Нева Олтедж – Сокровенная правда (страница 30)

— Ты тоже никуда не поедешь.

— Ангелина…

— Нет. Мы оба останемся здесь. И мы найдем способ справиться с этим вместе.

Он вскидывает голову и смотрит на меня расширенными глазами.

— Ты с ума сошла? Ей-богу, я едва не придушил тебя.

— Ты просто держал меня на расстоянии от себя. В следующий раз я подожду, пока ты проснешься, прежде чем прикасаться к тебе.

— Следующего раза не будет, Ангелина. Я больше никогда не повторю свою ошибку и не подвергну тебя опасности.

— Я разбудила тебя посреди кошмара, Сергей. Ты подумал, что я представляю угрозу. И тем не менее ты не причинил мне вред.

— А мог бы. — Он качает головой. — Тебе нужно держаться от меня подальше.

Я наклоняюсь вперед, пока носом не касаюсь его носа.

— Не получится. Давай вернемся в постель.

— Нет. Я пойду в другую комнату. Я вряд ли смогу заснуть после того, что случилось, но на всякий случай.

— Хорошо. — Я киваю. — Я возьму подушку и пойду с тобой. И чтобы ты знал, я ненавижу спать на полу. Однажды ходила в поход, когда училась в третьем классе. Один из худших опытов в моей жизни, а это очень конкурентный список.

— Ты не будешь спать на полу, Ангелина.

— Тогда на кровати. Я рада, что мы в этом согласны. — Я беру его за руку и встаю. — Пойдем. Пожалуйста.

Он позволяет мне поднять его и неохотно следует через комнату. Забравшись в кровать, я освобождаю для него место и поглаживаю подушку рядом со своей головой. Сергей наблюдает за мной, его лицо мрачно, затем садится на кровать спиной ко мне и свешивает голову, уставившись в пол между ног. Очевидно, что он не собирается ложиться. Я пересаживаюсь позади него, располагая ноги по обе стороны от его бедер и обхватываю руками его грудь. Положив левую ладонь прямо над его сердцем, я прижимаюсь щекой к его спине.

Сергей делает глубокий вдох и накрывает мою руку своей.

— Я так налажал, Ангелина. Серьезно, по-крупному облажался.

— Не переживай. Я принимаю тебя таким, какой ты есть. — Я закрываю глаза и утыкаюсь носом в его спину. — Кто такая Даша?

Он застывает, но сердцебиение под моей ладонью учащается. Долгое время он молчит. Не шевелится, и я уверена, что мой вопрос так и останется без ответа.

Но потом он начинает говорить.

— Даша была моей женой, — шепчет он, и я открываю глаза.

— Мы встретились случайно, — продолжает он, — или я так считал в то время. Шесть лет назад. Она была на несколько лет старше меня, работала официанткой в кафе, которое я часто посещал. Застенчивая. Немного неуверенная в себе. Она была русской. Приехала по рабочей визе, пыталась получить документы. — Он усмехается. — Я был молод. Глупый. И клюнул на ее фарс. И она мне понравилась. Феликс, конечно, проверил ее биографию. Она казалась солидной. Когда я сказал ему, что собираюсь жениться на ней, чтобы она могла получить грин-карту, он пришел в ярость. По крайней мере, сначала, но потом сказал, что, возможно, мне будет полезно иметь кого-то. Я тогда был не в лучшем положении.

— Так ты женился на ней?

— Да. Она переехала ко мне. Первые несколько месяцев было хорошо. — Он сжимает мои пальцы. — Потом она начала спрашивать меня о работе. Сначала по мелочам. Где я был. Чем занимался. Я сказал ей, что работаю на правительство и не могу делиться информацией, связанной с работой. Она начала давить все больше и больше и расстроилась, когда я ничего не рассказал.

Он делает глубокий вдох.

— Однажды вечером я вернулся домой после долгого задания. Я был уставшим и не выспавшимся. На тот момент мы были вместе уже шесть месяцев, но я перестал спать в нашей кровати двумя неделями ранее и планировал попросить ее съехать. Я рухнул на диван. Позже меня что-то разбудило. Это не был шум. Даша была слишком хорошо обучена, чтобы допустить такую оплошность. Возможно, это инстинкт. В одну секунду я глубоко спал, а в следующую, открыв глаза, увидел, что она нависла надо мной с одним из моих ножей у моего горла.

Сергей кладет руку на правую сторону шеи, над горизонтальным шрамом, который я заметила, когда мы принимали душ.

— Я колебался лишь мгновение, достаточное для того, чтобы она начала резать мою кожу, но потом сработала моя подготовка. Я схватил ее и свернул ей шею. — Он качает головой. — На следующее утро Феликс потянул за некоторые ниточки и смог пробить ее отпечатки по международной базе данных. Она была оперативником российского правительства. Мы нашли секретный электронный почтовый ящик на ее телефоне, с которого она получала приказы. В последнем сообщении она сообщила, что я не хочу говорить, и попросила разрешения отступить. В ответе было приказано убить меня, чтобы я ее не раскрыл.

Боже милостивый.

— Ты любил ее?

— Не знаю. Наверное. — Он глядит в сторону двери. Сергей не смотрел на меня ни разу с тех пор, как начал рассказывать мне о своей жене. — Ты понимаешь, что могло произойти раньше?

Я целую его в спину.

— Да.

— Хорошо.

Он кивает и начинает вставать, но я сжимаю руки и обхватываю его ногами.

— Это не значит, что ты пойдешь в другую комнату.

— Детка…

— Ты останешься здесь, — я целую его левое плечо, — останешься здесь, — еще один поцелуй на его руке, — со мной.

Я пропускаю руки под его подмышки, затем переношу весь свой вес на бок. Сергей наклоняется вместе со мной, пока мы оба не оказываемся лежащими на кровати.

— Твои демоны меня не пугают, — шепчу я ему на ухо. — Ты забываешь, Сергей, что я выросла в логове гиены. Может, я и воспитанная. Мой отец позаботился о том, чтобы я получила лучшее образование, но я все равно провела большую часть своей жизни в окружении людей, которые были либо плохими, либо сумасшедшими.

Я беру его руку и кладу ладонь на бедро, над шрамом, о котором он однажды спросил меня.

— Я не падала с дерева. Меня похитили, когда мне было семь лет. Пуля угодила в меня, когда человек моего отца выносил меня из сарая, где мой похититель держал меня для выкупа.

Он вдыхает, и я целую его затылок. Затем поднимаю правую руку, развожу пальцы перед его лицом, чтобы показать ему длинный выцветший шрам на ладони.

— Один из мужчин в комплексе пытался изнасиловать меня, когда мне было тринадцать. Я порезала руку, когда пыталась отнять у него нож.

— Правда? — спрашивает Сергей, его голос едва слышен. — Он тебя изнасиловал?

— Нет. Он был слишком пьян. Я взяла его пистолет, который он оставил на тумбочке, и отстрелила ему его грязный пенис. Он визжал, как свинья на закланье.

Сергей поворачивается лицом ко мне и зарывает руку в мои волосы, в его глазах читается изумление.

— Ты умеешь стрелять из пистолета?

Я усмехаюсь.

— Все в комплексе знают, как пользоваться оружием.

— Ну разве ты не полна сюрпризов, мисс Сандовал?

— Думаю, дело в выживании. — Я пожимаю плечами. — Даже моя бабушка знает, как стрелять.

Я грустно улыбаюсь. Больно думать о ней, гадать, жива ли она еще.

— Ты можешь напомнить своему пахану о его обещании?

— О каком обещание?

— Он сказал, что попытается получить какую-нибудь информацию о моей бабушке. Я не уверена, что Диего причинил ей боль, когда узнал, что она помогла мне сбежать.

— Обязательно, детка. — Он целует меня в лоб. — Засыпай.

— Ты останешься?

Я чувствую, как его грудь поднимается под моей ладонью, когда он делает глубокий вдох.

— Останусь.

Улыбаясь, я зарываюсь лицом в его шею и, вдыхая его дикий, знакомый, успокаивающий запах, закрываю глаза и наслаждаюсь ощущением его рук, обнимающих меня, и его дыхания в моих волосах. Он боится, что может ненароком причинить мне боль, но дело в том, что я не помню, когда в последний раз чувствовала себя настолько защищенной, как в объятиях Сергея.

— Не смей покидать эту кровать, — бормочу я и позволяю себе заснуть.

Я жду, пока Ангелина уснет, затем встаю, иду к шкафу, чтобы надеть какую-нибудь одежду, и роюсь в ящиках, пока не нахожу свою пачку сигарет. Взяв наполовину полную пачку и прихватив по дороге телефон, выхожу из комнаты и свистом подзываю Мими, которая через пару секунд взбегает по лестнице. Я указываю ей на дверь спальни и отдаю приказ охранять, затем спускаюсь по лестнице и выхожу на улицу. Я достаю пепельницу, спрятанную под первой ступенькой, сажусь на крыльцо и звоню Роману.