Нейт Гейл – Парадокс Лапьера (страница 13)

Всего через час в левый отсек зашел и сам капитан Фалькона. Судя по влажным волосам Сэм только вышла из душа. Она, одетая в повседневную корабельную форму, прошла к небольшой тумбе в столовой зоне, на которой стояла кофемашина. Поставив в нее кружку и нажав пару кнопок, девушка вдумчиво посмотрела в большой иллюминатор перед собой, за которым мелькали звезды. Этот вид так ее завораживал, что она не сразу услышала, как характерный негромкий писк аппарата, свидетельствующий о том, что приготовление напитка завершено, так и не заметила, как пристально за ней наблюдает андроид, спокойно восседающий в паре метров от нее, ровно держа спину.

– Только не думай, что я медленно схожу с ума, – вдруг сказала она, не поворачивая голову.

Все-таки заметила. Трудно было что-то скрыть от внимательного офицера.

– Платформа лишь анализирует показатели импланта, – попытался оправдаться робот, отводя взгляд.

– Вранье – не твоя фишка, – подметила девушка, беря чашку с кофе и проходя ближе к роботу, присаживаясь напротив него за металлический стол.

– Платформа не умеет врать, Саманта, – тут же парировал он с хитринкой в глазах.

– Зато платформа умеет быть нудной и дотошной, – скрывая улыбку за чашкой, спародировала Сэм своего товарища.

– Это архитектурные особенности программы, – в тон ей ответил Эдинсон, смотря куда-то в планшет и отправляя отчет для материнской системы.

Прыснув от смеха, офицер продолжила монотонно пить свой напиток, читая новости на планшете, который по обыкновению лежал на столе в столовой зоне.

Время на корабле, рассекающем необъятные просторы бескрайнего космоса, ощущалось несколько необычно для коренных обитателей Земли. Казалось, что по субъективным ощущениям оно тянулось будто бы дольше из-за отсутствия определенных внешних циклических ориентиров, таких как день и ночь, но по факту за какие-то пару часов фрегат преодолевал огромные расстояния в десятки тысяч километров, которые еще полторы сотни лет назад были чем-то фантастическим. По воспоминаниям бабушки Сэм, миссис Джейн Браун, в среднем один трансатлантический перелет из Лос-Анджелеса в Лондон занимал около одиннадцати часов. Теперь же за такое время можно было добраться до системы Альфа, а время перелета с одного континента на другой сократилось втрое. Все это стало возможным благодаря созданию самого эффективного, с точки зрения мощи и коэффициента производительности, сверхсветового двигателя, который теперь устанавливался во все космические корабли.

Через несколько часов в левом отсеке раздался голос бортового компьютера по интеркому:

– Входящий вызов по голосовой связи: капитан Нил Беккер.

– Твою же, – тихо чертыхнулась девушка себе под нос, отвлекаясь от написания статьи, – отклонить.

– Входящий вызов отклонен, – тут же ответил женский голос компьютера.

Эдинсон выглянул из-за металлической перегородки между столовой и медблоком, глядя на своего оператора.

– Хочешь спросить почему я игнорирую отца? – тут же спросила Сэм, предвидя вопрос андроида.

– В системе Дэвида были записи об отклоненных звонках и голосовых сообщениях от капитана Беккера.

– Эдинсон, если ты будешь и дальше лезть в систему Дэвида, я ограничу тебе доступ, – раздраженно ответила Саманта, сохраняя свои записи на виртуальном компьютере, – я знаю, что мы напарники и твой долг сохранять мне жизнь, но есть личные границы.

Робот поджал губы и выглядел словно нашкодивший ребенок.

– Платформа лишь хочет лучше знать твои принципы и мотивацию, – после нескольких минут молчания сказал он.

Ученая, только взявшая в руку стакан с овощным смузи, чтобы сделать глоток, резко остановилась и поставила стакан обратно, не донеся его до рта. «Что он сейчас сказал?» – девушка уставилась на синтетика. Он лез в ее личные файлы для того, чтобы лучше узнать? В его программе было достаточно данных о ней: ее личное дело, психологический профиль, всевозможные анкеты и почти полтора года совместной службы – он достаточно знал о ней, как об офицере. Так что же он еще хотел знать?

– Зачем тебе эта информация? – сухо спросила девушка, нахмурившись.

– Нам предстоит долгое пребывание в изолированной от общества среде, платформа должны просчитать все возможные риски для твоего психологического состояния, – будничным тоном выдал робот.

– Да сколько можно, я ведь не какая-то сумасшедшая. Кошмары и проблемы в семье не…

– Так значит у тебя все-таки есть проблемы в общении с отцом? – перебил ее синтетик.

– Ты переходишь границы, Эдинсон. Я не хочу говорить об этом, – четко и слегка грубовато отчеканила Сэм, смотря прямо на андроида, все еще находившегося в медблоке, отчего им, как двум невеждам, приходилось повышать голос, чтобы услышать друг друга.

– Но… – попытался продолжить робот.

– Хватит. Эта тема закрыта. Ни слова больше о моей семье. Это приказ, – Саманта так же сильно не любила говорить эту фразу своему компаньону, как и то, когда кто-то пытался влезть к ней в душу с расспросами о том, что их не касалось.

Лоб Эдинсона еще несколько секунд горел оранжевым, он смотрел на своего оператора, а потом отвернулся, безропотно следуя приказу офицера.

Беккер шумно выдохнула. Вся концентрация вмиг пропала – и желания продолжать статью для научного электронного журнала уже не было. Внутри сразу же возникло легкое чувство вины, не стоило так грубить роботу. Вряд ли он, конечно, умеет испытывать чувство обиды, но такой тон в общении с ним явно был лишним. Вся эта ситуация с отцом давила на девушку грузом неразрешенных проблем.

У Нила Беккера был довольно сложный характер потомственного военного, который привык общаться приказами. Мужчина несомненно любил свою дочь, но порой был очень резок в общении с ней, позволяя говорить довольно неприятные вещи. Что же, похоже, что эту черту его характера взяла себе и сама Сэм. Девушка довольно часто спорила и по мелочи ссорилась с отцом еще с подросткового возраста. Но несмотря на это, мужчина гордился всеми достижениями дочери и всегда хвалил своего ребенка за ее маленькие победы. Трудно было представить насколько он был счастлив, наблюдая как его дочь принимала присягу, становясь частью огромного флота. Мужчина еще неделю с нескрываемым хвастовством показывал друзьям фото Сэм в парадной форме. Однако чем старше становилась девушка, тем больше они отдалялись, пока в один день окончательно не разругались. Нынешний бойкот Саманты был абсолютно оправдан и справедлив по отношению к родителю, но все же девушка в глубине души скучала по отцу и его непредвзятости в некоторых вопросах, когда Сэм нужен был совет главы семьи.

Взглянув на часы в углу цифрового экрана, перед которым продолжала задумчиво сидеть офицер, она поняла, что до станции Кеплер-9 было еще примерно около пяти часов полета, а значит, девушка могла часик вздремнуть, чтобы пограничные военные не сильно обращали внимание на ее синяки под глазами. Разминая мышцы шеи, девушка прошла в свою каюту, она скинула ботинки с ног и легла на кровать, потягиваясь словно кошка. Через несколько минут она действительно провалилась в легкую дрему.

Но отдых и здоровый сон были лишь мечтами, ведь буквально через полчаса ее разбудил голос бортового компьютера из динамика интеркома:

– Входящий вызов по голосовой связи: старший офицер Дуайт Уотсон.

Саманта разлепила глаза и потерла веки руками. Обреченно вздохнув, она слезла с кровати и пошла к личному виртуальному компьютеру, принимая вызов.

– Беккер, день добрый, или что там у тебя, – девушка была как никогда рада, что ее заспанного лица сейчас не было видно, – судя по координатам Фалькона, ты на подлете к Кеплеру. Я предупредил местных парней, что ты направляешься в желтую зону с особой миссией Корпорации, но они все равно обязаны по протоколу тебя оформить, поэтому много времени это не займет.

– Здравствуйте, сэр, – офицер с трудом подавила зевок, но Уотсону многого не требовалось, чтобы высказать свое недовольство, – по плану мы должны прибыть на Кеплер через… эм… три… нет, четыре часа, – мозг из-за внезапного пробуждения все еще отказывался работать должным образом.

– Ты там что, спала?

– Никак нет, сэр. Несла боевое дежурство.

– Твое счастье, что ты не на Земле, Беккер, иначе пошла бы в наряд вне очереди. Ты знаешь, что парни на Кеплере нервные последнее время, поэтому давай без своих выкрутасов. Поняла? – раздраженно уточнил мужчина.

– Да, сэр.

– Конец связи, – с таким же недовольством закончил диалог Уотсон и отключился.

Почесав подбородок и сделав глубокий вдох, Саманта пошла за очередной порцией кофе, уже ожидая комментариев Эдинсона о том, что большое количество кофеина пагубно скажется на ее здоровье.

Еще через несколько часов бортовой компьютер сообщил, что Фалькон приближается к пограничной станции флота. Офицер, уже успевшая привести себя в порядок, вошла в кабину пилота, дабы взять на себя ручное управление. Эдинсон так же занял кресло второго пилота, а затем, отключив автопилот, начал постепенно убавлять степень выброса частиц из ядра, замедляя его работу.

– Кеплер-9, это SLF-R Фалькон, прошу разрешения на стыковку, – четко проговорила Саманта в коммуникатор.

– Принято, Фалькон, стыковка разрешена, следуйте к военному доку «R», стыковочный шлюз номер «9», – тут же отозвался диспетчер станции.