Нэнси Холдер – Чертов герой (страница 53)
– Чтобы защитить себя, – сказал Тоби. – Альянс не тронул бы тебя, пока знал, где ты. Второй маяк – такая же улика, как и первый, а может, даже более веская.
– В долине Серенити, например, это было без разницы. Я там чуть не погиб, чёрт побери.
– Но раньше-то выживал! – объявил Тоби. – В том-то всё и дело. Ты, сержант Малькольм Рейнольдс, агент Альянса в рядах «бурых», выжил в паре десятков адских мясорубок, и при этом не получил ни одной царапины. И всё благодаря этому маяку.
– Если ты так, думаешь, значит, ты…
– Я думаю, – сказал Тоби с внезапной сталью в голосе, – что мы уже достаточно тебя слушали, Мэл. Можешь протестовать, хоть до посинения. Улики все здесь. Эти маяки – достаточные доказательства. Ты – предатель, саботажник и коллаборационист. С самого начала войны ты предал дело сторонников независимости. Хотел ты этого, или нет, но Джинни Эдер стала жертвой твоего предательства, а взамен Альянс проявил к тебе снисхождение. Свою позицию я изложил. Доводы – более чем убедительные. А теперь я прошу добрых людей, которые собрались здесь, сказать нам – согласны они с ними или не согласны. Голосуем путем поднятия рук.
Руки взметнулись в воздух. Раздались крики «Да!» и радостные вопли.
– Двое воздержались, как я вижу, – сказал Тоби. – Стю Дикинс. Дэвид Зубури. Вас мои слова не убедили? Ну ладно, единогласного решения нам не требуется. Голосов «за» гораздо больше, чем «против».
Толпа двинулась вперед. Лысый человек, который ранее потрясал петлей, уже приготовил веревку. Он и еще один «бурый» забросили ее свободный конец на поперечную распорку буровой установки. Тем временем Донован Филипс, угрожая Мэлу его же собственным «Молотом свободы», приказал сделать шаг назад.
– Стой там, – сказал Филипс, когда Мэл оказался рядом с установкой, прямо под свисающей петлей. – И давай без глупостей; если будешь сопротивляться, я всажу в тебя пулю. Не убью. Выстрелю в живот. Боль будет адская, и тебя всё равно повесят. Ты этого хочешь?
– Я, в общем, не хочу ни того, ни другого, – ответил Мэл. – Слушайте, все! Я невиновен. Я ни за что не подверг бы опасности Джинни и ни за что не стал бы помогать Альянсу. Я всегда был одним из вас. Всегда был и всегда буду.
Но он едва слышал себя за ревом разгоряченной толпы. В их глазах вспыхнула жажда крови. Именно это дело было главным в жизни линчевателей, этот огонь они хранили в своих душах с тех пор, как закончилась война. Кто-то должен заплатить за их поражение, и даже если это еще один «бурый» – почему бы и нет? Негодяи воевали за обе стороны, и так как они не могли убивать негодяев из Альянса, то уничтожали своих собственных.
На шею Мэла надели петлю; грубая веревка царапала кожу.
– Мэл, помнишь Джейми? – спросил Тоби. – Помнишь, что Банди и Крамп пытались с ним сделать – и сделали бы, если бы не появился ты? Вот сейчас тот же случай, только на этот раз вешают тебя, и знаешь что? Никто не придет. Никакая кавалерия не явится тебя спасать в последнюю минуту. Твой час пробил, Мэл Рейнольдс. Молись о спасении души, если можешь, но поверь – тебя ждет пламя преисподней. Будешь вечно гореть вместе с другими грешниками – за то, что ты с ней сделал. Ты это заслужил.
Не успел Мэл ответить, как чьи-то руки затянули петлю. Твердый узел воткнулся ему в затылок, а петля сдавила горло. Сейчас он едва мог дышать и определенно не мог говорить.
Помня о пушке в руке Донована Филипса, он не дергался и не сопротивлялся. Он был уверен, что Филипс, если его спровоцировать, выстрелит ему в живот. И даже если ему как-то удастся выбраться из петли, от такой раны он всё равно умрет, и притом медленно. Прямо сейчас он был жив и здоров – и так будет и дальше, пока петля не задушит его, пока его ноги не перестанут дергаться. Пока этот момент не наступил, всегда остается шанс, пусть и мизерный, что он сможет спастись. В его голове крутились бешеные расчеты: как продлить немногие оставшиеся у него минуты, как отсрочить смерть до самого последнего момента.
Лысый и его сообщник посмотрели на Тоби, ожидая сигнала. Тоби поднял руку и рубанул ей воздух. Мэл почувствовал, как веревка натянулась. Внезапно он приподнялся в воздух – совсем немного. Его ноги еще касались пола пещеры, но лишь едва. Он закачался на кончиках пальцев; петля врезалась ему в шею под челюстью. Картинка перед глазами стала расплываться. Мэл почувствовал, как захрустели его шейные позвонки. Дыхание стало коротким, прерывистым. Значит, это будет не простое повешение, а пытка. Линчеватели собираются продлить его казнь как можно дольше.
Их лица плыли перед ним, словно яркие воздушные шары с торжествующими ухмылками. Их крики гулким эхом отдавались в ушах, доносились, словно из-под воды. Носки ботинок царапали по земле, пытаясь найти опору. Его ноги уже заныли от усилий, которые требовались, чтобы удержать его в положении стоя. Затем одна нога вдруг выскользнула из-под него. Петля сильнее сдавила горло. Стараясь снова обрести равновесие, Мэл почувствовал, как пульс забухал в его голове. Он, словно неуклюжая балерина, сумел снова встать на кончики пальцев и завис над полом пещеры, чуть раскачиваясь и вращаясь в разные стороны.
Мэл услышал доносящиеся откуда-то издали звуки, похожие на хрюканье свиньи, и понял, что они вырываются из его собственного горла.
Значит, вот как всё будет. Вот как закончится долгий, извилистый, безумный путь Малькольма Рейнольдса, из буйного юноши превратившегося в закаленного в боях ветерана, а затем в капитана корабля. На этом пути были триумфы, трагедии и всё прочее – но лишь недавно он почувствовал что-то вроде удовлетворения. Он знал, что этим он обязан своей команде – заблудшим душам, отступникам и неудачникам. Они, в своем роде, стали его семьей – не той, в которой ты рождаешься, а той, которую создаешь, семьей, которая складывается вокруг тебя благодаря поворотам судьбы и горстке твоих собственных решений. Иногда команда приводила его в бешенство, но он ни за что на свете не расстался бы с ней. Он решил, что пока он, их капитан, удерживает их вместе и прокладывает для них безопасный путь по вселенной, он поступает правильно, творит добро. В столбце плюсов его жизни это наверняка компенсировало все минусы, хоть их и было немало.
Внезапно ему вспомнились слова шерифа Банди.
Сколько минут уже прошло? Мэл не имел ни малейшего представления. Возможно, всего две или три, и веревка еще даже не сильно его душила.
Мэл почувствовал, как слабеют ноги. Он не знал, сколько он еще продержится. Дымка перед глазами сгущалась. Он в любую секунду мог обмякнуть в петле, превратившись в мертвый груз. Он надеялся, что быстро потеряет сознание – до истечения шести минут, о которых говорил Банди.
Где-то в миллионе миль вдали раздался выстрел. Мэл почувствовал, что его тело дернулось. Он не понимал, что это означает.
Пришло время умереть.
35
Зои и Джейн мчались по тоннелю туда, где вдалеке ревели голоса. Гнев в этом звуке был вполне ощутим. Зои молилась о том, чтобы они с Джейном не опоздали. Да, они двигались в правильном направлении, но она невольно думала о том, что они слишком задержались. При отправлении из доков. Во время высадки федералов на борт корабля. Во время поисков надежного источника сведений о местопребывании Мэла.
То, что они прибыли куда нужно, уже не вызывало сомнений. Более того, Зои была уверена в этом с тех самых пор, когда Уош посадил «Серенити» у входа в шахту. Там уже стояли три корабля, один из них – шаттл «Серенити». Второй – яхта, которая, наверное, принадлежала Ковингтону, а третий – транспорт класса «Комодо», сохранившийся со времен войны реликт. Корпус его был покрыт ржавчиной и вмятинами. Некоторые части, установленные на нем, были сняты с других кораблей и неуклюже приварены, из-за чего создавался эффект лоскутного одеяла. Зои предположила, что это средство передвижения линчевателей – и невольно почувствовала странное чувство восхищения. Тот, кто путешествует по галактике в такой смертельной ловушке, заслуживал уважения. Или места в психушке.
Они с Джейном пулей вылетели из «Серенити». Джейн двигался более быстро и ловко, чем Зои; она, прихрамывая, с трудом поспевала за ним, однако была твердо настроена не отстать от здоровяка. Она взяла с собой «Ногу кобылы», а Джейн – «Веру» и «Бу». Они оба предполагали, что начнется перестрелка, и – каждый по-своему – ожидали ее начала. Зои также прихватила с собой кое-что еще: дистанционный взрыватель.
На бегу она представляла себя Уоша и Кейли, запускающих погрузчик в трюме. Они должны были сыграть свои роли, и если всё пойдет по плану, то не нужно будет ничего делать – только угрожать. Даже стрелять не придется.
Они с Джейном выбежали из тоннеля и оказались в пещере. Зои быстро оценила ситуацию. Толпа. Платформа. Буровая установка. Висящий в петле Мэл с выпученными глазами на лиловом лице.
Все были так поглощены происходящим, что не заметили их с Джейном прибытия.
– Джейн?
– Ага.
– Стреляй в веревку.
– Может, просто перерезать ее?
– От Мэла нас отделяет толпа. Она остановит нас, и мы даже подобраться к нему не сможем. Нет времени. Стреляй в веревку.