Ник Робертс – Дом экзорциста (страница 48)

Затем извержение резко прекратилось. Мерцание в колодце вновь ожило и залило помещение своим светом. Горячая жидкость заляпала весь подвал, и даже участок пола между Дэниелом и Алисой. Они смотрели, как что-то двигается в тайной комнате. Там была какая-то тень, но конкретно Дэниел разглядеть не мог.

– О, как божественно: сочные ароматы Земли! – пропел голос из тайной комнаты.

Алиса тяжело задышала, когда до нее начало доходить, что происходит. Дэниел встал на ноги и нагнулся, чтобы взять ее на руки. Он не хотел слышать ни капли из того, что доносилось до него.

Вскоре после того, как он помог Алисе подняться, из колодца вылез размягченный труп отца Мартина. Его плоть разбухла и побагровела. Шея распухла и почернела от удушения. Глаза горели кроваво-красным цветом, какого не было ранее ни у одного из одержимых. Кресты на одеянии теперь были богохульно перевернуты.

Дэниел взял дочь за руку и встал перед ней, защищая от угрозы. Нечестивая тварь посмотрела на Дэниела и расплылась в улыбке. Каким-то образом она отличалась от той, которая вселилась в Алису. Не было чудовищного увечья на лице; простая ободряющая улыбка принадлежала отцу Мартину. Что бы ни стояло перед Дэниелом, оно не пыталось нагнетать чрезмерный ужас. Оно стояло, вселившись в тело священника, но более прямо, более уверенно в себе.

– Что ты такое? – наконец спросил Дэниел.

Нечестивый священник улыбался, оглядывая комнату с искренним любопытством.

– Сущности, имена… Что есть имя, в конце концов?

Дэниел не знал, что ответить. Отец Мартин засунул руки в карманы.

– Разве имена есть не более чем этикетки? Еще одна беспомощная попытка человека классифицировать то, что его окружает. Имена… не более чем инструменты, чтобы контролировать низших существ, обитающих в хаосе. Совершенно бесполезные, можно заметить, не так ли?

Дэниелу отчаянно хотелось унести отсюда ноги. Ему хотелось заорать на дочь, чтобы она тоже бежала к лестнице и к своей матери, и чтобы они обе сматывались отсюда подальше, пока он сражался бы с тварью, чтобы дать им хоть немного времени. Но он знал, что они трое прокляты. И у него не было никакого плана, как продолжить игру после гибели священника – никаких карт на руках больше не осталось.

– Судя по твоей устрашающей претенциозности, сам ты себя считаешь кем-то очень важным, – сказал Дэниел.

Налитые кровью глаза столкнулись с глазами Дэниела. Он ощутил, как их горящий взгляд прожигает его до самого нутра. Прилив страха парализовал его самодовольство. Священник улыбнулся удовлетворенно. В этот раз за его изогнутыми губами показались два ряда острых зубов.

– Всегда срабатывает. Каждый раз, когда я прихожу в этот потерянный рай, я всегда сгораю от голода, от желания попробовать самой сладкой плоти – плоти нерожденных.

Спасительный инстинкт Дэниела дал ему пинок – он сжал кулаки и стиснул зубы. Пришелец из ада заметил его угрожающую позу и хмыкнул. В мгновение ока труп священника трансформировался в демонического бегемота восьми футов ростом. Огненные крылья распахнулись у него за спиной. Его кровавая пасть распахнулась настолько широко, что могла проглотить человеческую голову. Из кровоточащих десен торчали ряды клыков, каждый размером с указательный палец Дэниела. Глаза твари вспыхнули и сосредоточились на Алисе. В три шага тварь добралась до девушки. Дэниел из последних сил потащил дочь к лестнице, когда чудовище бросилось на него.

В тот самый момент, когда струя черной дряни из колодца окатила Дэниела и Алису, Нора осторожно кралась через кухню. Дойдя до подвала, она замерла в нерешительности, прижав ухо к деревянной поверхности. Как только она услышала шум борьбы, то сразу же рывком распахнула дверь и ринулась вниз, перепрыгивая через ступеньки и ведя по стенке лучом фонаря с отображенным на нем крестом. Демон не обратил на нее ни малейшего внимания, так как был сильно занят Дэниелом, пытаясь схватить его за голову. Дэниел успел увернуться и спасти свой череп, однако пожертвовал вместо него ключицей. Он заорал от боли, когда демон впился в него зубами и оторвал от пола. Когда Дэниел попытался вырваться, поток крови полился по его туловищу.

Алиса, рыдая, бросилась к матери. Нора направила луч фонаря прямо на тварь, но рука ее так сильно дрожала, что она не смогла сразу четко прицелиться. Демон уставился на Нору красными глазами поверх окровавленного плеча мужа. Она знала, что монстр улыбается ей, несмотря на то что его зубы вцепились в плоть. Она испытала странное ощущение узнавания, так как уже видела ранее эти глаза в глубине колодца.

– Спрячься за мной! – сказала Нора дочери.

Алиса забежала ей за спину и присела, дрожа от ужаса. Нора с огромным усилием зажмурила глаза, стараясь не обращать внимания на стенания мужа, и начала молиться:

– Прошу, Боже, помоги нам. Спаси нашу семью. Избави нас от этого зла.

И в этот самый момент чья-то холодная ладонь схватила ее за запястье. Нора открыла глаза и посмотрела направо. Рядом с ней стоял Люк, смотря на воплощение зла перед ними с ничем не замутненной ненавистью. Тело его светилось. Он обхватил фонарь у нее в руке.

– Дайте его мне, – сказал он.

Красные глаза демона расширились, когда он увидел, что Люк направил прямой поток света на него. Он выпустил Дэниела из окровавленных челюстей и огласил подвал яростным воплем, от которого потолок над ним задрожал. Упав на пол, Дэниел перекатился на бок и зажал ладонями пульсирующую рану.

Крестообразное пятно света ударило тварь прямо в морду. Сразу раздалось шипение и дым начал подниматься от плавящейся плоти. Люк уверенно пошел на чудовище, отгоняя его подальше от Хиллов. Дымящийся демон попытался закрыться от луча лапами, но они точно также поджарились. Он залаял и зарычал одновременно от ярости и боли.

Лежа на полу, Дэниел наблюдал, как дух Люка загнал тварь в угол. Увлеченный этим зрелищем, он даже не сразу заметил, как в другом углу подвала материализовался Мерл, и когда обратил внимание на призрак старика, тот кивнул ему в ответ и присвистнул:

– Эй, Бак!

Пес сбежал по лестнице. Мерл указал на скорчившееся в углу рычащее отродье. Бак стремительно пересек подвал и бросился на демона. Он яростно щелкал зубами, пытаясь как можно лучше укусить монстра, в то время как Люк продолжал удерживать тварь на месте с помощью фонарика. Наконец зубы гончей вонзились в шею демона и придавили его к полу. Люк схватил розарий отца Мартина, протянул его к морде отшатнувшегося чудовища и произнес:

– Во имя Господа-Отца повелеваю тебе, чертов ты кусок дерьма.

Огонь в глазах твари потух, обратившись в пепел, и дымом вытек из глазниц, поднимаясь к потолку и полностью растворяясь. Люк облегченно вздохнул, представляя, как смог вытекает через дом на улицу и устремляется к небесам. Он посмотрел на Бака возле своих ног, по-прежнему державшего в зубах безжизненное тело за шею.

– Кусай же. Знаю, ты долго ждал, – сказал псу Мерл.

Бак сжал челюсть и разорвал демону глотку. Нити связок и сухожилий повисли из пасти пса, а затем он проглотил их.

Лицо Дэниела застыло в выражении полнейшего непонимания. Он смотрел, как старик улыбнулся псу и подошел к маленькой дверке. Согнувшись, сделал шаг внутрь. Дэниел ползком добрался до жены и дочери. Нора, полностью освободившись от демонической власти, склонилась над раненым мужем, чтобы обнять его. Алиса присела рядом с ними, а затем они придвинулись поближе к тайной комнате, решив увидеть, что произойдет дальше.

Мерл встал возле колодца, в одной руке зажав крест, а в другой бутылочку, вероятно, святой воды. Осенив себя крестным знамением, старик сказал несколько фраз на латыни, а затем вылил святую воду в колодец.

Тем временем остатки тела демона совсем изжарились под фонарным лучом. Огромная вспышка озарила подвал. Хиллы заслонили глаза от невыносимо яркого света. Когда последние клочки сернистого дыма засосало в колодец, сияние померкло. Пепел сгоревшей твари взлетел в воздух и рассеялся. Дэниел успел открыть глаза как раз вовремя, чтобы успеть увидеть, как колодец задрожал и провалился внутрь себя. Наконец, землетрясение вселенского масштаба прекратилось, и наступила тишина.

Хиллы оглянулись друг на друга, осознав, что кошмар завершился. Дэниел обнял жену и дочь с криком, в котором смещались одновременно облегчение и радость.

– Думаю, с ними все должно быть в порядке, – сказал Мерл Люку.

Дэниел разомкнул объятья и посмотрел на вставших перед ним старого фермера и Люка. Оба видения тепло улыбались.

– Спасибо! – сказал Дэниел. – Спасибо вам обоим!

Он попытался подняться на ноги, но поморщился от боли в боку.

– Полегче, приятель, – предупредил его Мерл.

– Лучше проложите туда лед, мистер Хилл, – посоветовал Люк.

– Люк, я уж сколько раз говорил тебе, чтобы ты звал меня просто Дэниел.

Нора обняла Алису за плечо.

– Спасибо, что спасли мою семью, – расплакалась она.

Мерл кивнул ей.

– Мэм, – начал он, – на самом деле я должен благодарить вас за то, что вы спасли мою семью.

Нора не смогла понять, что он имеет в виду.

– Потому что теперь, когда мы помогли вам… мы наконец можем обрести вечный покой, – объяснил ей старик. – Ну а вы тоже теперь можете обрести покой… по крайней мере, если вам больше не нравится жить в старом доме экзорциста, – добавил он с усмешкой.