Ник Перумов – Алмазный меч, деревянный меч. Том 1 (страница 20)

Даже при всем желании Император ничего больше не мог сделать сейчас для верного своего стража. Черный камень в наследственном перстне.., он сам знал, какой силы нанести удар. И сейчас повелитель Империи чувствовал себя, как после очень обильного кровопускания. Камень пил истинную кровь Императора – когда надо было не переслать с места на место пергамент (там хватало малейшего мысленного усилия), а, как сейчас, испепелить врага.

Никогда еще камень не пускал в ход такую мощь.

Собственно говоря, теперь сюда должны были сбежаться все до одного маги Радуги.

Дохлого оборотня на всякий случай прижали к земле выдернутыми из ближайшей ограды кольями.

Трогать Кер-Тинора было нельзя – нельзя даже перенести в дом. Двое Вольных, нещадно хлеща коней, уже ускакали – за магом-лекарем; Император мысленно позвал Гахлана. Старый маг (которому Император так и не простил того несчастного щенка!) был отличным врачевателем.

Гахлан отозвался сразу, как будто только и делал, что ждал неурочного зова.

– Гахлан, мне нужна помощь. Кер-Тинор ранен. Скорее, все вопросы потом!

– Понял тебя, повелитель, – странно, в беззвучном голосе мага не прозвучало и следа удивления. – Место я уже засек… Один миг.., возьму сумку…

Гудение. Сухой треск, бьющий из земли фонтан синих искр. Старый маг, облаченный в одноцветный оранжевый плащ, шагнул прямо из синепламенного облака. От резкого движения плащ распахнулся – стал виден роскошный ночной халат со следами женских притираний и болтающийся на толстой серебряной цепи орденский медальон – молот, наковальня и намертво соединивший их воедино меч.

– Та-ак… – Гахлан позволил себе лишь один молниеносный взгляд на оборотня. – Работа для Сежес.., не сомневаюсь, вот-вот пожалует наша красавица…

И шагнул мимо, к раненому.

Как бы сильно ни ненавидел Император магов, искусство их вызывало невольное восхищение. Опустившись на колени, Гахлан одним решительным движением обнажил рану. Миг – и прямо на разрез полилась какая-то вонючая дрянь из бутылочки темного стекла. Кер-Тинор дернулся и замычал.

– Раз стонет, значит, выживет, – невозмутимо заметил маг. – Так, а кишочки-то у нас порваны, порваны, значит, у нас кишочки-то, а это, братец ты мой, очень нехорошо, придется сшивать-то их, кишочки, значит…

Бормоча таким образом, он один за другим выливал на рану содержимое различных пузырьков; и только Император знал, что стоит за этими стремительными движениями.

«Каплей эликсира больше, каплей меньше – смерть».

Каждое движение Гахлана было выверено до немыслимой, недоступной простому смертному точности. Каждая капля снадобья сопровождалась заклятьем, помогавшим зелью попасть по назначению. Наперстный камень Императора заметно потеплел; от него передавалась ощутимая дрожь. Волшба творилась нешуточная.

Император хмуро следил за искусными руками чародея. «Почему, почему, почему такие знания и такое искусство остаются лежать под спудом? Как можно спокойно развлекаться с красотками своей академии, если в окрестных деревнях каждый день и каждую ночь умирают дети?.. Неважно, что их родители не слишком-то опечалятся – детей всегда можно и новых нарожать – тем малышам, что хрипят и задыхаются, что мечутся в жару и напрасно зовут маму, от этого не легче. А Гахлану – ничего, резвится в свое удовольствие, и откуда только силы у старика берутся?..

Ты все-же проиграла, Сежес, – зло подумал Император. – Ты так хотела закалить меня, сделать нечувствительным к страданию.., частично тебе это удалось, не спорю. Но вот видеть, как гибнут дети.., я не могу. Прошлое вернулось. Те две малышки -Дану.., и мальчик того же племени.., и старшая девчонка.., они всегда со мной. Наверное, так случается с каждым, кто убивает. Даже в ослеплении или под страхом.

Это – кара Небес».

Старый маг приподнялся с колен. Края страшной раны на животе Кер-Тинора сходились сами собой.

– Пусть полежит еще немного. Разрез сейчас затянется, тогда его можно будет перенести. – Гахлан закряхтел и выпрямился. – Ну а теперь взглянем на то чудо, которому мы этим обязаны…

В этот миг появилась Сежес. Волшебница не заставляла землю испускать пламя и искры, просто с небес скользнул небольшой крылатый дракон – из молодых, с удаленным огнетворным зобом.

– Что такое?.. Что это, Гахлан?..

– Где Реваз и Митара? Это по их части, даже не по твоей, – проворчал старик, отпуская обугленную лапу страшилища.

– Здесь не место проводить опознание! – резко сказала волшебница. – Отнесем его…

– К нам в башню, у нас лаборатории все же получше ваших, – буркнул Гахлан. Теперь он заглядывал оборотню в пасть, пересчитывая зубы. Страшные челюсти внезапно дрогнули, вознамерившись отхватить чародею палец – однако тот и бровью не повел.

– Балуй тут у меня! – словно на лошадь, прикрикнул он, и челюсти тотчас испуганно замерли.

«Ничего не понимаю. Я что же, эту тварь не до конца убил?»

– К вам так к вам, – не стала спорить Сежес. – Только дождемся остальных… Делайте ваше дело, коллега Гахлан, я пока поговорю со свидетелями.., с разрешения повелителя конечно же.

Император молча кивнул. Еще одно унижение, да еще при охране. Всем ясно, что его разрешения спросили чисто приличия ради – но спросили так, чтобы эти приличия как раз и нарушить…

Волшебница начала с Вольных. Они стояли впереди и видели даже больше самого Императора. Однако рассказы воинов не отличались разнообразием или содержательностью – вышел из кабака пьянчужка, попер прямо на императорский конвой, капитан Кер-Тинор выехал навстречу – таков обычный порядок, его прикрывали стрелки, оборотень сперва остановился, а потом прыгнул, и непонятно даже, когда успел полоснуть капитана…

Тем временем успели появиться пятеро остальных магов, приставленных Радугой к императорской персоне, и на скромной улочке Черного Города началось форменное светопреставление.

– Что за тварь?! Что за тварь, я вас спрашиваю, Сежес!

– Спокойно, Треор, я сама еще ничего не понимаю…

– Уверен, это опять фокусы Кутула! Ведь было же постановление Капитулата.., запретили же такие опыты в столице…

– Кто тут дурно отозвался о Кутуле? – обиделся толстый Фалдар, маг этого Ордена. – «Всем известно – оборотнями последнее время занимался Нилим из Арка, с него и спрос!

– Нилим? – в свою очередь возмутился Реваз, маг Красного Арка. – Нилим уже два месяца как на востоке! В соответствии с эдиктом Капитулата! Не возводи напраслину, Фалдар, пока я не припомнил, что вы взяли у нас взаймы четыре скляницы девственной ртути и по ею пору не отдали! И я уж молчу, что вы с той ртутью сделали…

– Ртуть! – толстяк всплеснул руками. – Скажите, пожалуйста, какая важность! Можно подумать, все забыли, как вы еще год назад затребовали у нас три дюжины преотличных упырей.., и что?!

Император слушал, как пораженный громом. Склока? Маги всесильной Радуги бранятся, словно базарные торговки?

Невольно он покосился на свой эскорт – воины оставались невозмутимы. Ну, Вольные – разговор особый, они и умирая делают вид, что ничего не происходит, но свои-то стрелки-арбалетчики почему молчат? Уж хотя бы улыбнуться кто-то из них должен?..

Император потряс головой.., и тотчас же понял, что в действительности он слышит совсем иное.

– Не соблаговолит ли почтенный Реваз чуть-чуть подвинуться.., благодарю, спасибо.

– Не стоит, почтенная Сежес. Делаем одно дело…

– Однако сколь дерзостное покушение, достопочтенные коллеги! Считаю, необходимо срочно собрать Капитулат…

– Мудрое мнение, достопочтенный Фалдар… Император вновь потряс головой. От черного камня на пальце шло легкое тепло – магическое оружие чувствовало творимую вокруг волшбу.

Тем временем появилась пара младших послушников Оранжевого Ордена, пригнавших небольшую тележку; Гахлан приказал грузить останки оборотня. Маги еще возились вокруг места покушения, творили какие-то пассы, вокруг вспыхивали разноцветные огни, то и дело начинало тянуть дымом. Толстый Фалдар тщательно соскабливал с камня свернувшуюся кровь оборотня; Реваз зачем-то вымерял шагами улицу от трактира до места схватки; Сежес же подошла к Императору.

– Это было покушение, мой повелитель, – она соблюдала внешнюю форму почтительности. – Самое настоящее покушение. Мои достопочтенные братья разберутся в деталях и, разумеется, доложат вам итоги своих изысканий, однако уже сейчас ясно одно – за этим стоит кто-то из числа волшебников.

– Волшебников? Ты не ошиблась, достопочтенная Сежес? Кто во всей Империи способен на такое, кроме магов Радуги?

– Чародеи Радуги все как один всецело преданы Имперскому Престолу, – сухо и холодно отрезала магичка. – Нет, виновного следует искать не среди них. Произошла утечка Силы.., и кто-то воспользовался ею, дабы повергнуть Империю в хаос. Вы нуждаетесь отныне в постоянном магическом прикрытии, мой повелитель. Радуга позаботится, чтобы у Императора был бы подобающий эскорт. В любое время дня и ночи. Иначе может случиться непоправимое!..

Со стервой из Голубого Лива не имело смысла спорить. Слишком давно он знал ее и слишком сильно ненавидел. Он просто кивнул – коротко и отрывисто. Теперь придется терпеть рядом с собой еще и мага.., хорошо, если одного, а то, неровен час…

– Не меньше четырех, – холодно сказала Сежес – то ли прочла его мысли, то ли просто догадалась, о чем он думает. – А сейчас, мне кажется, повелителю стоит вернуться в свои покои и отдохнуть. Мы с Ревазом будем сопровождать.