Нея Амос – Йера для наёмника (страница 13)

Ларри умрет?

В груди становится холодно от одной этой мысли. А еще хуже мне становится от выражения лиц врачей, в которых я не вижу никакого желания спасти пациента.

– Камень извлекли, – говорит тот, кто переживал за оборудование во время драки.

– Пусть дохнет, – высоким голосом говорит тот, кто выстрелил в Ларри из транквилизатора.

– Попробуем его спасти, – косится на Айрона тот, кто с ним дрался.

Вот уж не думала, что он окажется самым гуманным.

Но тут я вижу, как рука стрелка тянется к аппаратам, к которым подключен Ларри. В этот миг в голове проносятся сотни мыслей.

Страх. Паника. И жуткое желание спасти жизнь. Все это захлестывает меня с головой, и я вдруг испытываю покалывание в пальцах, как всегда у меня бывало в племенах, когда я их успокаивала.

Спасите! Спасите его. Неужели вы бесчувственные создания? У Ларри больная мать, она не выдержит его смерти.

Проявите сочувствие!

Все это я кричу про себя, и тут происходит невероятное. Стрелок, что тянулся к аппаратам, вдруг пожимает плечами и отходит, а два врача начинают реанимировать Ларри.

Я слежу за ними, сжав кулаки от усилий. И чем больше я стараюсь, тем с большим рвением они пытаются спасти Ларри. Даже стрелок подключается.

И тут я замечаю взгляд Айрона. Он словно мне в душу смотрит, и я не выдерживаю тяжести, отвожу глаза.

– Да зварк с ним! – слышу я.

И понимаю, что отвлеклась. Снова сжимаю кулаки и посылаю врачам импульс о спасении Ларри.

– Что ты делаешь? – слышу шепот у уха.

Айрон стоит позади меня, смотрит на врачей, но я уверена – весь во внимании, что же я отвечу.

– Н-ничего. – Я дергаю головой в его сторону, и врачи тут же сбиваются.

– Брось. Бесполезно уже, – агитирует стрелок.

Нет! Я снова сжимаю кулаки, снова чувствую покалывание в пальцах. И взгляд Айрона на себе.

Глава 15

Врачи бросаются на помощь Ларри, порхают над ним ангелами медицины. И пока они не говорят «Состояние стабилизировалось», я не расслабляюсь ни на миг.

В голове пульсирует мысль: «Я правда могу ими управлять! У меня выходит!»

До этого свою особенность я считала скорее положительной энергетикой или умением расположить к себе. Думала даже, что у меня располагающая внешность для этого. Особенно когда ловила на себе взгляды мужчин – даже таких, как Айрон.

Айрон.

Мои мысли на мгновение застревают на нем. На том, как его золотистые глаза сужаются, когда он сосредоточен. Как его мощные плечи напрягаются, когда он готовится к бою. Как его голос, низкий и бархатистый, обволакивает меня, даже когда он говорит жесткие вещи.

Но сейчас не время для этого.

Я снова концентрируюсь на врачах.

Правда, дается мне это нелегко. Лоб покрывается испариной, пальцы начинают неметь.

Когда я наконец облегченно выдыхаю и позволяю себе расслабиться, взгляд Айрона прожигает меня насквозь.

– Ты влияешь на них. Как? – констатирует он так тихо, что его голос почти сливается с гулом аппаратуры.

Тон холодный, но в глубине золотистых глаз пляшут искры чего-то большего, чем просто интерес.

Он восхищен.

Я чувствую, как по моей спине пробегает теплая волна.

Я не отвечаю. Прикрываюсь страхом, что врачи снова махнут на Ларри рукой, но на самом деле мне нравится этот момент. Нравится, как он смотрит на меня – будто видит впервые.

Снова сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Представляю импульс эмоции, которую направляю на врачей как волну, и это работает – «стрелок» достает из шкафчика ампулу.

– Поможет ему быстро прийти в себя! – С этими словами он вбирает содержимое ампулы в шприц.

– Но это же ценный Р-300! – возражает другой врач.

Я усиливаю волну воздействия. И правда работает!

Айрон хватает меня за запястье. Его пальцы обжигают кожу, будто раскаленный металл.

– Прекрати.

– Нет! – Я пытаюсь вырваться, но он не отпускает.

Его рука большая, сильная, и от этого контраста – его мощь против моей хрупкости – у меня перехватывает дыхание.

– Ты не понимаешь, что делаешь. Это опасно. Камень чувствителен… – Айрон не успевает договорить.

Неожиданно камень ньюша, лежавший на столе рядом с Ларри, звонко подскакивает на металлической поверхности. А потом так быстро взмывает вверх и врезается мне в грудь, что ни я, ни Айрон не успеваем среагировать.

Боль пронзает меня – острая, жгучая, как будто кто-то влил в вены расплавленное стекло.

– А-а-а!

Я кричу, щупаю себя руками, но камень уже исчез – растворился внутри, будто его и не было.

– Элира!

Айрон резко притягивает меня к себе, его руки скользят по моей талии, груди, будто пытаясь нащупать входное отверстие. Его дыхание горячее на моей шее.

– Где? Где он вошел?

– Не… не знаю… – Я задыхаюсь.

Его пальцы дрожат. Впервые вижу его таким… на грани.

Мое тело горит. Каждая клетка вибрирует, словно наполненная электричеством.

– Камень ньюша… Он в ней, – бормочет один из врачей, всматриваясь в мою грудь. – Но где вход?

– Надо срочно извлечь, – говорит другой и шагает ко мне с продолговатым прибором, мигающим красным.

– Я говорил, что ей тут не место! – кричит драчун.

– Нет! – Я инстинктивно прижимаюсь к Айрону, ищу у него защиты.

Его рука плотно обхватывает мою талию, прижимая к себе.

– Не троньте ее, – рычит он.

Но я уже чувствую новый импульс. Тот же, что заставлял врачей слушаться, но теперь он сильнее. В сто раз сильнее.

Медики застывают на месте, будто вкопанные.

Только Айрон остается невосприимчивым.

– Элира… – Он поворачивает мое лицо к себе.

Я пытаюсь ударить силой и по нему, но не выходит.