Нея Амос – Йера для командора (страница 6)

– Чего ты хочешь?

Барсиец недовольно смотрит в сторону, потом снова на меня, словно теряет терпение. Подходит и начинает раздевать меня.

– Я сама, – отскакиваю в сторону.

Чего он хочет? Проверить, нет ли у меня половых инфекций? Взять анализы? Или провести эксперименты по менталу?

Испуганным взглядом еще раз окидываю помещение. Непохоже, чтобы тут были шапки, щипцы и прочие предметы экзекуции для менталистов.

Я уже это однажды проходила. Теперь до дрожи боюсь. Лучше умру, чем еще раз лягу на исследовательский стол.

– И? – спрашивает Ротор. – Все же помочь?

Я медленно снимаю с себя форменный комбинезон и обувь. Замираю, прикрывшись руками. Снова унижение. Снова я готова биться головой об стену.

– На кушетку, – командует он.

– А тут нет врача? – спрашиваю я, озираясь. – Что ты со мной хочешь сделать?

– Док вышел по моему приказу. Ложись, Наяна. Я теряю терпение.

Я ложусь на кушетку, все еще стараясь прикрыться руками, хотя понимаю, как глупо это выглядит. Но ничего не могу с собой поделать!

Ротор подходит к моим ногам, хватает за щиколотки и тянет на себя. Сгибает мои ноги в коленях и раздвигает их, словно я на приеме у гинеколога.

Я пытаюсь сопротивляться. Честно. Но когда он резко кричит на меня на своем языке, то я цепенею.

Ладно, что я дурю? Он же уже все видел. И вроде ничего преступного делать не собирается. Может, очередная проверка на йеру? Может, он засомневался?

Вон в его руках крем. Он зачерпывает его пальцами, а потом дотрагивается до моих половых губ.

Я вздрагиваю. Не знаю, куда деть взгляд.

– Все припухло. Если не намазать, будет болеть, – говорит он. – Тем более это твой первый раз.

Я не пойму, он обо мне заботится? После того, как грубо взял?

Подушечки пальцев Ротора дотрагиваются до моих внутренних половых губ, и я еще раз вздрагиваю. Из-за крема прикосновения кажутся особенно нежными, какими-то трепетными, но я понимаю, что это мне только так кажется. Какая нежность в таком агрессоре?

Свожу колени вместе и слышу недовольный рык Ротора. Развожу снова, уговаривая себя, что он делает мне лучше. Ничем же не вредит. Даже заботится.

Только думает почему-то про меня плохо. И я потеряна, как никогда в жизни. Просто обезоружена.

Мой первый раз, такое важное событие – и вот так. И не то чтобы мне не понравилось. Я очень даже кайфанула, но то, что происходит, – это же не пойми что. Это дикий ужас.

Неприятно из-за его слов и обвинений. До слез обидно, но…

Надо немного потерпеть. Скоро я уйду в каюту и закроюсь там до остановки, на которой смогу выйти. А потом никогда не увижу эту наглую морду.

И тут я ощущаю, как пальцы Ротора ласкают мою киску, и вырываюсь из мыслей.

Я перевожу взгляд на барсийца и вижу, что он получает удовольствие, глядя на меня там и лаская пальцами. И это вводит меня в ступор.

Он зачерпывает крем и обильно мажет мои нижние губы, и его движения становятся все более интимными. Я дрожу и стараюсь не двигать попой в такт его рукам. Останавливаю себя всеми силами.

Нет. Он меня обидел. Оскорбил.

Хрен ему!

Неожиданно Ротор проникает в меня сначала одним пальцем, потом вторым и смотрит на мою реакцию. Жадно ловит мои малейшие эмоции.

Он снова заводится – я это вижу. Завожусь и я, хотя внутри мышцы до сих пор мелко подергиваются от перенапряжения, а душа болит от обиды. Я стараюсь ничем не показать, что что-то чувствую.

Ротор бросает на меня быстрый взгляд.

– З-з-заноза, – цедит он сквозь зубы.

И в это время мажет свой член кремом. Обильно так, что не остается сомнений, куда он собирается его засунуть.

Эй-эй! Опять?

Да ни за что!

Я хочу отползти к изголовью кушетки, но Ротор хватает меня за щиколотки, притягивает к себе и входит, мягко, но уверенно раздвигая складочки, наполняя меня собой полностью.

– Ах! – вырывается у меня.

Я смотрю на него с надеждой. Неужели понял, что я не озабоченная землянка и не воздействовала не его ментал? Осознал, что у него снесло крышу от меня настоящей, а не от паразита?

Глаза Ротора довольно блестят в ответ на мой вопросительный взгляд.

Он входит в меня снова и снова, держа мои ноги под коленями, и смотрит прямо в глаза.

У меня ощущение, что Ротор хочет обладать мной полностью, не только телом, но и душой, поэтому не сводит с меня глаз.

Он словно пьет мои эмоции – жадно, безотрывно, много.

Сейчас он не так агрессивен. Его движения более медленные, но он по-прежнему беспощаден – загоняет в меня свой член на всю длину, до стонов из моего рта.

– Ты… же… хотел… меня… лечить, – говорю я между глубокими входами.

– Я и лечу. Мажу труднодоступные места. Ты же хотела член барсийца, когда подсаживала мне паразита. Получай, детка. Получай по полной!

Я в шоке замираю, а Ротор снова становится агрессивным – двигается быстрее, жестче, а хватка на моем теле усиливается.

К моим глазам подступают слезы обиды и злости.

Дурак! Идиот! Не может разобраться в своих чувствах.

Я, как спец по менталу, могу точно сказать, что никакие «паразиты» не снесут так крышу у бойца такого ранга, как Ротор.

Если я на самом деле его йера, ох как он у меня попляшет, когда я смотаюсь с его крейсера! Если не йера… Что ж, у меня был крутой секс, а он – труп. Моя дядя его убьет.

Я настолько накручиваю себя, что умудряюсь вывернуться, упереть пятку в грудь Ротору и толкнуть его. Вот только он даже не качается. Лишь скептически поднимает брови и снова с рыком завоевателя входит в меня.

Барсийцев сравнивают с хищным зверьем. Говорят, что они такие же агрессивные и беспощадные в бою. Теперь я вижу, что и в сексе они не знают жалости.

Ротор закидывает ногу, которую я упираю ему в грудь, себе на плечо. Потом берет вторую мою ногу и закидывает себе на локоть. И входит в меня на всю немалую длину, высекая громкий стон.

Так он очень глубоко во мне. Слишком. И я начинаю вырываться из его рук, но все бесполезно. Пытаюсь соскочить с него – напрасно. Он только сильнее фиксирует меня и имеет, имеет, имеет, пока я не сдаюсь, бросая сопротивление.

– Умничка, – хвалит он меня.

Кладет руку на мой клитор и двигает пальцем, заставляя меня извиваться сильнее.

Как же мне нравится секс с ним и как же Ротор меня бесит!

Я нащупываю на кушетке подушку и кидаю в него. Подушка пролетает мимо его головы, желтые глаза загораются огнем.

– А ты та еще штучка, да? – спрашивает он хрипло.

Ротор выглядит люто заинтересованным мной: и моим телом, и характером. И он валит все на моего «паразита» в своем щите? Серьезно?

Как же меня это злит!

Ротору настолько нравится мой бунт, что он с рыком врывается в меня и изливается оргазмом. Я не хочу сейчас кайфовать, но член внутри настолько твердый, что это взрывает меня ответным удовольствием до крика из горла.

Я испытываю оргазм такой силы, что меня сначала всю словно вытягивает струной, а потом сотрясает волнами наслаждения. А когда пик спадает, губы сами растягиваются в сытой улыбке. Мои мышцы медленно покидает напряжение.