Ник Перумов – Сталь, пар и магия (страница 8)

А сведения… помилуйте, мисс Моллинэр. Вы умны и сообразительны не по годам, вы и впрямь прошли через многое этой зимой, повзрослели. Рассудите сами, для чего варварам такой ценой добывать известия о том, что, скажем, «Геркулес» выдвигается на позиции? Они могут получить эти сведения куда более простым и надёжным путём. Скажем, устроив наблюдательный пост на одной из главных магистралей. Оттуда через леса весть достигнет их боевых отрядов куда скорее и вернее, чем отсюда, из сердца Норд-Йорка.

Так что, если вы и говорите правду, мисс, я ничем не рискую, оставляя этого потенциального «связного» варваров на свободе. — Лорд Спенсер вдруг нагнулся так, что льдистые глаза оказались почти у собственных глаз Молли, заставив её вздрогнуть. — Гораздо важнее, чтобы вы поняли, мисс, — со мной не торгуются. Никто и никогда. Здесь делают то, что я говорю. И вы, мисс, не станете исключением.

Молли сжалась в комочек на жёстком железном сиденье, насколько позволяли оковы.

— Так вот, мисс Моллинэр, с вас сейчас снимут цепи. Вы сядете за стол и напишете записку, которую я вам продиктую. Если вы начитались шпионских романов, — лорд усмехнулся, — то, наверное, слыхали о такой вещи, как «работа под контролем». Угодивший в плен агент старается дать знать своим, что захвачен, что передает приказанное захватившими, и включает в сообщения условный сигнал. Проигнорируем тот факт, что варварам едва ли может быть известно такое, перестрахуемся. Поэтому послание должно быть написано в точности как я скажу. Никаких пропущенных букв, лишних точек, запятых и тому подобного. Письма я собираюсь проверять лично, но даже если и не стану, не сомневайтесь, мисс Моллинэр, я буду точно знать, что вы там написали.

— А если, — буркнула Молли, не в силах выносить надменный, презрительный голос, — если условным сигналом как раз и есть письмо без единой ошибки или помарки? Или, наоборот, с кляксой в должном месте?

Это было резко и рискованно. Разве может прикованная к стулу девочка так говорить с могущественным и загадочным лордом, кому, судя по всему, подчиняются все в Особом Департаменте?..

Но к тому моменту Молли уже почти забыла о страхе. Его снесли волны злости и упрямства, тех самых злости и упрямства, что позволяли ей учиться, несмотря на берёзовую кашу от госпожи Старшей.

Она забыла о страхе, в сердце оставались только злость да неистовое «не поддамся!».

Russkie ne sdayutsya, как говаривала порой Таньша…

— Этот риск, — улыбнулся достопочтенный лорд, — я беру на себя. Как я уже сказал, рано или поздно лазутчик варваров попадётся всё равно, но мне интересны другие вещи. А их я получу, даже если это ваше пресловутое «письмо без помарок и описок» на самом деле является условным сигналом. Но — землю копай, лопату не забывай — мы примем все возможные меры.

Итак, мисс, вы напишете, что я вам велю. Затем вас выпустят. Вы отправитесь домой. Оттуда — к тайнику. Положите записку. Вернётесь обратно, на Плэзент-стрит…

— Rooskies могут уже знать, что меня сцапали, — фыркнула Молли. — Они наверняка следили за домом. А вы, ваша светлость, устроили там та-а-а-акой цирк…

Цирк, собственно говоря, устроил не его светлость, а департаментские громилы — но какое это сейчас имело значение?

— Гм, мисс Моллинэр, а вы мне определённо нравитесь, — после паузы выдал вдруг лорд Спенсер. — Вы уже примеряете на себя роль двойного агента. Очень, очень хорошо. Мне кажется, мы с вами таки поладим в конце концов. Давайте так. Я нарушу собственные принципы и немного забегу вперёд. Я расскажу вам, что ждёт вас лично, если вы… проявите разумность и послушание. И конечно, если вы были правдивы со мной.

Он прошёлся туда-сюда, выразительно задержавшись возле скованных родителей Молли и братца Билли.

— Я дам вам шанс всё исправить. Полагаю, ваше пребывание в плену у варваров и, гм, ваше возвращение, к которому у меня по-прежнему имеются, ха-ха, кое-какие вопросы, должно остаться секретом. Для публики… для родственников, для вашей гимназии, учителей, подруг и одноклассниц мы объявим, что вы поступили юнгой на «Геркулес» — это соответствует действительности — и что принимали участие в боях. Объявим, что вы бежали из дома, будучи охвачены патриотическим порывом…

Кто-то сдавленно фыркнул. Похоже, Фанни. Лорд Спенсер метнул туда гневный взгляд, и в камере мгновенно воцарилась полная тишина.

— Охвачены, как я сказал, патриотическим порывом. Под вымышленным именем вы поступили на службу, проявили мужество и героизм в столкновениях с варварами, но в суматохе последнего боя потерялись, отстали от своих. Мы оформим соответствующие бумаги. MIA[3], вы будете MIA, всё честь по чести. Понимаете, куда я веду и на что намекаю?

Молли судорожно кивнула. Пусть, пусть говорит всё что угодно, лишь бы не угрожал маме, братику и папе!..

— Потом… гм, это, пожалуй, самое трудное. Ваши родители подняли большой шум, вас разыскивала полиция… — Лорд нахмурил высокий лоб, несомненно в старых романах не избежавший бы поименования «благородным».

— Пусть бы меня нашли егеря? — робко предложила Молли.

Деваться некуда, она должна вместе с нахальством проявлять и послушание — если хочет спасти семью!

— Егеря? — эрл поднял бровь.

— Ну да, ваша светлость, егеря из Горного Корпуса. «Геркулес» подбили. Я отстала от своих, бежала от варваров, а потом… блуждала по лесам…

— Чепуха, — резко оборвал её лорд Спенсер. — Я хоть и пошутил насчёт вашего выживания на льду Северного моря, но на самом-то деле в лесах на склонах Карн Дреда вы зимой не протянули бы и нескольких дней, мисс Моллинэр, вы бы просто замёрзли. Хотя ваша идея с егерями мне нравится… тем более что все, конечно же, подумают на моих… — Он элегантно коснулся правого виска средним и указательным пальцами. — Гм, пожалуй, пожалуй. Пожалуй, нам это подойдёт, мисс Моллинэр. Вас подобрал отряд егерей, идущий на важное и ответственное задание, разумеется, сугубо секретное. Они не могли остановиться и повернуть назад. Поэтому вы следовали за ними. Нет, вы не можете никому рассказать, где именно вы были, что вы делали и как звали этих храбрых солдат Её Величества. Это военная тайна. Потом, когда наши доблестные защитники успешно исполнили порученное, они вернулись назад, и вы вместе с ними. Всё понятно пока, мисс Моллинэр?

Молли ничего не оставалось как кивнуть.

— Арест… то есть, э-э, временное задержание вашей семьи будет объяснено ошибкой мелкого клерка, каковой клерк будет с позором изгнан из рядов славного Департамента, с непременным распубликованием в газетах. Всё вернётся, всё станет как было. Ну, как вам такая перспектива, мисс Моллинэр? Разумеется, сие может воплотиться, лишь если ваши слова о тайнике для переписки с варварами и об их связном окажутся правдой.

Лорд закончил, явно довольный собой. Стоял, скрестив руки, и снисходительно глядел сверху вниз на девочку.

Молли никак не могла набраться храбрости и взглянуть лорду в глаза. Все запасы смелости исчерпались, злость схлынула, и никак невозможно было отвести взгляда от скованной одною цепью семьи.

— Сказавши всё вышепрозвучавшее, мисс Моллинэр, я не могу не повторить: в вашем рассказе по-прежнему слишком много нестыковок и несообразностей. — Постояв, лорд Спенсер ходил теперь кругами, так что Молли приходилось вовсю вертеть головой. Сил смотреть ему в лицо не было, но и сил отвернуться — тоже, как будто за её спиной почтенный лорд немедля обратился бы в жуткое страшилище.

— Во мне нет магии… — прошептала она наконец. Прошептала невпопад, совершенно не к тому, что только что довелось выслушать. Слёзы вновь скатывались по щекам, и Молли поневоле затуманенным взглядом заметила, как горестно сдвинулись мамины брови, а на папином лбу легла глубокая складка.

— В вас нет магии, — словно бы нехотя, но, не имея иного выхода, подтвердил девятый эрл. — И это делает всю историю с вами крайне, крайне непонятной. Оставив пока разговор о составлении пригодных для общественного вкуса версий вашего пребывания вне Норд-Йорка, вынужден спросить — неужели Rooskies похитили вас лишь затем, чтобы обзавестись осведомителем в Норд-Йорке? Неужели вы предлагаете мне в это поверить?

— Ничего лучше у меня всё равно нет… И мой папа железнодорожный доктор… — прошептала Молли. — Он всюду ездит. Я должна была его расспрашивать…

— Ну да, едва ли кто-то заподозрил бы в двенадцатилетней девочке шпиона варваров… — Лорд задумчиво рассуждал словно бы сам с собой. — Известная логика — разумеется, варварская! — тут определённо прослеживается… Но всё равно, варварам идти на такой риск и жертвы… тащить вас за перевал…

— Rooskies, мой лорд…

Тот фыркнул.

— В отличие от дураков-генералов навроде бесславно сгинувшего графа Хастингского, я, мисс, к нашему врагу отношусь очень, очень серьёзно. Скажите мне, что вас больше всего там поразило? Вы видели в действии их магов, назовём их так?

Что-то дрогнуло в стальном голосе. Дрогнуло совершенно незаметно для любого другого, кроме Молли.

Она поспешно помотала головой.

— Только слышала, мой лорд… девушка, что… ухаживала за мной, которая знает наш язык… говорила, что у Rooskies есть способы подчинять себе магию… на короткое время… только поэтому они ещё держатся против нашего Корпуса…