Ник Картер – Высокая доходность в смерти (страница 14)

«Если ты переживешь пулю, ты будешь растением до конца жизни. Вы ничего не можете сделать сами. Тебя нужно кормить и мыть, тебе даже нужно, чтобы кто-то подтирал тебе жопу. Не думаю, что тебе это понравится, не так ли, Картер? Вы, великий любовник, кого должна обслуживать медсестра? Подумайте об этом на мгновение, а затем начните идти.

Думать было не о чем, поэтому я сделал, как он приказал. Я прошел в гостиную, а оттуда в ванную. Я вошел в выложенную плиткой комнату и стал ждать его следующего шага. «Встань на колени в ванне… хорошо. Теперь потянитесь к трубам под раковиной.

Когда моя правая рука заняла нужное положение, он встал рядом с ванной и прижал дуло с глушителем к моему уху. Другой рукой он надел наручник на мое вытянутое запястье и захлопнул его. Затем он надел другую манжету на одну из труб под раковиной и защелкнул ее.

— Не убегай, — сказал он. — У меня есть кое-какие дела, а потом мы тихо уйдем. У меня очень хорошие планы на тебя, Картер. Вот увидишь, не был ли я более изобретателен в убийстве, чем ты, когда ты убирал этого слабоумного идиота Камажа. Он безжалостно рассмеялся, а затем ушел.

Я прикинул, что у меня есть около пяти минут, прежде чем он вернется. Я не хотел покидать номер, пока он держал ситуацию под контролем. Что бы я ни делал, я должен был делать это быстро, потому что мои часы показывали, что до того, как Лили сможет проснуться, осталось всего тридцать минут .

Я выбрался из ванны как можно тише и осмотрел наручники, прикрепленные к трубе.

Кто бы ни платил за его снаряжение — только так я мог думать о нем, хотя его самая характерная черта исчезла, — он доставлял хорошие вещи. Наручники были из прочной стали , которые нельзя было сломать. Я обыскал ванную в поисках оружия и ничего не нашел. Если только не дополнительный рулон туалетной бумаги, который был наверху бачка. Попробуй ударить его этим, мрачно подумал я. Там была аптечка, и это казалось моей единственной надеждой. Свободной рукой я открыл одну из зеркальных дверей. Та сторона шкафчика была пуста. Я открыл вторую. На нижней полке лежали два куска мыла, завернутые в бумагу из «Эллиота». На верхней полке был единственный другой предмет в буфете, стакан для воды, упакованный в типичном отельном стиле. Это должно было быть возможно.

Когда я обернулся, я увидел полотенца, висящие на вешалке позади двери в ванную .

Я протянул свободную руку так далеко, как только мог, и схватил одно. Я положил его в раковину. Я взял стакан с полки и поставил его на полотенце. Я загнул вокруг него уголки плотной ткани. Я поднял обернутый махровой тканью стакан и стукнул им о край раковины. Раздался легкий хлопок, приглушенный полотенцем. Я почувствовал, как стекло треснуло от удара. Я осторожно опустил его обратно в раковину и развернул полотенце. Стекло было разбито примерно на двадцать осколков, но удача была на моей стороне. Один кусок был достаточно большим для моей цели. Я взял его и положил на край раковины. Я снова свернул полотенце вокруг остатка стакана и бросил его в мусорное ведро, надеясь, что он его не заметит, когда вернется.

Я быстро расстегнул манжету руки, которая была прикована, и поднял ее. Затем я протянул руку и осторожно поискал пальцами, пока не нашел длинный осколок стекла. Под раковиной я сделал глубокий надрез на нижней стороне руки, осторожно избегая основных артерий. Кровь начала литься из четырехдюймовой раны, и я наклонился, чтобы обильно размазать ее по лицу. Как только я убедился, что мои щека, нос и губы сильно покраснели, я откинулся на спинку кресла и попытался остановить кровотечение. Она все еще сильно кровоточила, когда я сжал края раны. Звук металла заставил меня понять, что враг должен был закончить удаление всех следов своего визита и забрать остальное наше снаряжение. Я дернул рукав и снова застегнул его, надеясь, что крови там нет, прежде чем я смог осуществить свой план. Я прыгнул обратно в ванну и свесился через край окровавленной стороной лица к двери. Как раз в тот момент, когда я был в таком положении, я услышал голос нападавшего.

— Все готово, Картер. Пора идти.'

Когда он вошел в ванную, я лежал неподвижно, мой видимый глаз чуть приоткрылся, чтобы увидеть его. С пистолетом наготове он вошел, не дав мне возможности наброситься на него.

Он напрягся, увидев, как я лежу и истекаю кровью в ванне.

«Картер! Господи, он убил себя. Как...'

Он поспешил дальше и опустился на колени возле ванны. Я слышал, как его пистолет лязгает о кафельный пол. Я ударил его в живот свободной рукой, описав свирепую дугу. Длинный осколок стекла попал ему в живот чуть ниже грудной клетки.

Я вонзил осколок ему в легкое и поискал сердце. Он хотел вскрикнуть, но когда открыл рот, снова на мгновение ударил себя по рукам и ногам, а затем безвольно рухнул.

Я перетащил его через край ванны и обыскал его карманы, скрючившись из-за руки, все еще прикрепленной к трубе раковины. наконец я нашел ключ в его заднем кармане. Через несколько секунд я был свободен.

Запихнув тело Снилипа в ванну, я снял рубашку и начал рвать ее на импровизированные бинты. Этим я перевязал руку, которая все еще немного кровоточила. Я уже решил, что в тот момент мой единственный выход — отнести труп в свою комнату.

У меня не хватало времени. Я подумал, что смогу спрятать его где-нибудь в своей комнате, пока не проснется Лили, а потом договорюсь с командой AX, чтобы тело забрали. Мне было интересно, что наши люди могут узнать о личности неизвестного злоумышленника.

Я обнаружил, что он оставил наши крючки и тросы у двери балкона, очевидно, собираясь забрать их на выходе. Я обмотал обе веревки вокруг талии, позволив крючкам висеть сбоку. Потом я вернулся в ванную. Я поднял его пистолет с земли и засунул в одну из петель на поясе. Я сделал то же самое со своим Люгером, сняв его с его ремня.

Я открыл кран в ванной, чтобы смыть кровь. Затем я вымыл пол холодной водой и туалетной бумагой. Смыв в унитаз последний пропитанный кровью комок, я вытащил из мусорного ведра полотенце с осколками стекла и засунул его в мою рубашку.

Надеясь, что Лили или Дэвис не заметят пропажу полотенца и стакана с водой, когда они вернутся домой той ночью, я пошел к входной двери с трупом через плечо. Поколебавшись, я на мгновение постоял у двери, гадая, сработает ли сигнализация, если дверь открыть изнутри. Пришлось рискнуть. Я быстро повернул ручку и рывком открыл дверь. Сигнализации не было, и я мог только надеяться, что где-то не сработала беззвучная сигнализация, сообщающая о взломе.

Я поднялся по пожарной лестнице в свою комнату. Его голова ударялась о мою спину при каждом шаге. Когда я открыл противопожарную дверь на своем этаже, я первым делом проверил коридор. Никого не было видно, поэтому я быстро подошел к своей двери, прислушиваясь к некоему шуму внутри. Я осторожно открыл дверь и заглянул внутрь, чтобы убедиться, что Лили не спит, она была почти в том же положении, в котором я ушел. Согласно моим часам, у меня было всего около десяти минут, прежде чем она проснулась от своего искусственного сна. К утру у нее будет похмелье, и не будет причин подозревать, что она страдает от чего-то более зловещего, чем действие слишком большого количества алкоголя. Я вошел в комнату и огляделся в поисках места, где можно было бы спрятать труп, все еще безвольно висевший у меня на плече. Я решил, что единственное место, где я могу его спрятать, — это под кроватью, у стены. Свободного места было всего фут, но в конце концов я его туда засунул. Я положил веревки и крюки рядом с ним. Когда я встал и мое колено коснулось кровати, Лили на мгновение пошевелилась, но не проснулась. В ванной я проверил свою руку. Когда я развернул импровизированную повязку, то увидел, что порез еще немного кровоточил, но уже почти остановился. Я достал рулон бинта из своей аптечки и снова перевязал руку.

Затем я достал из шкафа чистую рубашку и убрал свой Люгер и другой пистолет. Пока я застегивал рубашку, Лили застонала и перевернулась, но глаз не открыла. Я засунул наполненное стеклом полотенце в угол шкафа. Я схватил куртку и надел ее. Затем я взял один из путеводителей по ночной жизни, которые есть в каждом гостиничном номере, и опустился в кресло. Я как раз перелистывал страницы, когда Лили застонала и внезапно села с широко открытыми глазами.

'Ник! Что случилось? Я чувствую себя так… — Она остановилась, прикрыла рот рукой и побежала в ванную. Через несколько минут она снова появилась с пепельным лицом. Она слабо улыбнулась и застенчиво спросила: «Я долго спала? Который сейчас час?'

— Скоро два часам, дорогая. Ты спала уже три часа.

— Ох, Ник, — пожаловалась она. «Я испортила нам вечер. Такого со мной никогда не случалось. Я не могу представить, почему эти напитки так меня взволновали… — Она потерла пальцами виски. «О, какая у меня головная боль».

— Это случается с лучшими, — сказал я, вставая и беря ее на руки. Запомните правило: никогда не пейте вместе разные напитки. Я дам тебе аспирин.

Когда я принес из ванной стакан воды и немного аспирина, она задумчиво посмотрела на меня. Я показал их ей, и она на мгновение заколебалась. Интересно, она думала, что это не настоящий аспирин? Были ли у нее сомнения по поводу своего «пьянства»? Но я отложил свои заботы в сторону, когда она бросила их и выпила немного воды.