Ник Бостром – Глубокая утопия. Жизнь и смысл в решенном мире (страница 110)
но в утопии мы получим кайф
а сигареты будут валяться на бедре девственницы.
ола, оле, оха!
на крыше моего дворца
Я глотну из золотой чаши.
Пока я поглаживаю свой коллосальный [отредактировано]...
Надо было взять с собой зонтики.
Тессиус: И затычки для ушей.
Фирафикс: Мы добрались... Похоже, все еще продолжается. Давайте зайдем внутрь.
Поэтический слэм
Поэт:
...
Поэтические кинетические крылья из бумаги
Иллюзорный настой
Танцующий взгляд и лунный обморок
Радужный полумесяц
Тендерная капитуляция
Мир развернулся
Эфемерный собор
Витрина
Лестница
Интерфейс
Примите благодать
Зрители: [Бурные аплодисменты.]
Спасибо. Это было совершенно замечательно. Так мощно.
Я чувствую, что все мы гости и путешественники на этой планете, но наш следующий поэт сегодня - путешественник в более буквальном смысле, он только недавно прилетел. Какое это чудо - алюминиевые птицы, рассекающие небо с людьми в животе. Но знаете, что еще более чудесно? То, что с помощью слов и воображения мы можем путешествовать не только в далекие страны, но даже в места, которых больше нет или которые никогда не существовали. Мы можем путешествовать в моменты и возможности. И в этих путешествиях воображения нет ни проверок на безопасность, ни иммиграционных проверок, ни потери багажа. Ваш билет - это готовое к путешествию сердце, а ваша виза - открытый разум. Но я все равно благодарен, когда алюминиевые птицы приносят нам таких гостей, как наш сегодняшний гость: Уолтер Диего. Пожалуйста, поднимите руки, топните ногами и пошлите хорошие вибрации, пока он идет к микрофону!
Аудитория: [хлопают, ахают.]
Вальтер Диего [с тяжелым акцентом]: Спасибо. Ваши слова так правдивы, но я должен возразить по поводу одного вашего слова - о том, что в путешествиях ума не бывает потерянного багажа. Когда человек достигает более преклонных лет, авиакомпании иногда становятся немного небрежными в этом отношении. [Смех в зале.]
Стихотворение, которое я буду читать, называется "Старые моряки". На всякий случай я взял с собой небольшую ручную кладь, но куда же я ее положил? [О, вот! [Достает и разворачивает лист бумаги; прочищает горло.]
Кельвин [шепотом]: Это профессор Бостром.
Фирафикс: Что?
Кельвин: Смотри, борода и брови фальшивые.
Тессиус: Пощекочи меня розовым, кошачьим усом!
Вальтер Диего [читать]:
СТАРЫЕ МОРЯКИ
и снова в море!
Эта старинная шхуна
еще одна морская прогулка
в его гниющих досках
мачта все еще может держать парус!
и эти мои обветренные руки
хотя и менее ловкий, чем раньше.
имеют больше опыта
знают толк в крючках и снастях
и скоро поднимется на палубу.
тунец
и с ухмылкой заядлый океанский разбойник
набивает трубу
и рассматривая последний трофей рядом с ним.
а потом горизонт и соленые волны.
которые он оставит молодым людям.
перед тем, как окончательно встать на стоянку в порту
сидеть у окна и реветь туманом.
Эмси: Спасибо Диего, и спасибо всем вам за то, что пришли сегодня. И я надеюсь увидеть вас в следующий раз!
Летний воздух
Тессиус: Тунец, который бьется! Действительно.
Кельвин: Хорошая идея - надеть маскировку.
Тессиус: Так дерзко. Фирафикс, ты покраснел?
Фирафикс: Я бы сделал это, если бы мог.
Тессиус: Когда он снял пиджак, в черной водолазке, он выглядел потрясающе. Согласитесь, этот тонкий как рельс взгляд! Как кинжал, пронзающий грудную клетку и пронзающий сердце. -Верили, вы покраснели!
Фирафикс: Нет!
Дождь закончился.
Промоутер: Эпическая тревога! Trance-континентальный экспресс отправляется на новый уровень бреда! Пульсар стробоскопов, сверхновые биты. Поддайтесь пандемониуму! Вечеринка сингулярности! Уже происходит! Сегодня вечером!
Тессиус: [Берет листовку.] Смотрите, диджей Теддибьёрн дает концерт. Хотите пойти? Это в доках.
Кельвин: Не думаю.