Ник Перумов – Хранитель Мечей. Война мага. Том 3. Эндшпиль (страница 101)

Ракот глубоко вздохнул. Размечтался, старина. Как же, пожалуй, дождёшься от Молодых Богов удовлетворения на ристалищном поле!.. Он много раз посылал им вызовы – и ни разу не удостоился ответа. Даже когда они, как казалось, безнадёжно проигрывали, их воинства, оборонявшие подступы к Обетованному, рассеялись без следа, торжествующие полки Ракота шли к радужным садам, а чёрные знамёна Тьмы Побеждающей колыхались от края и до края небосклона, насколько мог окинуть глаз.

Даже когда Ракот стоял под стенами Обетованного, когда он предлагал всем своим противникам свободный выход – если только Ямерт примет поединок с ним, Владыкой Мрака, – Молодые Боги не ответили. Вернее, их ответ пришёл в совершенно иной форме.

Ракот зло прищурился. Он не забыл того разгрома и никогда не забудет.

Впрочем, оборвал он себя, ты размечтался. Зидда в опасности, неужели надо напоминать? Он словно наяву увидал перед собой улыбку Хедина и сам невольно улыбнулся в ответ. Хитроумный брат всегда подшучивал над его, Ракота, тягой к простым приключениям и честной пляске мечей. Что ж, посмотрим, не сладит ли честный меч на сей раз.

Ракот сделал шаг – с обрыва прямо в бездну. Внизу расстилался коричнево-зелёный лесной покров, исполинские деревья раскинули свои кроны, под которыми запросто смогло бы укрыться целое войско.

Чёрночешуйчатый зверь, похожий на кабана, бестрепетно двинулся следом за хозяином. Они плавно опускались, и красный плащ Ракота, как обычно, вился за его плечами языком ярящегося пламени.

Владыка Тьмы не сомневался – его сейчас видит множество внимательных глаз, множество местных чародеев, способных обнаруживать чужие заклинания, сейчас бросились к своим аппаратам, где над магическими кристаллами дрожат тревожные огни – Ракот здесь. Ракот идёт.

Пусть видят. Пусть знают. Он пришёл выманить на себя зверя из берлоги. Так что смотрите, смотрите внимательнее, вглядывайтесь пристальнее, хватайтесь за головы (или что тут у вас заместо голов), и знайте – нисходит Ракот. Владыка Тьмы. Пусть даже и «бывший».

И да убоятся враги его.

А следом за великим Ракотом, спокойно и деловито, словно шагать сквозь раскрывающиеся небеса для них – самое привычное дело, молча шли рыцари в белой броне, с чёрной квадратной рамкой на щитах и нагрудниках – рамкой для портрета, в котором – снежная бесконечность, ибо никакая кисть не способна отобразить истинную красоту Прекрасной Дамы, великого идеала, которой они служат от рождения до смерти. Разнообразно вооружённые, плечистые, с опущенными забралами – пять дюжин бойцов, но стоили они многих сотен.

Без лишней спешки, но и не мешкая, рыцари последовали за Ракотом. За ними торопились оруженосцы, служки, грумы и тому подобный люд, давно уже привыкший, что их господ забрасывает в самые удивительные и причудливые места – но они ни разу ещё не потерпели настоящего поражения. Неудачи – случались, тщательно заносились в анналы, изучались и разбирались по косточкам. Орден Прекрасной Дамы умел не повторять ошибок.

Сегодня они станут сражаться в Зидде, треть всех братьев – рыцарей Прекрасной Дамы. Они одержат верх – и на стенах Летописного Чертога в Джибулистане, в Голубом Городе, что Прекрасная Сигрлинн сотворила в пору своей молодости, появится новая страница.

Высеченная золотом по белому мрамору, а не серебром по чёрному, как записывались поражения.

Эйвилль долго не шевелилась, застыв со странно запрокинутой головой; глазницы совершенно заполнились дождевой водой, и новые капли, попадая в них, взмётывали небольшие фонтанчики. Казалось невероятным, что живое существо может оставаться настолько неподвижным, да ещё в столь неудобной, неестественной позе, однако Хедин давно привык ничему не удивляться. Эльфов-вампиров было очень мало во всём Упорядоченном, пожалуй, только Эйвилль и оставшиеся четверо из её гнезда.

Она наверняка попросит разрешения создать замену погибшей эльфке, с неудовольствием подумал Познавший Тьму. Да, Эйвилль была порой очень полезна, а то и совершенно незаменима, но… множить вампиров – эта мысль вызывала у Хедина совершенно инстинктивный протест. А уж о Хагене и говорить нечего. Этот истреблял кровопийц всюду, где только встречал.

Эйвилль наконец вздрогнула, очень медленно стала выпрямляться, стараясь не расплескать воду из глазниц. Погрузила в неё самые кончики пальцев – вверх по неестественно длинным фалангам побежали цепочки бело-лунных огоньков, призрачных, ирреальных, бесплотных, словно над гнилыми болотами.

Огоньки поднялись по рукам, с локтей перебрались на плечи, спрятавшись в густой волне чёрных как ночь волос, и те словно бы подхватила невидимая волна, они вздыбились, как от сильного порыва ветра. Вздыбились – и так остались.

Эйвилль наконец стряхнула воду с глаз, расправила плечи. Хедин чувствовал творимые ею заклинания, но не вмешивался и даже не пытался их расшифровать – вампиресса отличалась невероятной чувствительностью и столь же невероятной обидчивостью. Она не дерзнёт высказывать что-либо в лицо ему, Хедину, – но усердия у неё поубавится.

Голыми руками (меж пальцев то и дело проскакивали белые молнийки) Эйвилль принялась чертить прямо на размокшей от дождя земле какую-то фигуру.

Хедин ждал. Магия эльфки-вампирши разносилась дачеко-далеко окрест, звучала даже и за пределами Кирддина – именно этого и добивался Познавший Тьму. «Ну же, ну, давайте, давайте, чего вы ждёте! Вы забросили мне свою приманку, и я клюнул; теперь моя очередь».

Неслышными шагами приблизился эльф – сородич Арриса, Ульвейн.

– Повелитель, вернулась Гелерра.

– Так быстро? – шёпотом отозвался Хедин.

– Она говорит – там беда. Готовая армия вторжения.

– Чья армия? – сдвинул брови Познавший Тьму. – Веди гарпию сюда. Эх… – Он бросил досадливый взгляд на погружённую в вычерчивание Эйвилль. – Зови, Ульвейн. И побыстрее.

– Повинуюсь. – Эльф быстро поклонился и исчез в ночи, как умеют только Тёмные эльфы.

«Только этого и не хватало, – зло подумал Хедин. – Армия вторжения, надо же! Вы хотите сказать, что предусмотрели и этот вариант – мы с Ракотом вырываемся из вашей ловушки и принимаемся наводить тут порядок? Похоже… но тогда они наверняка развернут сейчас охоту и на моего названого брата.

Эйвилль, Эйвилль! Скорее! Я не хочу оставлять тебя сейчас одну, я жду весточки от наших гостеприимных хозяев…»

Из мрака вновь возник Ульвейн, рядом с ним, бледная и разъярённая, появилась гарпия.

– Великий Хедин. – Она упала на одно колена

– С возвращением, Гелли. – Ей бесполезно говорить, что ему неприятны эти почести, присущие скорее древним тиранам. – Что там случилось?

– Я попала в засаду, повелитель. Меня ждали.

– Стоп. Ждали именно тебя или просто кого-то, кто станет открывать порталы?

– Второе, учитель. – Она не заметила едва уловимого неудовольствия на лице Познавшего Тьму. «Учителем» его имел право назвать только Хаген. – Я добралась безо всяких приключений. Это хороший мир, молодой и сильный. Там живут простые люди, которые умеют любить и ненавидеть, но пока ещё не слишком хорошо выучились бить в спину или ронять в бокал кристаллик яда. Я удостоверилась… посмотрела на их города… вернее, городки… там живут в народоправстве, повелитель… и, когда первый портал был уже почти готов…

– То есть уже можно было установить, куда он ведёт? – резко перебил Познавший Тьму.

– Совершенно точно, – склонила голову гарпия. – Я ещё не открыла сами врата, а они уже ринулись на меня. Со всех сторон. Думаю, хотели взять в плен – потому что пытались оглушить дубинками и запутать в сетях.

– Я надеюсь, – ледяным голосом осведомился Хедин, – что Гелерра не посрамила своего имени?..

– Не посрамила, учитель. – Гарпия гордо вскинула точёный подбородок. – Я уничтожила с десяток нападавших. Трёх связала и доставила сюда, живыми и невредимыми.

Ульвейн одобрительно кивнул.

– Отличная работа, Гелли. Займись их допросом.

– Повелитель, могу ли я помочь?..

– Можешь, Ульвейн. Мне нужны точные и достоверные сведения, и чем скорее, тем лучше. Так, а что за армия вторжения, Гелерра?

– После того как я отбилась, повелитель, и захватила пленных – отправилась по их следу. Явилась прямо в их лагерь. Это не люди, наставник.

– Вот даже так, – не удержался Хедин.

– Я слышала о таких созданиях, но никогда не видела воочию. Четверорукие, двуногие, рогатые головы, напоминают бычьи. Тело серо-зелёное, всё в чешуе. Могучие – обычным людям с ними не справиться. Вооружены двуручными топорами и самострелами, щитов нет, носят кожаные доспехи с нашитыми костяными бляхами. Бляхи прочные, твёрже стальных.

– Сколько их там всего?

– Я бы сказала – двадцать семь или двадцать восемь тысяч, – задумалась на миг гарпия. – Определила бы и точнее, но у них сильные маги, моё присутствие засекли, я ощутила наводящиеся заклинания. Я не стала рисковать.

– Совершенно правильно, одна тысяча роли не играет, – кивнул Хедин. – Эта армия, как я понял, она ведь не из местных?

Гелерра покачала головой:

– Нет, повелитель. Её тоже перебросили туда, используя порталы.

Ульвейн не удержался, тихонько присвистнул.

– Дело становится всё более интересным. – буркнул Хедин. – Ладно, Гели, Ульв – займитесь пленными. Когда я закончу здесь с Эйвилль, я хочу знать всё: из какого они мира, кто их привёл сюда, какие были приказы…