Ник Перумов – Герои на все времена (страница 68)
— Обалдеть. — Сложив руки на животе, Чарльз принялся глубоко вдыхать сухой подземный воздух по китайской методике. — Этак они скоро обскачут нас в этом самом эволюционном развитии. Не уверен, что после этого им захочется все время сидеть в подземелье…
— Возможно, возможно. — Преподобный Бенедикт отложил инструмент. — Зато никому не удастся заставить их вернуться к уходу за коровами.
— Надеюсь, преподобный, на обратной дороге вы найдете время познакомить меня поближе с этими парнями.
— Обязательно. — Преподобный выудил из мешка кувалду поменьше. — Держите, это вам больше подойдет. И давайте по очереди, я начинаю, а вы подхватываете.
Клемент повел плечами.
— Кстати, Чарльз, — в руке отца Бенедикта тускло блеснули часы-луковица, — если мы сейчас начнем, то вряд ли нам потом будет до этого… Так что с наступающим вас Новым годом.
— И вас также. — Клемент поудобней ухватил свой инструмент. — Приступим?
Воцарившаяся на короткое время в подземном царстве брауни тишина раскололась от жалобного звона сшибаемой мощными ударами с оси шестерни.
НЕ БУДИ…
(Terra magica)
Стоял теплый, погожий денек.
Небо над Уэстборном рассекали облака-омнибусы, аэромобили, такси и облакомобили частные. Те, кто отдавал предпочтение быстроте, а не комфорту, носились на более скоростных коврах-самолетах.
Убранные по случаю праздника гирляндами цветов и воздушных шаров-фонарей улицы были полны людей.
Окна домов сияли в лучах почти летнего солнца, мостовые центральных улиц были отмыты едва ли не с помощью магии.
Собаки и кошки не иначе как заключили на этот день перемирие: во всяком случае, ничем иным объяснить отсутствие стычек меж этими извечными конкурентами за стейк, куриную ножку и теплое, уютное место не получалось.
Птицы тоже на день прекратили вражду и почистили перышки. Даже известные любители совать свой клюв туда, куда иной бы побрезговал — голуби, — выглядели на удивление опрятными.
По традиции, самое интересное, в том числе — Гран-Карнавал, должно было начаться вечером, но развлечений хватало уже сейчас.
На Ратушной площади лучшие театральные труппы края приступили к своему первому представлению. Павильоны и павильончики с редкостями и диковинками со всего света постепенно заполнялись любопытствующей публикой. В кафе, пабах и ресторанах официанты сбились с ног, разнося заказы.
Город жужжал, словно переполненный улей. Казалось, сюда съехались все жители Дола, чтобы повеселиться, полюбоваться на чудеса магии и науки, а ежели повезет — так и встретить… удачу.
Праздник медленно, но набирал обороты.
Колокол на Ратуше пробил девять раз.
Девять утра.
Три часа до полудня…
— Кристофер!
Господин наставник[16] с шумом захлопнул дверь. Судя по голосу, он был сильно не в духе — а значит, следовало поспешить. «Промедление смерти подобно» — так, кажется, говорили древние. Ну, смерти — это, конечно, весьма сильно сказано, но неприятностей можно было и впрямь огрести воз и пару тележек. Немалых таких…
Мигом захлопнув тайком от наставника купленный у старьевщика Пита потрепанный томик «Пари Уолтера Уайлда», Крис сунул книгу под матрас и бросился вниз по ступенькам.
Мистер Уоррен принадлежал к числу тех, для кого высшим проявлением гармонии было сочетание постного выражения лица с пасмурным небом, неоспоримым достоинством стола — узнаваемость блюд, а главной из добродетелей — умение безоговорочно слушаться. В последнее входил, помимо прочего, и ритуал ежедневных встреч господина наставника с учеником в час, когда первый возвращался домой после лекций в Университете. Расписание Крис знал назубок, и часы в его комнате были, но он зачитался. Увлекся так, что позабыл обо всем. В том числе и о времени.
— Кристофер Харви! Ну где носит этого маленького недоумка!
Отдав трость слуге, мистер Уоррен принялся за застежку плаща, когда наконец появился Крис.
— Я здесь, сэр, — часто дыша, вытянулся он перед наставником.
И заработал затрещину.
— Кристофер Харви, негодный мальчишка, когда же наконец вы научитесь хоть что-нибудь делать вовремя. — Лишенный каких-либо эмоций голос наставника способен был обратить стаю птиц в ледяные скульптуры.
Затрещина была сильной, однако Крис стерпел. За три проведенных в доме мистера Уоррена года он привык к суровому обращению наставника. Равно как и к пощечинам, подзатыльникам и оплеухам, на которые тот не скупился, считая такой подход лучшим методом воспитания будущего достойного представителя общества.
— Ну-с, и чем таким вы были заняты, что не смогли спуститься вниз своевременно?
Ученик гулко сглотнул.
Наставник дважды обратился к нему на «вы». В доме. Не при гостях. Плохо. Очень плохо. Почти «хуже некуда». Крис лихорадочно соображал, что б такое соврать. Ну не скажешь же, в самом-то деле, наставнику, что он провел все утро, читая о приключениях Уайлда. Тот не поймет и не простит столь пустой траты времени. И, как пить дать, без обеда оставит. Как минимум. Нет, надо что-то придумать, и быстро.
— Изучал «Краткую Энциклопедию Волшебных Существ и Явлений», сэр, — нашелся он наконец.
— «Энциклопедию»? Хм. Неужели? — Взгляд наставника излучал скепсис. — Похвально. И до какой буквы, позвольте спросить, вы успели дойти?
— До буквы «Л», сэр.
Крис понял, что влип, прежде чем завершил фразу. Увы, отступать было уже поздно.
Мистер Уоррен прищурился, в глазах промелькнуло что-то… Уж не одобрение ли? Крис уже и не помнил, когда в последний раз наставник был им доволен, так что вполне мог ошибиться.
— До буквы «Л», стало быть. Ну-ну, — покачал он головой. — В таком случае, я полагаю, вы в силах поведать мне, как выглядит один из младших духов Хаоса, разрушений и им сопутствующего. Иначе говоря, что можете вы сказать об обличье духа, в ряде мест известного также как
Крис почувствовал, что он тонет. Стремительный водоворот захватил его, завертел, утягивая на дно — все глубже и глубже. Вода была ледяная.
— Лихо, сэр? — слабым голосом переспросил он.
Наставник не удостоил его повторением фразы.
— Э-э-э… Лихо, сэр… Оно такое, ну, тощее, сэр. Одноглазое. Косматое. Не любит, когда его будят. Не зря ж говорят: не буди Лихо, пока… Ну, это…
Звон пощечины разорвал воцарившуюся после слов ученика тишину.
— Одноглазое. Косматое, — вперив взор пары айсбергов-глаз в ученика, мучительно медленно повторил мистер Уоррен. — Косматое! Да уж. Поистине правильно говорят: коли лжешь — так уж будь осторожен во лжи. Вы осторожны не были. Ибо, коль были бы, знали б, что сведения об этом духе в разделе «Л» не содержатся. Малавиус — вот привычное именование данного духа, посему — на букву «М», а не «Л» информацию о нем будет искать всякий, у кого достанет мозгов сообразить, что к чему… Больше того — ни в одной из энциклопедий нет сведений об обличье Малавиуса-Лиха. Нет. — Яду в голосе наставника хватило бы, чтобы свалить носорога. — Вы солгали мне, молодой человек. За что будете, несомненно, наказаны. Полагаю, оставшийся день без еды будет достаточной мерою, чтобы усвоить урок. И — да, конечно же. К завтрашнему утру приготовьтесь ответить по всем существам как на «М», так и на другую, столь опрометчиво указанную вами букву. Причем используя сведения из «Энциклопедии». А не из детских страшилок и сказок. Вы меня поняли, Кристофер?
Крис покорно кивнул.
Наставник наконец справился с непокорной застежкой, бросил плащ слуге и прошел в кабинет.
Не дожидаясь, пока тот измыслит еще пару способов испортить ученику день, Крис пулей взлетел наверх, накинул куртку и, прихватив стянутое утром на кухне яблоко, шмыгнул за дверь.
Да, мистер Уоррен наказал ему вызубрить все про существ на «Л» и «М» — но не сказал ведь, чтоб он начинал зубрить прямо сейчас!
Погода была замечательной, облакомобили[17] — белыми, люди — приветливыми и нарядными, и ученик л'лара почувствовал, как уныние растворяется в охватившей город радостной суете.
Сидевший за столом у переговорного кристалла говорил тихо — столь тихо, что, войди в тот момент в комнату посторонний, он едва ль бы расслышал хоть слово.
— …Итак, Мэйкинс, вы все поняли? Судя по показаниям поискового шара, — бросил сидевший у кристалла взгляд на паривший над картой Уэстборна серебряный шарик, — он сейчас где-то между Эмбер-стрит и Парк-лейн.
— Да, сэр. Я отыщу его, и… Все будет исполнено лучшим образом, сэр.
Сидевший у переговорного устройства позволил себе усмехнуться.
— То же, надеюсь, касается и ваших слов, сэр? — донеслось из кристалла.
— Разумеется. Вы получите вознаграждение. Как и было обещано. Всякий труд должен быть непременно оплачен, не так ли? Можете не беспокоиться. Как только все завершится…
«Право же, как удачно все складывается. Одно к одному, первое — ко второму. Досадно, конечно, что приходится прибегать к чьей-то помощи в таком деле, — но тут уж, увы, ничего не поделаешь. Бывают случаи, когда без помощи со стороны просто не обойтись. Впрочем, эту ниточку всегда можно оборвать. Как только поручение будет исполнено…»
Губы сидевшего за столом тронула тень улыбки.
«Сразу же по завершении дела… О да, так будет лучше всего. Нет, что ни говори — а это поистине замечательный день».
— Да-да, можете не беспокоиться, Мэйкинс, — повторил он.
— Что вы, сэр. Никаких беспокойств. Я подожду.