Ник Гернар – Императрица (страница 32)

— Их вообще мало что берет, — вздохнул я. — Остается только надеяться, что основные силы сейчас заняты войной, а не охраной любимой прелести.

Дождавшись, пока воины мутантов скроются из виду, мы двинулись дальше, к заводу, угадать который в куче бетонного лома было уже невозможно.

Отсюда до хранилища, по словам пленника, было уже рукой подать.

Сумерки к тому времени стали еще гуще, что было нам на руку.

Мы залегли за грудой бетонных плит метрах в пятидесяти от цели.

Хранилище оказалось едва выступающим над поверхностью земли строением, обшитым ржавым металлом. С одной стороны, от него случился глубокий обвал, обнаживший часть бетонной стены, и пики арматурных прутов, торчавших из земли. Напротив нас зияла забетонированная колея, тянущаяся к раскуроченным воротам убежища и залитая зеленоватым светом фонаря. Бетон весь лопнул, покрылся сетью глубоких трещин, но визуальную целостность тем не менее сохранил.

В этой траншее несли караул два сержанта — очень высокие, с многочисленными трубками, тянущимися от ранцев в прорези доспехов. Еще двое стояли повыше, по бокам от траншеи. Вокруг них, переминаясь с ноги на ногу, вздыхали и покачивались из стороны в сторону щитовники — по пять штук с каждой стороны.

У одного из этих боковых рыцарей имелась и своя свора дикарей на цепи. Они лениво дремали чуть в стороне от своего хозяина, время от времени то поскуливая, то почёсываясь. К счастью, ветер дул нам в лицо, так что они не учуяли нашего приближения.

— Сначала ударим гранатами в центральную часть, а потом заходим одновременно справа и слева, — тихо сказал я. — Вершинин прикрывает Чо, я прикрываю Егора, Север сам по себе.

— Люди на цепи, если что, неубиваемые, — добавил Север.

— Верно, — кивнул я. — Лучший вариант им тупо голову отрубить. Вон, у Вершинина должно получиться. Так что берите на себя парня со сворой.

Тот усмехнулся.

— Это правда, такое я смогу.

— В доспехи, как я понял, стрелять бесполезно, они непробиваемые, — мрачно сказал Чо.

— Не совсем, — возразил я. — С близкого расстояния шлем прострелить можно.

— Ну и лицо, само собой, тоже, — заметил Север.

— Хороший вариант, если только они не начнут метаться на нашей с тобой скорости, — вздохнул я. — Еще у них больное место — их шланги из ранцев. Очень воют, когда их выдергиваешь… Север, ты тогда тоже заходи с парнями справа, там из-за этих собак хлопот будет побольше. Поможешь с ними, ты быстрый. А мы с Егором возьмем левого и постараемся притормозить нижних, если вдруг они выживут. Так что по возможности не подходите близко к канаве. Разрывы костюмов на короткий срок благодаря КР-4 нам не особо навредят, но все равно лучше остаться целыми. Если что, после боя при первой же возможности латаем дыры, клей у меня с собой.

Мы еще раз проверили оружие.

Пленника я привязал к обнажившемуся металлическому ребру покосившейся бетонной плиты. Тот попытался возмутиться, что вообще-то он свой. Тогда я предложил ему полную отключку в качестве альтернативы, и мужик послушно умолк.

Потом я отвел Анну подальше от входа, посадил в тени.

— Ты там как? Нормально? — спросил я, отметив ее неловкие движения и устало поникшие плечи.

— Голова кружится немного и кислорода в этом костюме не хватает, а в остальном ничего, — проговорила она. — Просто хочется поскорей все это снять. Не пойму, чего это я вдруг так не вовремя расклеилась. Может, побочки вылезли на этот твой препарат?

Я вздохнул.

— Не исключено. Из дополнительных эффектов у него там заявлено тридцать семь пунктов. Если честно, я их даже не помню все. Мы постараемся не затягивать. А потом разберемся, что делать с твоим здоровьем, потому что мне это все не нравится. А сейчас держи автомат. Из рук его не выпускай, поняла? Если пленный дернется куда-нибудь, сразу стреляй.

— Вообще-то он человек, Монгол, — с укором проговорила Анна.

— В родном мире мы тоже все по большей части люди, что не мешает нам убивать друг друга, — возразил я. — Ему приказано сидеть, вот пусть и сидит. И вообще, в любой непонятной ситуации начинай стрелять в воздух. Я услышу, не сомневайся.

Кивнул ей на прощание, я двинулся к остальным.

Так, я ничего не забыл? Все сделал?

Стоп, у меня же еще десять бонусных очков остались. Куда бы их положить?..

И, недолго думая, перенес их все во «Взрывной удар». Мне показалось, сейчас это было лучше всего. Тем более один бонусный балл приносил сразу два уровня способности категории В, то есть у меня в итоге получался пятидесятый.

А это уже немало!

Ну а потом все началось…

Три гранаты одна за другой влетели в бетонную траншею. Взрыв громыхнул, полыхнув оранжевым и выплюнув из глубины сухую землю, куски бетона и чью-то оторванную руку.

А между броском гранаты и ее взрывом Север еще успел дважды прицельно выстрелить в гиганта со своей стороны. Способность идеально видеть в сумерках давала ему эту возможность, плюс скорость вместе с меткостью, которую я уже успел оценить.

Пули одна за другой вошли прямо в глазницу мутанта. Его псы, брызгая слюной, рванули вперед, вырываясь вместе с цепью из ослабшей руки покачнувшегося от взрыва и раненого хозяина. Вероятно, уже даже не вполне живого.

Сумерки взорвались адским пламенем. Еще одна граната, брошенная мной с хирургической точностью, влетела прямо в толпу щитовников перед нами. Я увидел, как пара из них рухнули в траншею. Еще один, окровавленный с головы до ног, с ревом бросился на нас. Двое других трясли головами, пытаясь очухаться. Перед ними светились щиты, которые защитили их от моего подарка.

Мы с Егором рванули вперед.

И тут я в полной мере почувствовал, как «Истинный охотник» обостряет восприятие. Теперь я даже в загустевших сумерках видел медленно летящие в нас пули, параллельно с этим краем глаза мог следить за тем, как с другой стороны Вершинин одной рукой удерживает мерцающий щит под натиском выстрелов щитовников, в то время как Чо поливает очередями из автомата подскочивших к напарнику псов. А еще я чувствовал шевеление внизу, в забетонированной колее, и слышал вопли оттуда.

Егор открыл огонь по щитовникам. В этот момент наш сержант выстрелил из здоровенной пушки, которая была у него вместо левой руки, и я вытолкнул Егора из-под снаряда.

А потом включил максимальную скорость. Ринулся прямиком к гиганту. По пути сунул дуло автомата прямо в рожу медленно поворачивающегося ко мне щитовника и нажал на спусковой крючок. Короткая очередь превратила его голову в месиво. Он пошатнулся и начал падать, в то время как я вплотную подскочил к великану.

Доспехи на нем были круче, чем у моего старого знакомого. Сине-красные, даже с какой-то гравировкой. Да и сам он, может быть, был сильней и выше статусом, чем стражник бункера.

Но слишком медленный.

Вот почему тебе нужно качать скорость, Егор! Непременно качать скорость!

Я подпрыгнул, отталкиваясь пружинистыми ногами от земли, как зверь. Шальная пуля, пролетая сбоку, ткнулась в мой шлем, и мне пришлось неудобно пригнуть голову.

Но руки уже знали, куда метить.

Со всей силы я ломанут ошалевшего от моей наглости гиганта по голове. Руку окутало едва заметное свечение, и она ударила противника в лицо, сминая его, как яичную скорлупу.

Я сам удивился тому, как это у меня получилось.

Раздался неприятный треск — это я разорвал перчатку, зацепившись о какую-то кость внутри его черепа.

Ну и черт с ней, перебьюсь!

Обернувшись, я увидел испуганное лицо Егора и еле успел пригнуться, чтобы пули из его автомата не прошили мне грудь и голову. Дышать стало невыносимо трудно. Вентиляция костюма и фильтры не были рассчитаны на такую нагрузку. Я жадно глотал воздух, чувствуя, как мало в нем кислорода.

Твою мать. Больше так ускоряться нельзя, или я задохнусь в этом проклятом шлеме!

Между тем Чо поднимался на крышу убежища, с усилием волоча за собой на цепи всю расстрелянную свору. Дикари не были окончательно мертвы. Они поскуливали, конечности хаотично подрагивали от нетерпения, когда регенерация завершит свое дело и они снова смогут ринуться в бой. А пока их враг, проскальзывая подошвами по металлу, тащил их в сторону большого пролома сбоку от строения.

А что, тоже прекрасная идея. Скинуть их туда, прямо на торчащие штыри, и гранатами закидать. Пусть попробуют после такого воскреснуть.

Остальные продолжали отстреливаться от прикрывающихся щитами трех живых щитовников. Вот такая смешная тавтология. Вершинин — выглядывая из-за своего защитного мерцания. Север неспешным ускорением маневрируя промеж пуль заходил на фланг, чтобы открыть огонь по неприкрытой щитами стороне. Их гигант был мертв, так что остался последний рывок до победы. И тут я вдруг среди множества шумов и голосов различил дыхание буддиста, тяжелое и усталое.

За последние сутки ему пришлось немало побегать. Как бы откат не накрыл…

И в этот момент где-то глубоко под землей что-то вздрогнуло. Будто на глубине тронулся поезд метро. Потом раздался грохот, и из дымящегося провала перед входом с неожиданной легкостью и скоростью вверх взмыл еще один великан. С грохотом приземлившись, он быстро осмотрелся — и встретился взглядом со мной. Ухмыльнулся. Как в ускоренной записи махнул единственной целой рукой — и его собратья-щитовники рухнули на землю, вместе с Севером и Вершининым.