Нидейла Нэльте – Слепая совесть (страница 10)
– Конечно, сможешь съездить, куда захочешь. Но жить будешь там, где и надлежит будущей императрице.
– А как подобает? – интересуюсь. Иллариандр морщится, кажется, с некоторым раздражением.
– Дарсаль тебе объяснит, – кивает на Стража.
Что-то мне уже и полет не в радость.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
Император поглядывает на механические часы – другие на нашей стороне не действуют. Тихое равномерное тиканье, четкая работа точного устройства, идеально встраивающегося в омаа. Люблю вещи, которые легко опознавать и ощущать.
Летаем еще минут сорок, прежде чем сворачиваем обратно. В салоне тихо. Ноэлия, похоже, свыкается с новой информацией. Иллариандр молчит, легкие ментальные струи – видимо, решает насущные вопросы через ментальщиков.
– Я рассчитываю на тебя, – сообщает, наконец, невесте, когда гравикар идет на снижение.
Ноэлия поворачивается к нему, фиолетовый неприязненный взгляд в мою сторону. Наверное, думает, что следить буду. Впрочем, буду, конечно. Отпечаток кивка.
– Тебе что-нибудь нужно? – интересуется император. Легкий всплеск синей ауры, словно девушка хочет что-то сказать, но останавливает сама себя. И отвечает совсем иное:
– Из того, что нужно мне, у меня все есть. А из того, что понадобится императрице… Дарсаль еще ничего не объяснил.
Император излучает легкое недовольство, но скорее показное. Захоти он, чтобы я прямо здесь рассказывал, отдал бы приказ иначе. И что же тобой движет, шри: нежелание видеть меня рядом, или попытка установить иерархию?
Девушка бросает испуганный взгляд, похоже, мой ей не по душе.
– В Йоване Дарсаль будет постоянно при тебе, а дома, если захочешь, можешь его сменить. После свадьбы, конечно.
Ощущаю еще один взгляд, сдерживаю рвущийся омаа. Это мой единственный шанс, шри. Не хотелось бы бороться за него с тобой.
Гравикар опускается, останавливается. Выхожу первым, открываю дверь. Император тоже решает поухаживать за невестой, подает руку. Отсвет улыбки, Ноэлия благодарит.
– Завтра… ближе к вечеру заеду за тобой, – голос императора лучезарен, словно они только что не ехали в вязкой тишине, а весело и счастливо время проводили.
– Точное время узнать можно?
– Сообщу, – повелитель бросает на меня отчетливый взгляд, киваю. – Буду ждать встречи!
Ноэлия молчит, в глубине души поднимает голову давно задушенная тоска по зрению. Увидеть бы ее лицо. Впрочем, аура по-прежнему почти спокойна, легкие порывы эмоций быстро растворяются.
Иллариандр доводит невесту до двери пансиона. Открываю, но внутрь не заходит, лишь подносит к губам ее руку.
– До завтра, – слова даются девушке нелегко, спешит уйти.
Иду за ней, просматриваю здание, привычно слежу и за Иллариандром, пока садится в машину.
В холле никого, Ноэлию, похоже, так быстро не ждали. Если вообще ждали. Почти все в обеденной зале за длинным столом, прислушиваюсь к звукам и ощущениям. Судя по всему, обсуждают как раз последние новости. Ноэлия спешит по лестнице, держусь чуть позади. Вбегает в комнату, захлопывает передо мной дверь. Останавливаюсь.
Решаю обойти пансион, исследовать своим омаа. Опасности не чувствую, на улице двое Слепых и четверо зрячих на скрытых позициях, не подпустят никого подозрительного.
Одни женщины живут, так непривычно! Ауры, запахи, голоса действуют почти опьяняюще, если не присматриваться к цветам. Впрочем, они здесь не самые ужасные, вспомнить хотя бы шри Шарассу.
Неспешно обхожу дом, попадаюсь на глаза какой-то незадачливой девчонке – оглушает визгом, уносится к своей мадам. Но, как ни странно, не выбегают всей гурьбой поглазеть, тихонько из зала посматривают, не навязываясь. Мне здесь нравится.
Возвращаюсь к двери Ноэлии, прикладываю ладонь. Заперто – четкие контуры механического устройства. Всхлипы. Могу и тут постоять, для меня особенной разницы нет, тем более в таком проницаемом строении.
Замираю, ухожу в созерцательный режим. Может, всю ночь стоять придется, нужно силы экономить да не допускать преждевременного отката. Не сейчас.
Однако проходит немногим больше часа, когда появляется еще одна аура. В целом приятная, цвета по большей части светлые и яркие, темных и мутных совсем мало. Правда, плотные пятна обманов и тайн портят картину. Интересно было бы в ней покопаться, пробиться на более глубокие слои… да нельзя просто так.
Притормаживает в нескольких шагах, волны неприязни, отвращения, почти ненависти. Не привыкать.
Дверь рывком открывается.
– Это ко мне! – с некоторым вызовом сообщает Ноэлия, бросается вперед, обнимает гостью. – Тересия! – рыдает.
Затаскивает ее к себе, снова ощущаю почти материальные взгляды. Захожу следом, нельзя мне тебя ни с кем наедине оставлять.
У Тересии глаза красные, меня тоже что-то развезло… Казалось бы, радоваться нужно, но перспектива поездки так пугает!
Бросаю взгляд на Стража, понимаю: он всего лишь исполняет приказы, но все равно, почти ненавижу! Если бы не эта его метка, может, удалось бы как-то договориться… ну пусть бы император сам сказал, что не подхожу! Гордость нашептывает – раз спешил, наверное, я ему действительно понравилась. Он же император, не будет же до просьб снисходить! А все равно ощущение грядущих перемен и неизвестности страшнее. Я уже как-то смирилась, что замуж не выйти. Надеялась, конечно, встретить того, кто оценит и полюбит…
– Дарсаль, вам обязательно стоять прямо здесь? – рискую спросить.
Белый свет в глазах загорается ярче, кажется, даже из губ вырывается, когда приоткрывает. Жуткое зрелище, не передернуться бы.
– Я не должен оставлять вас ни с кем, моя госпожа, – отвечает.
– Он все равно нас услышит, хоть из другого конца дома, – вздыхает Тересия. Отходит к окну, достает потертую трубку.
– Что мне делать? – приближаюсь, спрашиваю тоскливо.
– А что тут сделаешь, – произносит обреченно. – Тебя теперь где угодно найдут, правда, Дарсаль? – бросает на него взгляд.
Страж кивает:
– Конечно. Дело времени.
– Запомни, девочка, императору нужен наследник. Если за ближайшие несколько месяцев тебе не удастся забеременеть… от тебя постараются избавиться и приедут за новой императрицей.
– Как избавиться? – пугаюсь.
– Мало ли! Несчастный случай, обвинение в предательстве – у императора возможностей много. Запомни, ребенок – твоя защита! И то…
– Что?
– Ничего, – снова и снова вздыхает Тересия. Ну зачем она меня запугивает? Я и так боюсь до безумия!
Не удерживаюсь, смотрю на Дарсаля – Страж непроницаем, лишь этот белый свет будто живет собственной жизнью.
– Он отпустил меня до завтра, – говорю тихо.
Тересия кивает, раскуривает, закашливается. Отмахивается рукой от сизого дыма.
– Но я же смогу пригласить тебя с собой? В особняк… или в Айо? – так отчаянно хочется, чтобы хоть кто-то был рядом!
– Ох, Ноэлия. Я не смогу с тобой поехать, девочка моя.
Чуть не срывается «почему?». Отворачиваюсь, закусываю губу. Если уж она меня к себе не забрала, то кто я такая, чтобы ради меня ехать в чужую страну? Найдет себе другого ребенка на попечение. Ведь заботиться издалека всегда проще. Спасибо и на том.
– Прости, моя красавица.
Сидим вместе до вечера. Так хочется снова прижаться, как в детстве, ощутить сухую морщинистую руку на волосах. Привычный запах лимонной цедры отдает горьким привкусом расставания. Только сейчас осознаю в полной мере ее слова, что предстоит остаться совершенно одной среди чужих людей! Нужно как-то к этому привыкать. Прав Иллариандр, я все-таки стану императрицей, не кем попало.
– Должны же быть какие-то плюсы, – усмехаюсь, не сдержавшись. – И жених у меня красивый.
– Молодец, – соглашается Тересия. – Плюсы всегда можно найти. Как сразу себя поставишь, так к тебе и будут относиться. И расположение императора тебе теперь терять нельзя. Он – сила в своем государстве.
Бросаю взгляд на Дарсаля, а как я себя поставила, интересно? Впрочем, Иллариандр же сказал, что смогу заменить. Пожалуй, так и сделаю.
К вечеру она все-таки уходит, обещает завтра с утра заглянуть. Хожу по комнате, не могу поверить, что последнюю ночь буду здесь!
– Что мне взять… что понадобится? – интересуюсь у Стража.
– Теплые вещи, моя госпожа. На перевалах бывает холодно. Это если вам непременно хочется что-то взять, повелитель позаботится о вашем комфорте.