Ник Сполдинг – Любовь... с двух сторон (страница 14)

Как говорится, получил по полной: казался ничтожеством не только этому деду — Венди тоже считала меня бракованным экземпляром в мужском стаде. Оставалось только, поджав хвост, убраться восвояси. В свою нору, к микроволновой упаковке куриного плова с индийскими пряностями и стрельбе на телеэкране.

И все же в этом океане самоуничижения и комплексов еще высился островок гордости.

— Я хочу попробовать еще раз, — сказал я, хотя ни черта на самом деле не хотел.

— Ты уверен? — Венди посмотрела на меня с тревогой.

— На все сто. Могу я получить назад свое ружье?

— Да, конечно… только, смотри, аккуратнее, а то ведь отстрелишь себе чего-нибудь.

Она снова снарядила дробовик двумя патронами и протянула мне. Но рядом стоять не осталась, а отошла на обидное для меня расстояние.

Дыши ровно, Ньюман. Собери волю в кулак, покажи им, что у тебя тоже имеется мужское достоинство.

Я сосредоточился. Плечо дергало, сердце стучало, но я решил, что сыграю эту роль достойно. Знал прекрасно, что все эти снобы следят за каждым моим движением. Краем глаза заметил, что бородач с жилетами достал мобильник и уже держит палец на девятке, чтобы набрать 911. Направив дуло в небо, я гаркнул:

— Давай!

Адова машина послушно метнула снаряд. Я взял его на мушку, памятуя о том, что Венди велела нажать курок на секунду раньше…

Розовая глиняная безделушка разлетелась в пыль.

Получилось. У меня получилось! Я подстрелил эту гребаную тарелку.

— Ты молоток, Ньюман! — проверещала Венди.

— Новичкам везет, — пробурчал шеф полиции.

— Давай! — снова завопил я. Вверх взмыла еще одна тарелочка, и я опять ее расстрелял.

Неужели это правда? Да я прирожденный стрелок!

Следующие десять минут были минутами высшего блаженства. Из пятнадцати тарелочек я разнес одиннадцать. Венди сказала, что для новичка это абсолютный рекорд. После четвертого удачного выстрела она облапила мою задницу и сердечно ее помяла. Пускай мнет, для настоящего мачо это как зарядка, даже член мой слегка взбрыкнул. Теперь я понимал, почему столько парней увлекается стрельбой.

Питер, престарелый коп, все больше мрачнел, мне на радость. Он подстрелил вдвое меньше, чем я, и это бесило его страшно.

Мне захотелось большей славы.

— Можно я попробую попасть сразу в два? А, Венди?

— И ты еще спрашиваешь! — просияв улыбкой, она крикнула гомункулусу, управлявшему метательной машиной: — Тревор, дорогуша, заряди для Ньюмана парочку.

Тревор исполнил приказ, и у меня опять получилось.

Старый Питер смотрел на меня с лютой завистью, а Венди — с лютым вожделением.

Остальные стрелки больше не отвлекались на выскочку, которого Венди зачем-то привела, им было плевать на выверты презренного работяги. Тревор собрался почистить ухо острием складного ножичка. Но не-е-ет, я не дал ему этой возможности, я снова схватил свое великолепное ружье, горя желанием еще раз сокрушить пару глиняных тарелочек.

— Давай! — завопил я, будто сам бог войны, свирепый Марс.

Розовые диски порхнули в небо, один чуть впереди другого. В мгновение ока я поразил первый и стал наводить ружье на второй.

О нет — второй, оказывается, летел чуть быстрее. Сейчас он от меня ускользнет!

Я суетливо пытался взять его на мушку, не замечая ничего вокруг. Я, тарелочка и ружье — только это было важно. Все остальное к черту! Между тем тарелочка летела все быстрей и опускалась все ниже. Еще секунда — и неотвратимый промах!

Надо стрелять!

— Бум! — прозвучал дробовик.

— Взжик! — пронеслась тарелочка, теперь уже недосягаемая.

— Хря-а-асссь! — раздалось слева — это разлетелось вдребезги водительское окошко новенького «Рендж Ровера», в которое попали дробины от моего патрона.

Теперь я в полной мере прочувствовал смысл фразы: «Хочется провалиться сквозь землю». Это наверняка и с вами случалось. Ну а мне хотелось провалиться еще глубже.

Над стрельбищем повисла тяжкая тишина, все глаза были устремлены на меня. Глаза, полные крайнего изумления. Опустив дробовик, я внимательней осмотрел изувеченный «Рендж Ровер». Теперь мне захотелось навсегда исчезнуть в безднах вселенной.

Из моего перехваченного ужасом и страхом горла вырвался слабый писк. Я отшвырнул ружье, как ядовитую гадюку.

— Мудила ты гребаный! — взревел Питер, доблестный начальник полиции, к тому же ужасающе похожий на мэра столицы. — Что ты сделал с моим «Рендж Ровером», щенок дрочливый?

Конечно же это была его тачка. А чья же еще? Лицо Питера стало вулканически-багровым. Руки тряслись от ярости, и приклад ружья от этой тряски постукивал о край его деревянной рамки.

Сегодня я умру! Я расхреначил новую крутую тачку этого садиста, а он, на минуточку, с полицейским значком и лицензией на охотничье оружие. Сейчас он направит дуло своей базуки на мою дурную голову и сделает с ней то, что ему не удавалось с глиняными тарелочками.

К счастью, подбежала Венди и спасла меня.

— Это так ужасно, Питер! Но Ньюман просит прощения… правда, Ньюман? Очень сильно просит.

— Мхгм, д-дэ, гкхм…

— Слышишь? Очень.

Вцепившись в мое плечо, она повела меня тихонечко прочь.

— А что с машиной-то, мать твою, делать? А, Венд?!! — проревел Питер.

— Я попрошу папу о ней позаботиться. Все будет тип-топ.

— Тип-топ?! Какое на хер тип-топ?!! — пророкотал шеф полиции. — Я всего три дня назад купил ее!

— Значит, еще действует гарантия, — брякнул я и тут же об этом пожалел.

— Гарантия?! Ты так считаешь, дрочила гребаный? Что они станут бесплатно выгребать говно за криворуким засранцем и мазилой?

— Остынь, Питер. Все будет нормально.

Голос Венди поднялся на целую октаву, у меня все внутри сжалось.

Венди продолжила спасательную операцию:

— Кстати, нам пора домой, — бодро сказала она и торопливо потянула меня к краю изгороди. Я услышал за спиной щелчок раскрытого для перезарядки дробовика. — Давай пробежимся трусцой? Это полезно.

Дважды ей повторять не пришлось. К черту амбиции, я бежал изо всех сил. К счастью, Питер определенно любил плотно поесть и при его комплекции точно не смог бы кинуться в погоню. В общем, вероятность получить выстрел спину от старого хрыча уменьшалась с каждым метром.

Когда мы добрались до двора, я понял, что какое-то время еще побуду на этом свете. И остро почувствовал, что мне хочется немедленно поставить точку.

— Пожалуй, я сейчас сразу и поеду.

— Да, пожалуй, так будет лучше, Ньюман, — сказала Венди и (спасибо ей) добавила: — Знаешь, нам, наверное, не стоит встречаться, мы с тобой все-таки очень разные.

— Ты права. Слишком боевая у нас может получиться дружба, не успеем оглянуться — и до смертоубийства дойдет.

Она улыбнулась.

— Всего тебе хорошего, Ньюман… Джейми. — Она чмокнула меня в щеку. — Быстрей отчаливай, пока Питер не напустил на тебя ищеек.

Возможно, Венди пошутила, но по подъездной аллее я несся на сумасшедшей скорости.

Мчась по живописной сельской местности назад в объятия города, я все прокручивал в голове сегодняшнее приключение. Запросто ведь мог погибнуть ни за что ни про что! Я так был увлечен пережитым, что не заметил подлетевший сбоку микросамолет, который едва не задел крышу моей тачки.

— Что за хрень!! — взвыл я и резко нажал на тормоз.

Через ветровое стекло я с ужасом смотрел, как самолетик болтается совсем низко, в нескольких дюймах от меня. Сквозь шум мотора я расслышал слабый женский крик.

Неровно покачиваясь, самолет ярдов двадцать скользил вдоль изгородей, почти впритык. Но потом выровнялся и, срезав колесами макушки у пары деревьев, снова набрал высоту и исчез из виду.