Нева Алтай – Тихий шепот (страница 8)

— Мать Лены ушла, — говорит он. — Лена не была запланированным ребенком. Ее мать хотела сделать аборт. Я сказал, что убью ее, если она сделает аборт, поэтому после родов она оставила ее у меня, взяла деньги, которые я ей дал, и ушла. Несколько месяцев назад я узнал, что у нее была передозировка героином.

Я шумно выдохнула и посмотрела на Михаила. Он растил Лену с младенчества. Если бы он сказал это до того, как я увидела его с ней, я бы никогда ему не поверила. Он кажется таким замкнутым и неприступным.

Он снова опускает взгляд на телефон, читая следующий вопрос.

— Я пытался объяснить Лене ситуацию, но не уверен, насколько она ее поняла. Она знает, что отныне ты будешь жить с нами. Она хорошо ко всему приспосабливается. Я не жду никаких проблем.

Он ловит мой взгляд и несколько мгновений молча наблюдает за мной, а я смотрю на его глаза. Это самый необычный оттенок синего, как прозрачная океанская вода.

— Для тебя это будет проблемой? То, что у меня есть ребенок?

Я откидываюсь назад и приподнимаю брови. Почему это должно быть проблемой? Наверное, он читает ответ на моем лице, потому что кивает и снова опускает взгляд на телефон.

— Расписание дня Лены? — спрашивает он и с удивлением смотрит на меня.

Я киваю.

— Она встает в семь. Сиси приходит, отводит ее в садик и возвращает домой около трех. Они обедают и идут на прогулку или в парк. Сиси обычно уходит около пяти, но она приходит присмотреть за Леной вечером, когда мне нужно уйти по работе. Иногда, когда внучки Сиси остаются с ней, она забирает Лену к себе с ночевкой. Как вчера вечером.

Он кладет телефон на стол и кивает в ее сторону.

— Есть еще вопросы?

Я отрицательно качаю головой.

— Тогда давай поедим.

Мой странный муж идет на кухню и начинает брать тарелки из шкафа, а я встаю, чтобы помочь ему.

Я смотрю, как Бьянка берет тарелки и столовые приборы, несет их к столу и возвращается за бокалами. Она неожиданно хорошо восприняла новость, что у меня есть ребенок, тем более что я устроил ей засаду, не сказав об этом заранее. Дело в том, что я хотел увидеть ее реакцию. Не каждый день человека заставляют выйти замуж за незнакомца, а потом узнать, что у супруга к тому же еще и ребенок. Я не представляю, что бы сделал, если бы Бьянка сказала, что не любит детей. Лена — самый важный человек в моей жизни, и надеюсь, что они поладят.

Бьянка поворачивается и тянется к графину с водой, случайно слегка натыкаясь на меня, и я на секунду замираю. Легче, когда инициатором контакта являюсь я. Уклоняюсь влево, протягивая руку, чтобы взять салатницу, и касаюсь ее бедра своим боком. Ничего.

Она поворачивается и направляется к столу, неся воду, и я провожаю ее взглядом, замечая, как штаны облегают ее ноги и упругую попку. Образы ее обнаженной в моей постели, прижатой к моему телу, внезапно захлестнули мой разум. Я очень долго не хотел ощущать обнаженное женское тело рядом со своим, но теперь хочу. И для человека, у которого проблемы с кожным контактом, это очень тревожное признание.

— Я хочу, чтобы ты расписала свои планы на следующие две недели, — говорю я. — Если захочешь куда-то поехать, я тебя отвезу. Или, если не я, то один из моих парней поедет с тобой.

Бьянка отрывается от своей тарелки и качает головой.

— Это не обсуждается. Я не знаю, кто стоит за вчерашней стрельбой, и чего они пытались добиться. Пожалуйста, не выходи из квартиры одна. Бьянка, я могу на тебе положиться?

Ей это не нравится, я вижу это по ее лицу, но она кивает и возвращается к еде. Я исподтишка наблюдаю за ней, за ее руками, за ее длинными светлыми волосами. Черт, я очарован ее волосами. Она заплетала их перед обедом, и теперь коса ниспадает через плечо. Прошлой ночью я мечтал о том, как проведу пальцами по этим светлым волнам.

Дверь за моей спиной открывается, и в следующее мгновение до меня доносится стук маленьких ножек по квартире.

— А ну-ка мыть руки, Lenochka, — говорю я, когда она вбегает в столовую.

— Они же не грязные.

— Zayka, ручки надо мыть. Давай, попрощайся с Сиси и пойдем в ванную.

Я не могу перестать наблюдать за ним.

Меня поражает, как Михаил общается со своей дочерью. Он никогда не игнорирует ее вопросы, какими бы глупыми они ни казались. Как он ласков с ней. Сегодня днем одна из ее косичек распустилась, и она пришла к нему, чтобы он ее поправил. Я не могла оторвать глаз от его огромных рук, пока он аккуратно заплетал ей волосы. В каждом его действии столько любви.

После ужина они зашли в комнату Лены, я встала и пошла к двери, которую Михаил оставил открытой, и заглядываю внутрь. Он сидит на краю кровати, держит в руках большую книгу с принцессой на обложке, а Лена лежит под одеялом. Он читает ей сказку. Как он может быть тем самым человеком, который только сегодня утром небрежно всадил нож в руку моего отца?

— Бьянка! — зовет Лена, увидев меня. — Бьянка, иди к нам. Папа читает сказку.

Я смотрю на Михаила, ожидая, что он скажет. Мне не хочется вмешиваться в их отношения. Он смотрит на меня мгновение, затем кивает, когда я сажусь на пол рядом с его ногами и прислоняюсь спиной к краю кровати. На несколько мгновений воцаряется тишина, а затем он возобновляет чтение. История как-то связана с заблудившейся лошадью, но я не обращаю внимания на сюжет, потому что слишком увлечена тембром его голоса. Глубокий. Немного хрипловатый. Закрываю глаза и просто слушаю.

Я чувствую легкое прикосновение к своей щеке — в одно мгновение оно есть, а в следующее уже нет. Я отвожу глаза, притворяясь, что не заметила его. Проходит несколько мгновений, затем чувствую, как он дергает меня за волосы, снимая завязки, скрепляющие мою косу, и пряди рассыпаются. Сначала больше ничего не происходит, и я думаю, неужели это все, что он планировал сделать. Затем он проводит пальцами по моим волосам. Он все еще читает, но продолжает играть с моими волосами, и я наклоняю голову назад, отдаваясь его прикосновениям. А его голос... он сам по себе кажется лаской. В нем слышаться акцент, я замечаю. Он едва уловим, но слышен. Мне это нравится.

Михаил проводит пальцем по чувствительному месту на шее, и по телу проходит легкая дрожь. Рука в моих волосах замирает, а затем исчезает. Нет, нет, нет... Я еще больше откидываю голову назад, надеясь, что он поймет. Он понимает. Медленно проводит рукой по моим волосам, а затем проводит пальцем по виску. Я не знаю, сколько прошло времени, но, когда Михаил заканчивает сказку и убирает руку с моих волос, моя шея затекла от того, что я держала голову под неестественным углом. Наверное, прошло не менее двадцати минут.

— Мне нужно закончить кое-какую работу, — говорит он. — Я буду у себя в кабинете, если тебе что-нибудь понадобится.

Он встает с кровати, обходит меня, чтобы поправить одеяло на плечах Лены, и выходит из комнаты. Он не разговорчивый человек, это точно.

Я оглядываю комнату, замечая бледно-розовые стены, покрытые изображениями животных и героев мультфильмов, и шелковые занавески, расшитые цветами. В углу стоит большой кукольный домик и две огромные корзины, переполненные игрушками. Я встаю, подхожу к комоду напротив кровати и смотрю на рамки с фотографиями, стоящие на его поверхности. Света недостаточно, чтобы разглядеть детали, но их не меньше десяти, и на каждой — Лена. Сбоку стоит большая коробка с завязками для волос разных цветов. Мне трудно представить, что Михаил ходит по магазину и покупает розовые шторы или подушки с рюшами, которые украшают стену с одной стороны кровати, но почему-то знаю, что именно он их купил. Вот такая загадка, этот мой муж.

Глава 4

Я застегиваю пуговицы на кофточке Лены, когда слышу легкие шаги и подняв голову, вижу Бьянку, стоящую в дверном проеме. Она оглядывается, подходит к комоду, берет коробку с завязками для волос Лены и поворачивается ко мне с вопросом в глазах. Я смотрю на коробку, которую она держит в руках, потом снова на ее лицо. Бьянка вздыхает, показывает на коробку, на себя, а затем на Лену. Она хочет сделать прическу моей дочери, и от этого понимания у меня у на душе разлилось тепло.

— Lenochka, ты хочешь, чтобы Бьянка сегодня сделала тебе прическу?

Лена вскидывает голову и сияет.

— Да! Я хочу много косичек, как у Ноэми в садике. Бьянка, Бьянка, ты умеешь плести много косичек? Папа умеет только обычные косы.

Бьянка пытается не рассмеяться над лепетом дочери и терпит неудачу. Садится на кровать рядом со мной и жестом приглашает Лену забраться к ней на колени. Я смотрю, как она берет небольшую прядь и начинает заплетать ее в тонкую косичку, затем переходит к следующей пряди. Она повторяет этот процесс, пока не заплетет не менее пятнадцати косичек. Это занимает довольно много времени, потому что Лена во время всего этого возится, поворачивается, выбирает разные завязки. Бьянка ни разу не огрызнулась. Она просто улыбается, качая головой.

Как только прическа готова, Лена спрыгивает с колен Бьянки и выбегает из комнаты, оставляя нас двоих сидеть на кровати рядом друг с другом. Я слышу, как Сиси откуда-то из гостиной хвалит прическу Лены, пока дочка продолжает лепетать, но я не двигаюсь с места на кровати. Рука Бьянки лежит рядом с моей, и я не могу противиться безумному желанию снова прикоснуться к ней.