Ник Перумов – Армагеддон. Книга 1 (страница 57)

В глазах Влада Танины таланты следователя оценивались высшим баллом. Эта женщина была не просто красива; в дополнение к этому она обладала блестящим разумом.

– Ну? – несколько нетерпеливо прервала Таня его мысли. – Может быть, ты всё же скажешь нам, что с тобой произошло?

– Он не будет говорить. Он не может, – вступил в разговор Дэвид, в голосе которого Влад с удивлением услышал искреннее сочувствие и понимание. – Дело было секретное, если я всё правильно понимаю, – добавил Келлс.

Встретившись глазами с Владом, он переспросил:

– Я угадал?

Секунду они молча смотрели друг на друга. Нет, врагами они быть не перестали, но даже их вражда была какой-то особой, самой высшей пробы. Оба понимали самые сокровенные мысли и чувства друг друга. И для этого вовсе не нужно было объясняться на словах.

Влад улыбнулся.

– Угадал, – произнёс он.

Обернувшись к Тане, он чуть смущённо спросил:

– Ты не очень рассердишься, если я не буду выдавать сведения, содержащие государственную тайну, и обойдусь лишь самым общим описанием?

Таня засмеялась. Ее смех понравился Владу: низкий, грудной, он шёл словно откуда-то из глубины.

– Ну как я могу сердиться на тебя, Влад? – промурлыкала она. – Теперь, когда мы… когда мы наконец пришли к какому-то пониманию… Ну, ты ведь меня понимаешь?

Влад так и разинул рот. Язык словно прилип к гортани. Немалых трудов стоило отодрать его и, заплетаясь, произнести:

– Да, Таня… Я понимаю… Понимание – это самое важное…

К его глубокому разочарованию, Таня отвела взгляд от его глаз и неохотно – как он хотел надеяться – повернулась к Дэвиду.

– Ну а ты, Дэвид? – спросила она Келлса. – С тобой происходило что-либо подобное? Я имею в виду ощущение, что за тобой наблюдает злая сила.

Дэвид долго думал перед тем, как ответить.

– Может быть… – сказал он. – Вполне возможно… Когда я беседовал с малышом, мне показалось… или же…

Келлс покачал головой, затем пожал плечами и добавил:

– Впрочем, я никогда не отличался особой чувствительностью к сверхъестественному. Вполне мог и пропустить что-нибудь.

Таня вежливо улыбнулась:

– Говоришь, не отличался чувствительностью? Ну-ну… Вот только мне так не показалось, Дэвид.

Дэвид покраснел и даже не заметил этого, позабыв на миг обо всём на свете, кроме себя и Тани.

Выждав некоторое время, Влад демонстративно прокашлялся. В первый момент Дэвид испытал приступ раздражения. С какой стати этот русский лезет в его личную жизнь? Какого чёрта он встаёт у него на дороге? Но достаточно было бросить взгляд на лицо Влада, как от ревности не осталось и следа. Келлс понял, что Прожогин поражён и заинтригован загадочным воздействием Тани на двух матёрых агентов.

– Вот что, – обратилась к ним обоим Таня Лоусон, – я, кажется, не совсем понимаю, что здесь происходит.

Голос её прозвучал сдавленно, и, посмотрев на неё, и Дэвид, и Влад заметили, что Таня дрожит. Лицо побледнело, было видно, как она что есть сил борется с чем-то.

– Ну почему бы нам просто… почему бы… ну, вы понимаете… просто не оставить всё так, как есть… пока… на время, – почти умоляла она то ли их, то ли саму себя.

– Да-да, конечно, – поспешил успокоить её Дэвид.

– Я согласен, – столь же торопливо кивнул Влад.

Но, даже произнося эти слова, все трое понимали, что «так, как есть» долго оставаться не сможет.

Дэвиду ситуация представлялась в образе сверхскоростного транспортного средства, движущегося по рельсам. В чреве этого бездушного чудовища сидели они втроём, и машина с мрачным упорством разгонялась всё быстрее и быстрее, унося их к неясному, скрытому во тьме пункту назначения, где их ждало неизвестно что…

Наконец Таня сумела взять себя в руки. Поправив причёску и одёрнув форму, она вновь перешла к обсуждению дела:

– Итак, мы договорились? Все согласны, что это дело требует самого тщательного и всестороннего расследования. Я права?

Влад и Дэвид молча кивнули.

– А значит, перемирие продолжается?

Мужчины переглянулись.

– Продолжается, – ответил за обоих Влад.

– Означает ли это, что мы будем проводить эту работу… вместе? – Таня решила всё выяснить наверняка, чтобы застраховаться от всякого рода недопониманий. – Иначе говоря, можем ли мы объединить наши силы и действовать сообща?

– Объединить силы – вот самое мудрое решение, – наставительно заметил Дэвид. – Что может быть лучше?

– Нам будет нужно проконсультироваться с начальством, – вставил Влад.

– Само собой, – кивнула Таня. – Я тоже собираюсь связаться со своим боссом. Ох и придётся же мне попотеть, объясняя ему всё это. Ну да ладно, как-нибудь выкручусь. Раньше всегда удавалось.

Широко улыбнувшись, она громко спросила:

– А пока – мир?

– Да, мир, – сказал Влад.

– Никогда не пробовал этого блюда, – пожал плечами Дэвид. – Да уж ладно: мир так мир.

– И ещё, – сказала Таня, – не могли бы вы хоть как-то описать себя, хоть каким-то намёком дать понять, кто вы такие? Просто чтобы я могла как-то объясниться перед начальством, только для этого, честное слово.

– Мы – пожиратели грехов, – ответил ей Дэвид.

– Пожиратели грехов? – удивлённо переспросила Таня. – Не понимаю.

– Давным-давно, – голосом сказочника начал говорить Дэвид, – отбросил копыта один парень. Его друзья и родственники подготовили поминальный пир. На стол были выставлены все деликатесы, какие только семья покойного могла себе позволить. Продукты и блюда символизировали грехи усопшего. Затем был нанят специальный пожиратель грехов, которому надлежало сесть за стол и съесть всю стоявшую на нём еду. А с едой поглотить и все грехи умершего, как бы взять их на свою душу. Вот этим мы с Владом и занимаемся. Расхлёбываем кашу, заваренную другими, берём на себя грехи этого мира, чтобы невинные меньше страдали в жизни.

Повернувшись к Владу, Дэвид спросил:

– Похоже?

– Пожиратель грехов… – задумчиво повторил Влад и с улыбкой сказал: – Согласен. Объяснение – в самую точку.

Таня с сомнением покачала головой. В её практике не раз бывало, что подследственный начинал говорить притчами, и всякий раз это означало, что он не просто врёт, а ему есть что скрывать. А когда скрывают люди с такой подготовкой, как у её собеседников… да понимает ли она сама, куда лезет, во что ввязывается?!

Вслух же она сказала:

– Теперь давайте договоримся, как мы свяжемся друг с другом, переговорив со своим начальством.

– Ну за это не беспокойся, – усмехнулся Влад. – Мы с Дэвидом найдём тебя сами. А уж друг друга – и подавно. Так что в нужное время мы все встретимся.

– В таких делах мы с Владом большие специалисты, – тоже улыбаясь, подхватил Дэвид. – Это как аппетитный соус, полагающийся в качестве приправы к грехам при их пожирании.

Крайгворм долго продолжал неподвижно лежать в своем убежище, хотя его повелитель давно исчез.

Полученный приказ выполнить было невозможно. Не выполнить – тоже. Нет, конечно, исполнить волю повелителя Крайгворму удалось бы, но тогда сам он был бы обречён на смерть. В этом у огра сомнений не было. Его вычислят, выследят и схватят как пить дать…

Начни он действовать по приказу, и ему не уйти от ищеек, пущенных по следу Межпланетной полицией. Более всего его мучила несвоевременная мысль, что это будет ни много ни мало – предательством той самой организации, принадлежностью к которой, службой в которой он так гордился.

Нет, разумеется, Крайгворм ненавидел мягкокожих – как и полагается каждому уважающему себя обитателю Нижних Миров. Но вот беда: стоило ему напялить на себя мундир офицера Межпланетной полиции, защёлкнуть на запястье браслет золотого «Ролекса» – и он начинал ощущать себя едва ли не одним из мягкокожих. И что самое страшное – он испытывал от этого тайное, тщательно скрываемое, извращённое, даже греховное удовольствие!

Огр повалился на пол, стал биться головой, зарычал от беспомощности:

– Что же мне делать? Что мне делать?!

Затем Крайгворма осенила спасительная мысль. Он нашёл способ исполнить волю повелителя, не подвергая себя смертельной опасности. Огр вскочил на ноги и отряхнул костюм, довольно хохоча.

Повелитель приказал ему убить Таню Лоусон.