Нидейла Нэльте – Вкус свободы (страница 71)

К нам подходит Селий, вернее, конечно, к Тали. Не корчить зверские рожи. Помню. Чувствую себя… необычно. Улыбаюсь. Вот идиот.

Селий бросает свирепый взгляд, в котором чередой выстроились обещания самых невыносимых мучений, какие он только сможет измыслить для меня. Молчу.

— Лита… — начинает, похоже, снова ценным советам Халира следовать пытается. — Ты долго ещё будешь на меня злиться?

— Я не злюсь на тебя, с чего ты взял? — недоумевает Тали.

— Ну… так демонстративно за Климом ухаживаешь, — говорит. О чём это он? Ни за кем Тали не ухаживает! Правда, Тали? Надеюсь.

Её волосы залепляют мой рот и глаза, поднимает руку, пытается поправить, но хватает на несколько секунд, снова разлетаются. Стараюсь прижать их щекой к голове.

— Селий, ты свой выбор сделал, какие претензии?

— А ты? — снова бросает на меня взгляд. — Чего он тебя весь вечер обнимает?

— Холодно, — пожимает Тали плечами.

— Ну, красавица! — приближается к нам Халир. Мне кажется, или у него во взгляде мелькает некоторое восхищение? — Ещё немного, и я тоже запрошусь к тебе в мужья! Сто лет так не отрывался! Пригласи на свидание, а?

Тали окидывает его взглядом — волосы снова выбиваются, щекочут меня по лицу. Не удерживаюсь, прикасаюсь губами. Пошёл к чёрту, урод. Судя по глазам Селия, он думает примерно о том же.

— Не выдержу конкуренции, Халир, — хмыкает Тали.

— Какой такой конкуренции? — вклинивается рыжая дура, которая только и делает, что хищным ястребом вокруг аристократа летает. Тут даже менее ценящий самостоятельность сбежал бы.

— Да так, — Тали бросает на Халира хитрый взгляд, даже сзади чувствуется. — У кое-кого слишком плотный график в некоторых вопросах.

Халир, похоже, намёк понимает и тему продолжать не спешит. Это про его рабынь, что ли? А вот Селий изъявляет недовольство:

— Зато твой график весь вокруг постельного!

— Наоборот, — хихикает Тали, проводят ладонями по моим рукам. — Это он вокруг меня.

Халир фыркает, Селий супится, только Клима не видно. Между прочим, холодно, я уже сам замёрз.

— Рабы для неё — лучший контингент, — мстительно сообщает рыжая стерва.

— Постельные тряпки сейчас в моде? — тянет Селий. Сердце ухает вниз, непроизвольно сжимаю Тали, надеюсь, никто не заметил. Твари, знаю же, что нельзя расслабляться ни на миг. У Селия сразу настроение поднялось, лыбится. Чёрт, Тали, наверное, неприятно прижиматься к «постельной тряпке», она же просто пыталась Олинке планы перебить. Чуть отстраняюсь, не сильно, чтобы воздух холодный как можно меньше проникал. О чём я только думал! Идиот.

— Селий, ты меня оскорбить вздумал? — хмурится Тали. Халир хватается за голову и отходит с тихим «Ё-ё-ё». Только до Селия не дошло.

— Почему это? — не понимает.

— Потому что ты полный… придурок! — раздаётся чуть сзади голос Свеллы, всё слышала, похоже. — Оскорбляя постельного раба, оскорбляешь и его госпожу. По-твоему, Лита от тряпки… ммм… получает постельное удовольствие?

Как же она умеет гадости вуалировать, эта Свелла. Хорошо, что здесь полумрак и пляшущие тени от фонарей. Кажется, щёки снова горят. Удовольствие, думаю тоскливо. Где уж мне. Долго ещё планируешь тут стоять, Тали?

— Да какое там удовольствие, — хихикает рыжая, до сих пор не может Тали Халира простить. — Она за него держится, чтобы Олинке досадить, а сама небось и не притрагивается. Она же реабилитационная.

Никогда не бил женщин. Но некоторых из них просто непреодолимо хочется стукнуть. Вдруг мозги на место встанут или сволочизм высыплется. Ладно по мне все прохаживаются, не привыкать. Но реабилитация — это… слов не подберу. Хорошо, не по-настоящему и Тали не должна переживать. Но они же не знают!

Тали вдруг презрительно фыркает, поворачивается — еле успеваю отпустить, — проводит рукой по моей шее, запускает в волосы — вроде бы резко, но прикосновение такое ласковое. Бесноватое тело откликается моментально. Чего это она?

Притягивает к себе мою голову. Быстрее, чем осознаю происходящее, начинаю ощущать желанные губы. Мне же не нужно ничего скрывать, да если бы и нужно было — не знаю, удалось ли бы, но ведь наоборот, необходимо демонстрировать. Да и что тут демонстрировать, я так давно этого хотел, сам не успеваю сообразить, как прижимаю её к себе, наслаждаюсь. Почему наши поцелуи выходят какими-то ненормальными?!

Пусть так. Без этого, наверное, мне бы никогда не ощутить вкус твоих губ.

Тали внезапно отстраняется, кажется, я слишком увлёкся. Дурак. Пытаюсь сообразить, что теперь. Поворачивается, окидывает всех насмешливым взглядом:

— Вопросы есть?

— А дальше? — наглеет Орида, ничем её не пронять. Таринская мерзость.

— А дальше — без вас, — хмыкает Тали. — Я как раз в настроении. Реабилитация проходит вполне успешно, если вдруг кому не безразлично. Идём!

Иду. Надеюсь, мы на яхту, а не в местные каюты. Не вздумай «нагло» смотреть на уязвлённого Селия, дурак! Не вздумай!

Господи. О господи, Антер! Это невероятно, никогда не подозревала, что поцелуй может быть настолько великолепным! Чёрт. Были бы мы одни, от меня осталась бы горстка пепла! В следующий раз только по ветру развеять… И, кажется, я уже не могу дождаться этого следующего раза, каждая самая крохотная частичка тела и души взбунтовались, мечтая сгореть поскорее.

Возьми себя в руки, агент Там!

Вон Олинка появилась, за цепи раба подтаскивает.

— Куда пойдём? — спрашивает.

— Прости, но я уже спать, — отвечаю.

— Ты же у нас останешься?

— Завтра ещё приду.

— Что-нибудь случилось? — хмурится Олинка.

— У подружки своей спроси, — киваю на Ориду, с ней разбирайтесь.

Заходим в «рукав», тут хоть пронизывающего ветра нет. Так хочется взять Антера за руку. Господи, и как я буду спать с ним в одной кровати?!

Вспоминаю — вздрогнул, отстранился… Чёрт, ну как ему объяснить, ведь он же думает, что это он не нужен мне… Не представляешь, насколько нужен! Я просто до ужаса боюсь, что придётся потом сделать то… что может тебя сломать.

— Госпожа Ямалита! — слышу голос Клима, оборачиваюсь — заглядывает в рукав. — Можно… к вам… буквально на минутку… — смущённо.

— Клим, я ужасно замёрзла, — вздыхаю. Кажется, его не было со всеми и он едва ли слышал выяснения. — Что случилось?

«Рукав» подпрыгивает и изгибается, Антер поддерживает меня, ещё и шум ветра мешает. Клим пытается что-то сказать, слышно плохо, не возвращаться же к аристократам!

— Идём, — зову скрепя сердце. Пошлёшь ведь, такой ещё пойдёт, потом раскручивай снова на симпатию. Кивает, идёт за нами следом. Буду много зевать и постараюсь поскорее распрощаться.

Снаружи всё холоднее и холоднее. Не хочу заводить в каюту. Активирую поле, делаю его непроницаемым для ветра. Совсем другое дело.

С удивлением обнаруживаю, что из «рукава» следом за Климом и его телохранителем выходит Лайла. Как обычно в одном ошейнике.

— Лита… — мнётся Клим. — Я её купил… для тебя. Ты не переживай, она может какое-то время у меня пожить, там разберёшься, куда… В смысле, ты же… ну… — совсем теряется. Идиот, не мог девушку одеть?!

Так, считаем до пяти. Он не виноват, у него воспитание такое, да и генетически отношение к рабам давно сложившееся.

— Антер, дай ей халат, — говорю, прервав своё движение. Чёрт, периодически забываться начинаю, нужно как-то эмоции в порядок привести…

Антер мягко спускается по лестнице, буквально через минуту появляется с халатом и кофтой для меня. Накидывает мне на плечи, помогает надеть, Лайле просто подаёт. Всё как положено. Пытаюсь осознать очередные свалившиеся проблемы. Не хватало для полного счастья!

— Я что-то не то сделал… — грустно констатирует Клим.

— Просто… я ошарашена, — отвечаю.

— Ну ты пока подумай, если вдруг… продать никогда не поздно. Дарственную всё равно на суше нужно будет заверить.

— Нет-нет, не надо продавать, — говорю. У меня же рука не поднимется сдать девушку в бордель! Чёрт. — Антер, принеси нам чаю, — прошу. — И перекусить. Ты давно ела? — спрашиваю у Лайлы.

— Утром, — отвечает боязливо.

Антер со словами «уже несу, госпожа» снова исчезает внизу. Падаю на диван, приглашаю Клима сесть. Так, твою мать, все мысли из головы разлетелись. Вот удружил. Ладно, что-нибудь придумаю.

— Госпожа… — зовёт вдруг Антер. Снизу одна голова торчит, не видно, опустился ли он как положено при своевольном обращении на колени, или нет. Улыбаюсь. — Можно вас… пожалуйста…

Тон настораживает, стараюсь не сорваться с места, встаю, изображаю неудовольствие. Спускаюсь к нему, когда нас уже не видно — смотрю вопросительно. Указывает глазами на дверь ванной. Лихо! Бросаюсь туда.

Антер держится рядом, на секунду притормаживаю. Будь там что опасное, он бы меня не пустил. Открываю.

Черти! Коробка пуста. Крышка по-прежнему на месте.