Нэнси Найт – Развод. Еще одну измену не прощу! (страница 23)

Заходим с Сергеем в дом. Девочки сидят на небольшом диванчике возле окна и увлеченно играют в куклы, играя по ролям и не обращая на нас никакого внимания. Мне приятно видеть дочь такой — маленькой девочкой, которая все еще получает удовольствие от девчачьих игр.

С ней вдвоем мы обычно играем в настольные игры, а сама по себе Лиза любит рисовать, плести из бисера, лепить что-то из пластилина, ну и, конечно, залипать в планшет. И я ни разу не видела, чтобы со своими одноклассницами она играла в игрушки. Эти девочки чувствуют себя не по годам взрослыми, игрушки — это уже не для них. Разве что могут поиграть в салон красоты с моей старой косметикой.

Но Лизе приходится подстраиваться под девочек, просто потому что рядом других подружек нет. Она с радостью играет в игрушки со своими старыми подружками, с которыми видится раз в месяц.

И я рада, что Сережина дочка смогла составить хорошую компанию Лизе. Они с ней на одной волне и не пытаются корчить из себя взрослых раньше времени.

— Кто будет чай? — спрашивает Сергей у девочек, но они и головы не поворачивают — так увлечены игрой.

Как будто и не к ним сейчас обращаются.

— Ладно, тогда мы с Полиной сами съедим торт, — продолжает он, и вот тут уже внимание девчонок быстро включается.

— Торт? Я буду торт, — кивает Катя.

— И я буду, — с улыбкой до ушей отзывается Лиза.

— Ну вот, другое дело, — смеется Сергей и кладет ладонь мне на плечо. — Идем.

Проходим на кухню, и я тут же спрашиваю:

— Чем помочь?

— Ничего не надо, — отмахивается он. — Присаживайся пока за стол.

— Да не могу я совсем ничего не делать, — усмехаюсь я, потому что совершенно не привыкла к тому, чтобы мужчина накрывал на стол, пускай даже это и обычное чаепитие.

— Полина, присаживайся, — настойчиво произносит Сергей и смотрит на меня с какой-то строгостью.

— Ну ладно, — пожимаю плечами и послушно опускаюсь на стул, но все равно чувствую себя неловко.

— Неужели ты думаешь, что с не справлюсь с тем, чтобы чай заварить и торт порезать?

— Не думаю, конечно. Просто помочь хотела.

— Ты у меня в гостях. Позволь себе расслабиться.

— Ладно. Как скажешь, — смеюсь, потому что слова его звучат очень кстати.

Разрешать себе расслабляться — это надо уметь. И я вроде бы на пути к этому, но пока не совсем получается.

Сергей включает чайник, в заварник насыпает сухие листья травяного чая и открывает холодильник.

— А, может, ты голодная? — интересуется он, выглядывая из-за раскрытой дверцы, и с ухмылкой добавляет: — Я способен чуть на большее, чем заварить чай.

— Верю, — улыбаюсь в ответ. — Но я не голодная, спасибо. Но у девочек еще можно узнать. Вдруг они проголодались?

— Точно. Пойду у них спрошу.

— Нет-нет, ты занимайся тут, а я спрошу сама, — останавливаю его и иду в комнату. — Лиза, Катя, вы кушать хотите?

— Тортик хотим, — мигом отвечает дочь.

— А кроме тортика?

— Не-а, — мотает Катя головой.

— Есть они не хотят, — оповещаю Сергея, вернувшись на кухню. — Требуют торт.

— Ожидаемо, — усмехается он и ставит на стол уже порезанный торт, покрытый фруктовым желе и украшенный по бокам сливками и шоколадом.

— Симпатичный.

— Благодарю за комплимент, — ухмыляется Сергей, расставляя чашки по углам стола.

— Вообще-то, я про торт, — непринужденно усмехаюсь, скрывая неловкость оттого, что мое высказывание могло быть понято двусмысленно.

— А я так и понял, — невозмутимо отвечает он, но уголок его губ все же подрагивает в ухмылке. — Это я ведь старался, выбирал такой симпатичный торт. Вот и поблагодарил за комплимент к моим трудам.

— Само собой, — качаю головой, отведя взгляд в сторону, а щеки уже болят оттого, что улыбка не сходит с лица.

Так приятно и легко общаться с Сергеем. Столько положительных эмоций за один вечер, сколько я уже давно не испытывала.

Но следом за этой радостью приходит и грусть. Марк тоже когда-то веселил меня, болтал со мной обо всем на свете. Я тогда тоже была счастлива. А в конечном итоге все вылилось в непроходимое болото боли, отчаяния и разочарования.

— О чем задумалась? — прерывает мои размышления Сергей и наливает мне чай.

— Я? Да ни о чем, — отмахиваюсь я и втягиваю носом насыщенный аромат свежезаваренных трав. — Очень классно пахнет.

— Надеюсь, вкус тоже тебе понравится, — улыбается он, а затем зовет девочек: — Катя, Лиза, идите есть торт!

Девчонки тут же прибегают и садятся за стол. Активно принимаются за торт, позабыв про чай, и наперебой рассказывают нам об игре, которую они придумали.

После разговоров и чаепития мы вчетвером играем в настольную игру, а потом мы с Лизой начинаем собираться домой.

— Спасибо за чай, за торт, да и вообще за приятный вечер, — обращаюсь к Сергею, стоя в дверях.

— Спасибо, что пришли в гости. Нам тоже была очень приятна ваша компания, — с искренней улыбкой отвечает он. — Может, завтра вечером снова посидим? Пожарим что-нибудь на костре.

— Да! — хором выкрикивают девочки и бросаются друг друга обнимать, будто старинные подруги.

Я улыбаюсь, глядя на эту умилительную картину, и отвечаю:

— Спасибо за приглашение, Мы придем. Что с собой принести?

— Ничего не нужно, — твердо отвечает Сергей. — Только хорошее настроение.

— Ладно, договорились, — киваю я. — Еще раз спасибо и спокойной ночи.

— И тебе спокойной ночи, — отзывается он и протягивает мне руку, которую я пожимаю в ответ и усмехаюсь, а затем беру Лизу спешу уйти, пряча свое смущенное лицо.

Такая непонятная смесь чувств в душе. Но мне нравится это ощущение. И я уже с нетерпением жду завтрашнего вечера.

Глава 37

Утром, едва мы с Лизой успеваем позавтракать, ее телефон начинает трезвонить.

Это точно Марк. Черт! Я же вчера забыла сказать Лизе, чтобы она ему перезвонила, а сама телефон заблокировала.

Дочка бежит в спальню за телефоном, а я кричу ей вслед:

— Лиз, ты только не говори папе, что вчера была в гостях — ему это не понравится. Если будет спрашивать, то просто скажи, что возле дома играла с девочкой.

— Хорошо! — кричит она в ответ и поднимает трубку: — Привет, пап…

Ох, как же я себя глупо и неловко чувствую. Придется теперь постоянно врать, чтобы не провоцировать Марка на ревность. И этим враньем я вовсе не его оберегаю от излишних переживаний, а себя.

Но как долго это будет продолжаться? Пока не разведемся, или дольше? Оставит ли он меня в конце концов в покое, или будет извечно выматывать меня претензиями?

Нет мне от него покоя даже здесь. Нужно поговорить с Лизой, чтобы она сама контролировала свой телефон. И чтобы ее общение с отцом никак не касалось меня.

— Мам, — дочь подходит ко мне и протягивает телефон. — Папа хочет тебе что-то сказать.

Видимо, собирается высказать мне насчет того, что вчера Лиза ему не перезвонила.

Открываю рот, чтобы сказать «не хочу», но решаю все же поговорить. В последний раз донесу до него мысль, что между нами все кончено, а впереди лишь развод. И я не хочу больше общаться с ним. А дальше уже пусть делает, что хочет. Однако я больше выходить с ним на связь.

— Слушаю, — выдыхаю я, приложив телефон к уху.