Нейтон Патчер – Демонтажник: Осада Цитадели (страница 12)

Зал наполнился скрежетом сминаемого металла, фонтанами горящего трансформаторного масла и короткими замыканиями чудовищной силы. Силовые щиты пехотинцев картеля замерцали и погасли — перегрузка обесточила весь сектор.

Артём быстро оглядел обнажившуюся в полу зала трещину в граните. Сквозь нее снизу, из непостижимой глубины, тянуло могильным холодом Бездны. Камень дрогнул. Первичный импульс лег точно в цель.

— Точки привязки рассчитаны, — произнес Артём, щелкая таймером на наручном планшете и фиксируя телеметрию геологического отклика. — Координаты разломов в памяти Системы. Теперь я знаю, куда бить.

Он повернулся к аварийному выходу из зала — вентиляционному шурфу, ведущему обратно в заброшенные тоннели метро:

— Отходим, Гром. Мы увидели все, что нужно.

— А генераторы? — тяжело дыша, спросил следопыт, отсекая огнем одиночных выстрелов очухавшихся пехотинцев. — Мы не добьем их?

— Зачем? — Артём хладнокровно защелкнул карабин на страховочном тросе перед прыжком в шурф. — Пусть работают. Пусть качают энергию в Башню до последней секунды. Чем сильнее они натянут струну, тем громче она лопнет.

Он шагнул в темноту вертикального ствола, скользя вниз по тросу. В голове инженера уже крутились строгие ряды дифференциальных уравнений.

Масса. Скорость. Предел текучести стали. Угол кливажа гранита.

Приговор Башне Гегемонии был подписан, скреплен законами физики и готов к исполнению. Оставалось лишь расставить детонаторы.

Глава 5. Первая диверсия: Бастион Големов

Спецсектор «Северная промзона» дышал перегретым шлаком, жженой синтетикой и тяжелым, давящим на барабанные перепонки низкочастотным гулом.

Артём Соколов лежал на ребристой стальной балке кабельного моста в семидесяти метрах над землей, вжавшись в скопление толстых силовых шин. Сквозь маскировочную накидку с наполнителем из кристаллического углерода его тепловой контур сливался с фоном заводских коммуникаций. Двойная оптика тактического визора выхватывала из серых клубов ядовитого смога контуры объекта: Литейно-механический комбинат № 3.

На картах городского кадастра это предприятие числилось как законсервированный завод гидроабразивных станков. В реальности картель «Цитадель» превратил его в Бастион Големов — главный сборочный арсенал ударных автоматонов тяжелого осадного класса.

Через открытые створки железнодорожных дебаркадеров на бетонные платформы непрерывной чередой выходили готовые боевые единицы.

[Система: Анализ цели]

[Объект: Тяжелый осадный голем серии «Монолит-В»]

[Ранг: 4 (Редкий элитный)]

[Уровень: 34]

[Бронирование: Литой мифрило-адамантиновый композит с гексагональным армированием]

[Энергетический контур: Мана-реактор 3-го поколения (стабилизированный)]

[Особые модули: Пси-ретранслятор подчинения «Эхо Цитадели», спаренные кинетические молоты, наплечные мортиры разрывного пламени]

[Статус: Пройдена первичная калибровка приводов. Готовность к погрузке на эшелон: 88%]

Четырехметровые шагающие громады с монолитными торсами двигались с пугающей плавностью. На их бронеплитах тускло фосфорицировали багровые глифы клана: крепостная стена, пронзенная золотым мечом. Десятки техномагов в черных прорезиненных фартуках с экранирующей прошивкой суетились вокруг гигантов, подключая диагностические кабели к затылочным портам големов.

На дальнем путевом разъезде маневровые тепловозы с бронированными платформами уже принимали первый эшелон. Пять платформ. По четыре голема на каждую. Двадцать осадных машин, способных за полчаса превратить любой мятежный жилой квартал Прибрежного сектора в щебень и тлеющий фарш, раздавив баррикады сопротивления вместе с гражданскими.

А над горизонтом, протыкая низкие свинцовые облака на немыслимую высоту в тысячу двести метров, царила Башня Гегемонии. Ее шпиль вибрировал, посылая в ионосферу невидимые импульсы психотронного поля. Воздух в столице казался густым, как патока: ментальное давление Системы внушало каждому жителю животный, парализующий страх перед волей Архи-маршала Радомира.

Артём прищурился. В правом нижнем углу интерфейса мерцала шкала ментального сопротивления:

[Статус: Ментальная стабильность: 94%]

[Эффект: «Воля Ликвидатора» (Пассивный навык 5-го ранга)]

[Внимание: Психотронное излучение Башни Гегемонии усиливается каждые сорок минут. До следующего резонансного пика: 18 минут 42 секунды]

— Штурмовать цех в лоб — самоубийство, — тихо произнес Артём в скрытую гарнитуру. Канал был зашифрован через локальный подпространственный узел, исключая радиоперехват сенсорами «Цитадели». — Здесь не меньше трех рот регулярной гвардии в экзоскелетах, стационарные мана-турели седьмого контура и минимум сорок готовых автоматонов на тестовых линиях. Если ввяжемся в позиционный бой, нас зажмут в посадочных шлюзах и перетрут в пыль.

Из микродинамика в ухе донесся хриплый, напряженный голос Ковалева — бывшего командира приозерского укрепрайона, координировавшего подпольные группы в нижних ярусах:

— Артём, эшелон уйдет через двадцать пять минут. Если они выбросят «Монолитов» на мосты третьего кольца, баррикады ополчения не продержатся и десяти минут. Бронебойные снаряды их композитную броню не берут, а у нас нет тяжелой артиллерии. Мы потеряем весь сектор снабжения. Делай то, ради чего пошел. Ты сможешь заглушить реакторы?

— Реакторы заглушают инженеры-эксплуатационники, — сухо отозвался Артём, переключая визор в режим геологического и конструкционного рентгена. — Я — инженер по демонтажу. Я не глушу машины. Я уничтожаю условия их существования.

Перед глазами развернулась трехмерная скелетная модель главного производственного корпуса.

[Навык: Архитектурный Анализ (Ранг 6)]

[Активирован режим: Векторная деконструкция несущих сред]

[Расход маны: 120 ед/сек]

Картинка вспыхнула сеткой разноцветных силовых векторов. Несущие фермы перекрытий горели синим — запас прочности по изгибающему моменту был трехкратным, сталь высшей пробы с легированием титаном. Внешние стены — зеленым, армированный фибробетон толщиной полтора метра, усиленный экранирующими сетками от направленных фугасов. «Цитадель» строила на века, готовясь к внешней осаде. Военные архитекторы картеля предусмотрели падение авиабомб, ракетные удары и атаки боевых магов стихии земли.

Но они мыслили шаблонами фортификации. Они защищали здание снаружи.

Артём опустил взгляд визора в самую глубину здания, туда, где располагалось сердце завода — плавильное отделение.

Там, на массивных фундаментах, возвышались три циклопические руднотермические доменные печи типа «Вулкан-М-Спец». В их чревах непрерывно бурлил расплав мифрило-адамантинового сплава — основа для литья корпусов и суставных узлов големов. Температура расплава внутри рубашки составляла две тысячи четыреста градусов Цельсия. Общий объем жидкого металла в трех емкостях превышал восемьсот пятьдесят тонн.

И вся эта колоссальная масса покоилась на железобетонных плинтусах и четырех радиальных пилонах коробчатого сечения под каждой печью.

Векторы в основаниях печей на схеме Артёма горели тревожным желто-оранжевым цветом.

[Анализ конструкционных напряжений:]

[Статическая нагрузка на пилон № 1: 215 тонн]

[Статическая нагрузка на пилон № 2: 215 тонн]

[Предел текучести бетона фундамента: 45 МПа]

[Коэффициент концентрации напряжений в анкерных узлах: 1.82]

[Критическая уязвимость: Опоры удерживают вертикальный вектор массы. Устойчивость к боковому динамическому сдвигу занижена на 42% из-за технологических каналов гидравлического слива шлака]

Губы Артёма тронула холодная, сосредоточенная усмешка.

— Восемьсот пятьдесят тонн жидкого металла на высоте двенадцати метров над сборочной линией, — пробормотал он, прикидывая траектории растекания. — Высота падения, гидродинамический удар, тепловой шок для электронных схем и цепная детонация боекомплектов в открытых трюмах автоматонов. Это не диверсия. Это плановая утилизация производственного брака.

Он отключил маскировочный полог на набедренном кармане и проверил экипировку. Два десятка кумулятивно-резонансных зарядов КРЗ-4 на основе модифицированного гексогена с примесью порошка пустотного янтаря. Четыре капсюля мгновенного подпространственного возбуждения. И главный инструмент, созданный в мастерских Приозерска по его собственным чертежам: ручной пространственный шпуробур «Шершень-3М».

— Вхожу в периметр, — передал Артём. — Режим тишины до первого хлопка.

Он скользнул по диагональной распорке вниз, мягко приземлился на решетчатый технологический настил вентиляционной галереи и растаял в клубах горячего пара.

***

Путь на нижний горизонт лежал через магистральный коллектор шлакоудаления. Здесь стояла невыносимая жара. Воздух обжигал легкие даже сквозь мембранный респиратор, пахло сероводородом, жженой медью и едкой щелочью. По желобам внизу с глухим шипением текли ручьи отработанного технического масла и охлаждающей эмульсии.

[Статус: Температура окружающей среды: +68 °C]

[Внимание: Термическая нагрузка на защитный костюм. Ресурс фильтров: 48 минут]

Артём двигался бесшумно, пригнувшись, держа в правой руке короткий кинетический карабин с глушителем гравитационного типа, а в левой — сенсорный щуп. На пересечении коллектора с дренажным тоннелем сидел пост охраны: двое бойцов «Цитадели» в тяжелых штурмовых бронекостюмах «Скала» и сторожевой гончий дроид с оптико-электронным сканером на турели.