Нэнси Найт – Развод. Еще одну измену не прощу! (страница 13)

— Ма-ам, — в кухню возвращается Лиза и победно произносит: — Я с папой договорилась. Он сегодня заберет нас в восемь.

Марк приедет нас забрать… Прекрасно.

Мама, явно довольная собой, улыбается, глядя на меня. До чего же тошно.

— Хорошо, зайка, я поняла — выдавливаю их себя улыбку и глажу дочь по волосам.

Моя прекрасная девочка, мой ангел. Как же я не хочу, чтобы она страдала. У нас с Марком были не таких отношения, в которых наша дочь чувствовала бы себя неуютно, как я когда-то в детстве. И для нее наше расставание точно станет травмой.

Мне нужно как-то ее подготовить, смягчить удар. Но как это сделать? Я просто представить себе не могу.

— Все хорошо? — хмурит бровки Лиза, глядя на задумчивую меня.

— Да, — слабо улыбаюсь. — Давайте уже кушать скорее. И я пойду работать.

За завтраком мама молчит, хоть немного покоя. Зато смотрит на меня так строго и укоризненно, что я кожей чувствую этот взгляд.

Честно, я не понимаю свою маму. Как можно так настойчиво морально подавлять своего ребенка? Даже если он оступился и не прав. Даже если мнения расходятся.

Одно дело, если я сама приняла решение терпеть и тянуть Марка обратно в семью. Это было бы моим личным выбором, моим решением, ответственность за которое лежала бы только на мне.

Но я этого не хочу, а мама давит, настаивает. И вовсе не мягко это преподносит, мол «Девочка моя, ты не права. Понимаю, тебе больно, но ты не должна разводиться…». Ну, что-то в таком духе. Еще и заставляет меня чувствовать себя никчемной и глупой, плохой матерью, которая якобы не думает о своем ребенке.

Я знаю, что это вовсе не так, но мамино внушение все же оседает неприятным осадком в душе, заставляя сомневаться в себе.

Я никогда бы не поступила так с Лизой, окажись она на моем месте. Я бы просто поддержала ее, пожалела, согрела своим теплом, которого бы ей так не хватало в такой момент. И дала бы совет только если бы она сама его попросила.

После завтрака мою посуду и возвращаюсь к работе. Стараюсь полностью погрузиться в нее, чтобы отвлечься от паршивых мыслей и эмоций. Но как же это тяжело. Мне даже сидеть трудно. Ощущаю какой-то безостановочный внутренний тремор, тревогу и слабость, будто все силы высосали из меня.

— Мам, мы с бабушкой ушли гулять! — предупреждает меня Лиза из коридора, а затем я слышу хлопок двери.

Я снова остаюсь одна в полной тишине. Даже кожей ощущаю холод одиночества, который окутывает меня и пробирается внутрь, словно паразит.

Так, хватит, Полина. Бери себя в руки. Не раскисай снова.

Шлепаю себя ладонями по лицу, заставляя кровь прилить к щекам, медленно гоняю воздух, про себя считая до десяти, и снова за работу.

К вечеру я совсем без сил лежу пластом на диване и смотрю передачу по телевизору. До смешного все в ней подставное и фальшивое, а все равно затягивает. Бесполезная трата времени, конечно, но сейчас сопереживанием чужим выдуманным проблемам помогает мне немного отвлечься от собственных и, к сожалению, реальных.

Звонок на мобильный заставляет меня встрепенуться. Бегу телефон и вижу надпись «Любимый муж». Пора переименовать уже. Да, Марк по-прежнему любимый и пока еще мой муж, но зачем мне эти лишние напоминания и терзания?

— Да, — отвечаю на звонок.

— Лиза трубку не берет. Я подъехал, — холодно отвечает он, будто мы чужие люди.

— Хорошо. Скоро спустимся, — отвечаю ему.

Даже не буду предлагать подняться в квартиру — все равно не пойдет, особенно после назойливых звонков мамы.

— А сама мне позвонить ты не могла? — с непонятной претензией спрашивает он.

— В смысле?

— Почему нельзя было самой позвонить мне и попросить забрать вас? Зачем на дочь скидывать?

— Я вообще не собиралась тебя ни о чем просить. — Лиза сама это сделала, когда я ей сказала, что мы поедем домой на автобусе. А уже потом сообщила мне о вашей договоренности.

— Еще моя дочь на автобусе не ездила, — раздраженно отвечает он.

— Ну, извините, у меня нет своей машины, — хмыкаю я. — Но и в автобусах нет ничего плохого. Я не могу каждый раз просить тебя, когда мне нужно будет куда-то поехать.

— А в чем проблема? Язык отвалится попросить, или что?

— Я не собираюсь продолжать этот хамский разговор, — отрезаю я и скидываю звонок.

Он меня точно до ручки доведет.

Глава 22

Иду к Лизе и говорю ей поскорее собираться, потому что папа уже ждет нас внизу. Сама тоже быстро складываю свои вещи в сумку и иду вместе с дочкой в коридор обуваться.

— Пока, моя хорошая, — с теплотой в голосе обращается мама к Лизе и целует ее. — Приезжай еще, ладно?

— Хорошо. Пока бабуль, — улыбается Лиза.

И почему мама может быть только бабушкой хорошей? Не понимаю я.

— Пока, мам, — отзываюсь я и поскорее открываю дверь.

— Хорошо подумай над моими словами, — строго произносит она напоследок. — Не делай глупостей.

Прикусываю губу, чтобы смолчать, и выхожу с Лизой из квартиры.

— Папуля! — кричит дочь, завидев Марка возле машины и бежит к нему, бросается на шею и целует. — Я скучала.

— И я скучал, принцесса, — с улыбкой отвечает он, переводит взгляд на меня и тут же серьезнеет. — Здравствуй, Поль.

— Привет, — тихо отзываюсь я и иду в машину.

— Мам, а ты папу почему не целуешь? — спрашивает дочь, заставляя меня растеряться.

— Вот именно, — подливает муж масла в огонь.

Что же ты делаешь, Марк? Перед дочерью тоже решил выставить меня плохой?

— Забыла, — наигранно хихикаю я, подхожу к Марку и чмокаю его.

Не обломлюсь от одного поцелуя.

Садимся в машину и едем домой. Лиза снова без умолку рассказывает о том, как провела время с бабушкой, но уже не мне, а Марку. Он смеется, улыбается и шутит. Весь такой положительный, что аж на зубах скрепит.

Да, у Марка и Лизы чудесные отношения, но сейчас все его действия кажутся мне фальшивым спектаклем. Прямо как в той передаче, которую я смотрела сегодня по телевизору.

Уже затемно добираемся до дома. Марк останавливается у подъезда, не заезжая на парковку. Выхожу из машины, открываю Лизе дверь и забираю наши сумки.

— Па-ап, — тянет Лиза. А ты что, домой с нами не пойдешь?

Муж бросает на меня какой-то совершенно непонятный взгляд. Ждет, что я за него отвечу? Не дождется!

Разрываю с ним зрительный контакт и просто отворачиваюсь, ожидая вместе с Лизой ответа.

— Мы с мамой решили немного пожить отдельно, — наконец, произносит он.

— Но зачем? Почему? Я не хочу так. Я хочу как раньше жить вместе! — капризничает Лиза.

— Так нужно, — вздыхает Марк.

— Нет, не нужно! — топает ногой, и на ее глазах начинают поблескивать слезы. — Пошли домой! Пошли!

— Зайка, не расстраивайся, — обнимаю дочь. — Идем. Папа все равно не пойдет.

Лиза вырывается из моих объятий и убегает к подъезду. Бросаю злой взгляд на Марка, громко хлопаю дверью и спешу к дочери. За спиной тут же слышится свист колес уезжающей машины. Он даже не подошел успокоить ребенка…

В молчании, которое прерывается лишь всхлипами Лизы, мы поднимаемся домой.

— Это ведь ненадолго, да? — с надеждой спрашивает дочь, и мое сердце обливается кровью. — Я хочу, чтобы он вернулся. Сделай что-нибудь!

— Я не могу ничего сделать. Он не хочет, — вздыхаю я.