Нэт Фейлор – Пустующий трон, из древней легенды (страница 3)

Выйдя на улицу, она пробежала вниз по лестнице и с последних ступенек она прямо прыгнула и полетела. Ощущение было очень приятным: её лицо обдул уже прохладный ветер, и он же снова уложил волосы Лиф. Она приземлилась на дорожку и поняла, что что-то не так. Она с опаской посмотрела на свои ноги и увидела, что на них ничего нет.

"Ааа, как же я забыла обуться?" – подумала Лиф. Она развернулась и пошла обратно, подумав, что так она никуда не пойдёт. Но тут её окликнули:

– Хаха, сестрица Ли, ты это куда?

Лиф развернулась и ответила:

– Да никуда – при этом думая: "Не обязательно сейчас. Так просто забью на это и пойду."

Поэтому она развернулась и пошла так. Дойдя до семьи, просто молча встала рядом.

Там стояла её старшая сестра Юлиана. Девушка с короткими светлыми волосами и очень высокомерным взглядом. Лиф недолюбливала её, потому что она только ругала её и говорила, как ей правильно делать, хотя обычно говорила она это всем и была вся такая правильная и хорошая. Но больше всего в Юлиане Лиф бесило то, что у неё самой всё получалось идеально и придраться было не к чему. И поэтому Лиф всегда оставалась в проигрыше. Так как у неё часто всё падало и горело. Одним словом, придираться можно было хоть ко всему!

Рядом с ней стоял её брат Вильям, который как раз и окликал Лиф. Он вечно творил всякий бред и почему-то потом ходил и всем рассказывал, что он сделал. А ещё он всегда ходил с улыбкой на лице, а его ничего не боящийся и сумасшедший образ дополняли его белые волосы. По виду, если бы он молчал, он был бы больше похож на главного злодея. При этом он был тем, кто жил по принципу "я буду делать всё возможное для того, чтобы добиться своей цели и себя жалеть не стану". Также он ещё и был очень общительным и даже сейчас пытался поговорить со своей сестрой-двойняшкой.

Но его сестра Виола просто не замечала его и стояла со своим миленьким лицом. Хотя Лиф знала, чего стоит именно ей стоять с таким лицом и при этом не ударить Виля. Весь её образ делал её просто невероятно милой. Её такие же белые волосы, как у брата, сейчас развивались от лёгкого ветра. Её нежное простое розовое платье дополняло образ. Этот образ она построила сама для того, чтобы всем нравиться и чтобы они делали то, что она скажет. Для тех, от кого для неё была выгода, она вела себя прекрасно, а если ты был ей не нужен, то она церемониться с тобой не станет. Но если уж появится дело, которое ей понравится, она выложится на все сто, наплевав на связи, отношения и статус. Ведь для неё главным приоритетом в жизни остаётся делать то, что она захочет! Да, Виола с Вильямом были очень разные, но при этом и очень похожие. И в этой компании жила Лиф. Сама она была доброй и умной. Всегда хотела быть в центре внимания, но пока это у неё не получалось. Ведь если она и была в центре внимания, то из-за какой-то своей глупости. Она готова была рисковать жизнью ради своей мечты. Она всегда хотела стать той, кто поддерживает и любит этот мир, при этом хотела того же сама, наверное, поэтому это и была её мечта. Хотя пока конкретной цели у неё не было. Пока Лиф рассматривала всех, к ним из замка выбежала Эмеральда.

Младшая дочь семьи Виэль. Она была любимой дочкой отца, хоть он это и отрицал, потому что у всех остальных волосы были кристально белые, как у их мамы, а её волосы были более рыжими, как у отца. Она ценила свои волосы и считала их своим величайшим сокровищем, и так как папа ей много чего прощал, вела себя вовсе не как дочь эфира (титул людей из высшего общества, их власть главная после королевской семьи), а как дочь лина (простой рабочий, житель маленькой деревни или города). А также была очень весёлой и энергичной и плевала на статусы, считая, что каждый должен вести себя как захочет. Сейчас она бежала к ним в своей шляпе, подаренной мамой, и чёрном платье. Подбежав, остановилась и сказала:

– Хах, заждались меня?

Тут отец, стоявший у дороги, впервые за вечер повернулся и сказал:

– Эми, ты почему опоздала? –сказал он своим мягким и добрым тоном и поправил волосы. "Снова он за это, эх" – подумала Лиф после этих слов.

У Эми сегодня было хорошее настроение, и она ответила:

– Хах. Ничего я не опаздываю, это вы пришли слишком рано! Отцу, конечно, не понравилось, что на его добрый тон пререкаются, и уже строго, но вполне спокойно, сказал:

– Хватит вести себя как лин – и показательно снова отвернулся в сторону дороги.

Эми же лишь пожала плечами и села на траву. Юки это не понравилось, и она приказным тоном сказала:

– Эмеральда, ты почему на траве сидишь, вставай – и рукой убрала прядь волос за ухо. Эми на это своим непринуждённым тоном ответила:

– Хватит строить из себя такую правильную и садись рядом. Сама же устала, Юки! – сделав едва заметный акцент на последнем слове и улыбнувшись, сказала Эми. Юки возмутилась и снова, заправив прядь волос за ухо, сказала:

– Знай, я в отличие от тебя не буду сидеть на траве как лин. И для тебя я сестрица Юлиана.

– Бу, ну ты и зануда. Буду называть тебя как захочу – и Эми показала язык.

– Ну и называй – и последний раз поправив свою прядь волос, сказала Юки и отвернулась.

Тут Эми увидела Лиф, которая наблюдала за всем этим, и предложила:

– Лиф, а ты не хочешь посидеть? Лиф, явно не ожидавшая такого предложения, сказала:

– Пожалуй, я откажусь.

Тут она увидела, что Ви смотрит на неё своим самым хитрым и ничего хорошего не предвещающим взглядом. "Чего это она на меня так смотрит?" – подумала Лиф. А Ви тем временем сказала:

– Ты чего отказываешься? Я думала, что все лины любят сидеть на траве. Ты что, исключение?

А Вильям добавил:

– Конечно, она исключение. Ведь как иначе бы такое ничтожество, позорящее нашу семью, стояло бы здесь?

Лиф разозлили их слова, и она сказала:

– Я, ничтожество? С чего это вдруг?

А Виола продолжила:

– Ну сама посмотри, ты вроде дифир, а у тебя даже феи нет. И после этого ты не ничтожество, позорящее нашу семью?

"Так-то оно так, феи у меня нет, но семью я не позорю, вроде. И всё-таки мне не обязательно об этом напоминать," – подумала Лиф.

Лиф решила, что надо ей об этом сказать, и когда она уже собиралась открыть рот, заметила, что мамина карета уже остановилась. Она решила, что скажет об этом позже. Маме тем временем открыли дверь, и она вышла во всей своей красе. Как всегда, с идеально белыми волосами и добрым лицом. Перед её красотой невозможно было удержаться. Она была словно воплощением ангела. Эми сразу бросилась к ней и схватила за руку.

– А ты выросла – сказала мама.

– Ага – ответила Эми и широко улыбнулась.

Тайны и Подслушанные Разговоры

После короткой встречи разговор продолжился уже в доме. Когда они вошли, отец сразу заговорил:

– Дорогая, я приготовил небольшой банкет в честь твоего приезда!

– Это в твоём стиле. Устраивать подобное только потому, что я приехала, – ответила мама своим голосом, напоминающим арфу.

Сейчас никому не было дела до Лиф. Все радовались приезду мамы. Подумав, что на банкете в таком виде не стоит появляться, Лиф решила найти обувь. Пока все продолжали идти по коридору, Лиф потихоньку отставала от всех и на первом повороте свернула направо. Она ещё около минуты постояла и, убедившись, что никто за ней не вернулся, пошла к своей башне. Лиф повезло, и она дошла до комнаты через пять минут. Открыла дверь и вошла. Внутри царил полумрак, лишь свет, пробивавшийся через окна, немного освещал комнату. Лиф, переступая через вещи, лежащие на полу, дошла до кровати. Порывшись в куче, лежавшей рядом, нашла туфли. Это были красивые туфли из кожи черного цвета. Лиф поочерёдно надела туфли и, пробравшись обратно, вышла и пошла в банкетный зал. Пока Лиф шла, ей было очень скучно, и когда она дошла, ей показалось, что прошла целая вечность. Двери в зал были открыты, а внутри он был украшен.

На стенах висели банты и плакаты с надписью «Аманда». На потолке горели свечи в канделябрах, а по всему залу стояли столы с разнообразной едой. Было много гостей, и половину из них Лиф знала в лицо. Сегодня у неё была одна цель – уговорить маму на фею. Поэтому, зайдя в зал, Лиф начала осматриваться вокруг и искать маму. Вскоре она увидела её: мама стояла в конце зала у больших окон, которые были украшены цветами, и здоровалась с гостями, которые только что прибыли. Лиф, не сводя с неё взгляда, пошла прямо к ней, умудряясь огибать столы и людей. Вдруг она услышала позади себя голос, который звал её:

– О, Лиф, это ты? Не ожидала тебя здесь увидеть, – после слов последовал саркастический смех.

Лиф обернулась и увидела Марифель Сиан. Они учились вместе в школе и, мягко говоря, недолюбливали друг друга, что проявлялось с самого первого дня. Марифель начала обзывать Лиф и смеяться над ней. Лиф не обращала на это внимания, считая, что отвечать ей тем же – значит показать, что все шутки для неё не пустой звук, а она этого не хотела. Марифель это злило, ведь она была дочерью менее знатного человека, чем Лиф, и завидовала ей. Она считала, что такая бездарность, как Лиф, не должна иметь столько счастья и быть кем-то, в то время как талантливая девушка, как Марифель, должна иметь всё. Марифель хотела доказать, что Лиф не стоит внимания и успеха. Сейчас Лиф понимала, что обращение Марифель означает лишь недовольство её присутствием и желание поиздеваться. Но Лиф не было времени на это, она спешила к маме. Поэтому она решила быстро отвязаться от Марифель и уйти. Начавшая разговор Марифель сказала: