особи уже должны были появиться из-за поворота в любую секунду. Воздух словно загустел от напряжения, а руны на стенах, казалось, начали пульсировать чаще.
И тут из-за поворота коридора хлынула волна существ. В тусклом свете рун их хитиновые панцири отливали маслянистым блеском — гигантские муравьи размером с крупную собаку. Система услужливо подсветила их уровни — от 110 до 118.
«Кира», — передал я мысленно через нашу связь, — «как думаешь, под скрытом они нас не заметят? Может, просто пройдут мимо?»
Моё обострённое зрение замечало каждую деталь их строения — мощные жвала, способные, наверное, перекусить металл, суставчатые лапы с острыми когтями, явно приспособленные для лазания по стенам. Эта последняя деталь особенно беспокоила — высота могла оказаться не такой уж надёжной защитой.
Кира не успела ответить — ответ пришёл снизу. Раздался жуткий скрежещущий звук, от которого по спине побежали мурашки, и практически все особи синхронно подняли свои хитиновые головы, уставившись прямо на нас. Их фасеточные глаза блеснули в полумраке, а усики задвигались, анализируя воздух.
— Запускай шаровые! — скомандовал я, поражаясь чувствительности их обоняния. Кто бы мог подумать, что в данже встретятся мобы с настолько развитым чутьём!
Кира среагировала мгновенно — две шаровые молнии одна за другой ударили в самую гущу противников. Электрические взрывы разметали муравьёв как кегли, их хитиновые тела с глухим стуком ударялись о стены.
Балансируя на тросе, я превратил пространство под нами в настоящий дождь из энергетических копий. Каждый бросок находил свою цель — попадать было несложно, учитывая плотность их построения. Благословенная способность возвращала оружие быстрее, чем я успевал его метнуть, создавая непрерывный поток атак.
Кира перешла на точечные удары молниями, методично поражая цель за целью. Её атаки были выверены с хирургической точностью — каждый разряд находил уязвимое место между пластинами хитина.
Моё новое восприятие позволяло видеть всю картину боя как на ладони. Я замечал каждое движение внизу, каждый манёвр противника. И именно поэтому первым заметил, как несколько особей начали взбираться по стенам — и делали это с пугающей скоростью.
— Кира, на стенах! — крикнул я, перенаправляя часть атак на карабкающихся муравьев.
Их когти легко впивались в камень, позволяя двигаться почти так же быстро, как по полу.
Каждое движение существ теперь воспринималось с невероятной чёткостью. Я видел, как сокращаются их мышцы под прозрачными участками хитина, как координируются движения множества лап, как поворачиваются головы, отслеживая нас своими фасеточными глазами.
В бою проявилась ещё одна особенность моего нового состояния — способность одновременно отслеживать множество целей. Я мог видеть общую картину сражения и при этом замечать каждую деталь: как искрят молнии Киры на хитиновых панцирях, как разлетаются осколки при особенно метких попаданиях, как перестраиваются оставшиеся особи, пытаясь найти новые пути для атаки.
Время по-прежнему казалось замедленным, позволяя реагировать на каждую угрозу с почти нечеловеческой точностью. Каждый бросок копья, каждое движение тварей — всё происходило словно в какой-то странной боевой хореографии.
Особенно впечатляющим было то, как работало моё улучшенное периферийное зрение. Я мог одновременно следить за массой внизу, отслеживать карабкающихся по стенам особей и при этом не терять из виду Киру, координируя наши атаки для максимальной эффективности.
Сбросив карабкающихся по стенам тварей, мы сосредоточились на основной массе противников. Кира демонстрировала впечатляющее тактическое мышление — чередовала прямые молнии с шаровыми, выбирая последние для моментов, когда муравьи собирались плотными группами по пять-шесть особей.
Вдруг я заметил, что её атаки прекратились. Мое обострённое восприятие зафиксировало паузу в две секунды — достаточно долго, чтобы забеспокоиться. Но прежде чем я успел что-то предпринять, Кира выпустила совершенно новый тип молнии.
Электрический разряд ударил в ближайшего муравья и, вместо того чтобы рассеяться, поглотиться в его теле, перескочил на следующего. Словно в каком-то смертоносном танце, молния прошла через десяток существ, превращая их в дымящиеся туши. Не давая противникам опомниться, она тут же запустила вторую цепную молнию с противоположной стороны.
Заметив, что осталось всего четыре или пять особей, я решил закончить бой эффектно. Спрыгнув вниз, выхватил топор и погрузился в то особое состояние, где время почти останавливается.
Теперь каждое моё движение было частью смертоносного танца. Я скользил между муравьями с невероятной грацией, словно в каком-то странном балете. Новое восприятие позволяло видеть каждую уязвимую точку в их хитиновой броне — там, где пластины соединялись, образуя едва заметные щели.
Первый удар — лезвие топора точно вошло между головой и грудным сегментом ближайшего муравья. Не останавливаясь, я крутанулся вокруг своей оси, уходя от атаки второго и одновременно нанося рубящий удар по его передним лапам.
Каждое движение было выверено до миллиметра. Я видел, как существа пытаются окружить меня, но их движения казались такими медленными, словно они двигались в густом сиропе. Уклонение, подсечка, удар — всё сливалось в единый поток действий.
Особенно эффектным получился момент, когда два муравья атаковали одновременно с разных сторон. Я просто нырнул под их столкнувшиеся тела, оставляя глубокие раны в их незащищённых брюшках. Движение было настолько плавным, что они даже не успели понять, что произошло.