Ник Кайм – Старая Земля (страница 31)

Стрельба возобновилась, и пространство снова заполнилось яростью и огнем. Один из фрегатов Сынов Хоруса взорвался, наводнив пустоту обломками. Разрушительный огонь из–за отсутствия пищи бушевал недолго, но, прежде чем угаснуть, успел уничтожить все внутри цели. Фрагменты распадающегося звездолета попадали на щиты других крейсеров и мгновенно испепелялись.

Ответные выстрелы ударили в щиты «Железного сердца», и Медузон понял, чего может стоить эта жалкая победа.

В бой вступили еще три корабля Сыновей Хоруса, огромные, грозные, не поврежденные выстрелами, с изрыгающими огонь орудиями. Целая фаланга начала поворот, чтобы пустить в ход более мощные бортовые батареи. «Заврод» и «Грозовой вран» были забыты. Один из них, наполовину разбитый и неспособный самостоятельно справиться с повреждениями, только и мог, что потихоньку уйти из сферы боя; второй отступил, поскольку осознал тщетность атаки против врага, получившего подкрепление.

А с правого борта, в верхней части сферы боя, спешила и остальная часть флотилии.

— Второй сигнал! — приказал Медузон.

С помощью братьев они еще могут вырвать победу.

Мехоза попытался передать сигнал, но покачал головой.

— По–прежнему тихо? — спросил Медузон.

— Никакого ответа. Противник может глушить наш

— Мощность щитов упала до десяти процентов, мой лорд, — доложил капитан.

Раздался заунывный и настойчивый вой сирен тревоги.

На экране иллюминатора «Неувядаемая слава» внезапно лишилась пустотных щитов и получила чудовищный удар. В воксе сквозь вой клаксонов послышался искаженный голос Аркула Тельда.

— Мы подбиты, мы подбиты, — передал он. — Щиты…

Окончание сообщения потонуло в треске помех.

— «Неувядаемая слава» потеряна? — спросил Медузон, раздраженный мгновенным переходом от превосходства к унижению.

— Корабль еще держится, — сказал Ayг. Прикрыв глаза, он говорил так, словно стоял на пострадавшем корабле. — Рубка сильно пострадала. Тельд… неизвестно. Аварийные станции действуют. Они переходят к оборонительной тактике.

Ayг поморгал, возвращаясь на «Железное сердце».

— Носовые щиты истощены почти полностью! — закричал капитан, чтобы его услышали сквозь вой сирен.

— Замедлить ход, поворот на левый борт! — приказал Медузон. — Мы покажем им фланг и запустим бортовые орудия. — Он повернулся к стоящему сбоку капитану клана Сааргор. — И, Мехоза, заставь чертовых фратеров вступить в бой, иначе мы превратимся в космический мусор, пока они сами догадаются вмешаться.

Скрытый между парящими обломками и почти невидимый в смертельных вихрях огня, в пустоте появился маленький корабль, мелкая рыбешка среди левиафанов. Он буквально возник, как будто из эфира, но при этом вышел не из варпа, поскольку там без поля Геллера такая кроха ни за что бы не уцелела, а из совсем другого измерения.

Глава 11 

ВОЛЬНОЕ ПЛАМЯ

ВЗМЕТНУЛОСЬ ВНОВЬ

Нурос схватился рукой за бок. Между пальцами латной перчатки текло что–то темное и густое.

Собственными усилиями остановить кровь не удавалось. Самого удара он не помнил. Немудрено, ведь схватка в машинариуме «Крови Хтонии» проходила с безудержной ожесточенностью. Наверняка он знал лишь то, что его рана глубока. Тело справится, кровь свернется, и рана закроется, но все это будет напрасно, если их взорвут.

Три почерневших в огне десантно–штурмовых катера, ревя двигателями, вырвались из пробоины в борту «Крови Хтонии» и почти сейчас же попали в море обломков.

Все еще испытывая головокружение от ран, едва заметив, что подошедший Кайлар Норн отвел его руку от раны, Нурос почти не ощущал резких поворотов транспорта. Он не мог оценить по достоинству ни сильного крена на левый борт, ни внезапного рывка вправо — ни одного из зигзагов траектории, имевшей цель уберечь от унизительной гибели в пустоте всех, кто находился на борту.

— Пилот… — тяжело дыша произнес Нурос, одновременно кивнув апотекарию, когда боль стала утихать. — Остальные корабли?

Возникла пауза, катер снова дернулся, двигатели взвыли, заполнив кабину белым шумом, и только тогда донесся ответ пилота:

— Нас все еще трое, капитан… Нет, подожди. Четверо!

Даже Норн, приостановив свои манипуляции, удивленно поднял голову.

— Противник? — почти проревел Нурос, непроизвольно хватаясь за рукоять меча.

Снова пауза, и еще один искусный маневр. Транспорт резко уклонился влево. Норн выругался. В смотровой щели сверкнули лазерные лучи.

— Мне кажется, брат Отах хочет испытать тебя, Ворон, — сказал Нурос, поглядывая на апотекария. Его нрав восстанавливался вместе с физическим здоровьем. — Что за корабль? — снова обратился он к пилоту.

— Дружественный, — пришел наконец ответ. — Саламандры, капитан. Это Восемнадцатый легион. «Вулканис».

— Откуда он тут взялся?

— Очевидно, ниоткуда, капитан. Сенсоры ничего не зарегистрировали, и вот он здесь.

Нурос повернулся к Норну:

— Варп?

Апотекарий задумался, но затем покачал головой:

— Это невозможно.

— Откуда же тогда?..

— Капитан, — прервал их голос пилота.

— Говори, Отах,

— С катера поступил вокс–сигнал.

— Прими его.

Отах усилил мощность, чтобы сообщение могли слышать в пассажирском отсеке:

— Говорит Иген Гарго, пилот «Громового ястреба» «Вулканис». Нам нужна помощь, братья. Наше судно повреждено. На борту Вольное Пламя. Повторяю, у нас на борту Вольное Пламя.

Нурос замер. Он не двигался, не дышал, и даже его мысли как будто погрузились в стазис.

— Нурос, — настойчиво окликнул его Норн, заметив такую же реакцию у всех Саламандр, слушавших вокс. — Что такое Вольное Пламя?

Отах уже вывел двигатели на полную мощность, и космодесантники помчались к кораблю, назвавшемуся «Вулканисом».

— Это примарх. — выдохнул Нурос. — Вулкан жив.

«Железное сердце» охватил огонь. Противопожарные сервиторы неустанно сновали по рубке, а корабль продолжал сотрясаться от вражеского обстрела.

Медузон и остальные легионеры закрепились на командном возвышении благодаря маг–подошвам сабатонов. Экипаж из смертных не имел такой возможности, поэтому они цеплялись за пульты или поручни, проходящие по всему помещению

Изображение тактического гололита мигнуло, пропало, потом все же восстановилось. Блок когитаторов взорвался, отшвырнув к стене мужчин и женщин в форменной одежде. Из ниши выскочили сервиторы, чтобы убрать тела погибших. С потолка сыпались искры. Пламя удалось сдержать. Орудия продолжали вести стрельбу.

— Капитан! — взревел Медузон, чей лоб украсила длинная извилистая царапина.

Тот был жив, но бережно прижимал к телу сломанную руку.

— Щиты левого борта не выдерживают, лорд.

— Как далеко вражеское подкрепление?

— Они достигнут огневого рубежа через несколько минут, лорд.

— Ауг! — крикнул Медузон.

Он вглядывался в картину бойни через иллюминатор. Корабли обеих сторон сильно пострадали. Струи топлива и других жидкостей висели в пустоте радужными разводами. В холодной пустоте то и дело беззвучно расцветали грозные фонтаны взрывов. Связь обеих флотилий нарушал непрерывный треск статических разрядов.

Тщательно и досконально спланированная операция превратилась в изматывающий бой.

Медузон с яростью вспоминал найденные схемы. Он понял, что это была ловушка, отравленная приманка, оставленная Марром, которую он с радостью проглотил. И подавился.

— Ayг! — громче и настойчивее повторил Медузон.

— Есть контакт, — откликнулся тот, когда крик военачальника прорвался сквозь непрерывный шум.

— Красный коготь» вступает в бой, — послышался хорошо узнаваемый суровый голос Аутека Мора.