Нидейла Нэльте – Отдай свои крылья (страница 5)

– Тогда тебе придётся подкармливать меня своей магией, – проявил отличные знания вопроса Растон.

Тем не менее пока я мылась, он меня дожидался, к еде не приступал.

– Как ты планируешь распределить нашу учёбу? – поинтересовался, занимая единственное кресло у столика.

Моё любимое, между прочим! Я хотела было согнать эту светлую заразу, но тогда ему придётся садиться на мою же кровать. Р-р-р!

Отсыпав себе еды, умостилась в кровати.

– Я планирую учиться и вызывать защитника тогда, когда он мне понадобится, – отозвалась насмешливо. – А ты подстраивайся.

– Другого от тебя и не ожидал, – бросил Растон полупрезрительно.

Какое-то время мы ели молча. После я не удержалась, решила утолить своё любопытство.

– Как тебе удалось сохранить такой белый цвет? Поцелуи с нелюбимыми на него не влияют?

– Понравилось? – хмыкнул он.

– Заинтриговало, – пожала я плечами. – Или это всё, что ты умеешь?

Он усмехнулся, так, что на щеках образовались небольшие ямочки. Кажется, я понимала, почему эта улыбка сводила девчонок с ума.

– Не дождёшься, Джун, – проворковал задушевным тоном, от которого меня аж пробрало.

– Меня не интересует практика, – холодно остудила я его. – Меня интересует теория! Рассказывай!

Несколько мгновений мы сверлили друг друга взглядами. Я даже нащупала нить заклинания, что связывало нас. Дёрну за неё – и ответит как миленький!

Растон тоже это понял. Смотрел на меня, словно выжидая, как же я поступлю.

А, какого света! Я пустила магический импульс, приказав:

– Говори!

Растон сжал зубы – ямочки исчезли, уступив место резким скулам. На миг глаза вспыхнули не то яростью, не то ещё чем-то, в чём я не разобралась.

– Храмы, – отозвался словно через силу. – В наших храмах есть специально обученные людские жрицы… и жрецы.

Мои глаза удивлённо расширились. Да не может быть! Растон моментально взял себя в руки, в лицо вернулась насмешливость.

– Не думал, что ты так наивна. Неужели от тебя скрывают дела взрослых?

Это был удар ниже пояса. И правда, наши наверняка знали, надо было у брата спросить, что ли!

– Жрицы, значит, – сузила я глаза. – Какое лицемерие! Спать без любви нельзя, но со жрицами можно. Тёмные хотя бы просто отдаются страсти, а не используют беспомощных людей! Как удобно!

– Тебя это заводит?

– Мне это отвратительно! – в голову полезли неприятные картины красавца-Растона в объятиях с какой-нибудь людской женщиной, которая обслуживает беленьких крылатых. Где-то в глубине души мне хотелось думать, что он и правда сохранил свой цвет нетронутым, потому что…

Да какая разница!

– Почему вы не темнеете? Это ведь всё равно… с нелюбимыми.

Он наклонился ко мне, побуждая податься вперёд, будто хотел сообщить важную тайну. И едва я повелась на это, прошептал:

– Не твоё дело, Джун!

Ах ты… он злил меня, специально дразнил, и это почти удалось! Резко поднявшись, я отбросила вилку на поднос. Вручила Растону свою сумку в добавок к его собственной.

Бросила на него уничижительный взгляд и взмахнула рукой, открывая портал на центральную площадь Академии.

Он с сожалением глянул на недоеденный завтрак, но молча поднялся, не произнеся ни слова.

Обычно я приходила раньше – как и многие. Это всегда была возможность узнать, что нового произошло за время каникул, посмотреть расстановку сил, да и просто настроиться на учебный процесс.

Но сегодня шла почти к самому началу официальной части, во время которой ректор Туссэн Ламарк поздравлял нас с очередным учебным отрезком нашей жизни.

Просто-таки не терпелось посмотреть, какое впечатление произведёт наше появление.

4

У меня не было подруг. Как-то не складывалось. Это светлые «лапочки» ходят кучками, смущённо похихикивая. Среди тёмных каждая девушка желает быть первой и единственной. Поэтому с подругами сложно.

Зато с друзьями очень даже. Со всеми несостоявшимися кавалерами у меня оставались нормальные дружеские отношения. Они даже вроде гордились дружбой со мной. Такая уж у меня сложилась репутация.

Хотя нет, одна подруга всё же имелась. Из оборотней. Не ровня крылатым, конечно, но они тоже учатся в Академии. Как-то раз мы вместе отрабатывали практику и на диво неплохо сработались. Анья Конн.

О ней я и думала, открывая портал. К моей радости, она уже была на площади, возле неё мы и вышли.

– Джун! – обрадовалась она, сперва даже и не заметив шагнувшего за мной светлокрылого.

– Что с тобой? – испугалась я, обнаружив на её коже странные зелёные пятна.

– Линька, – поморщилась Анья, почесав позеленевшее запястье. – Кожа облазит. Пройдёт.

Она наконец-то увидела пристроившегося позади меня Растона и с любопытством уставилась на него.

– Новая игрушка? – хмыкнула, окинув его с ног до головы изумрудными глазами с вертикальными зрачками.

– Ну, я пошёл, – попробовал было он, но я сузила свои:

– Нет. Ты останешься со мной. Здесь может быть опасно. Очень опасно!

– Смешно, – хмыкнул светлый, поставив возле меня мою сумку.

– А я не шучу, – не отводила я взгляда.

– Растон! – откуда-то издалека окликнула его светлая смазливая девица.

Ну вот, начинается. У меня аж мурашки побежали от предвкушения.

Светлая бросилась к нам.

– Почему тебя не было дома? Что случилось?

Девушка обняла его, и он скользнул ладонью по её талии.

Я хотела было съязвить насчёт девиц, которые гоняют за парнями и даже домой заезжают. Но что-то она подозрительно на него похожа… такие же зелёные глаза, ещё и явно младше года на два, а то и три.

– Всё нормально, Рунния.

– Мама волновалась…

Ну точно, похоже, сестра. А вон и другие беленькие подтягиваются.

– Я уже взрослый мальчик, – хмыкнул Растон. – Потом поговорим, Рун.

– Идём к нам, почему ты тут? – она с неприязнью покосилась на меня.

– Он никуда не пойдёт, – заявила я, скрестив руки на груди. Не могла не заметить, как стиснулись зубы Растона – но губы тут же расслабились в насмешливой улыбке.

Вокруг собиралось всё больше любопытных. Притом тёмные, похоже, были в курсе случившегося, наверняка с лёгкой руки братьев Басарда и Долиорода, детей главы нашего клана. Басард закончил Академию вместе с Джеффом в прошлом году, а Долиород учился вместе со мной.

А вот до светлых волна не докатилась, и они смотрели на нас с недоумением.

Растон стоял расправив плечи. Ничто во взгляде, внешнем виде не выдавало эмоций. Хотя я очень хорошо представляла, что он сейчас чувствует. Что творится в душе.