Нэнси Эванс – Вместо Ритма (страница 6)
Я не успею додумать ничего, когда на мое плечо ложится чья-то тяжелая рука. Я чуть на вскрикиваю, но мне закрывают рот и прижимают к какому-то дереву. Мне страшно, я боюсь открывать глаза. И мне удается только мычать.
– Ты чего разоралась! – орет знакомый голос и я мгновенно успокаиваюсь и бью Белова по плечу. Напугал ведь, Придурок!
– Ты с ума сошел?! Совсем крыша поехала, идиот?! – кричу я, доставая наушники из ушей.
– Вот и благодарности посыпались, – он недовольно закатывает глаза и отходит от меня.
– За что? За то, что чуть в гроб меня не положил своими руками? Совсем сбрендил?!
Я ведь реально испугалась! Мне по правде показалось, что это какой-то маньяк и я могу умереть! А это всего лишь один Придурок, который не знает, как обращаться с женским полом!
– Вот глупая. Идем давай, я тебя провожаю до дома. Диана попросила, – это он сейчас обижается, что ли? Что я не поблагодарила его?
– Сам бы никогда не догадался провожать, да? – спрашиваю, проходя мимо него и продолжая путь до дома.
– Ага, – бурчит он, листая что-то в телефоне.
Мне становится интересно, поэтому я выдаю:
– И зачем ты станцевал дальше?
– А ты? – переспросил он, отвлекаясь от гаджета.
– Я первая спросила, ты должен ответить. Так почему, если мы не знали, что будет дальше? – да, мне было слишком любопытно.
– Потому что ты не остановилась. А я подумал, что было бы круто, – искренне поделился Белов.
Стоп. Искренне? Вот это что за новости?!
До нашей улицы мы добираемся быстро. Все время молчим, не разговаривая друг с другом. И я, кивнув ему в благодарность, быстро убегаю домой, не желая оставаться с ним хотя бы на долю секунды больше.
С родителями я не встречаюсь. На холодильнике висит одинокая записка с посланием точно от мамы.
«Манька, мы с папой поехали к бабушке Варе. Позвонила Аня Анатольевна, сказала, что плохо стало. Не скучай, вернемся завтра, с бабушкой все будет хорошо! От матушки».
От матушки. Вечно она так пишет о себе. Будто я приемная дочь и она моя матушка. Хотя она часто говорит, что обожает песню «матушка-земля».
Выпив кружку холодной воды из-под крана, я на ходу раздеваюсь и полуголая плюхаюсь в постель. Как только моя голова касается подушки, я проваливаюсь в сон. И мне снятся сегодня самые странные сны. В одном я сижу рядом с Леной на ее свадьбе. А вместо жениха сидит Тимур. Вроде обычный, но вместо рук у него свиные копыта! Когда он говорит, вместо слов выдает хрюканье! А Лена только умиляется этому!
В другом сне я нахожусь в студии, но вместо танцев, Диана нас обучает, как владеть мечом. А я случайно своим мечом протыкаю все телефоны и ставлю на мангал как шашлыки. Вместо ужаса от потери вещи, рядом бегает на четвереньках Матвей и кричит: «Та-а-анька, му-му-му, Та-а-анька!».
Я резко открываю глаза, протираю их и смотрю на время. Семь тридцать. А еще четыре пропущенных от Лены. Надо рассказать ей про сон. Вместе посмеемся! Что это за белиберда мне сейчас приснилась вообще?
– Чего звонишь так рано? – спрашиваю, одновременно протирая глаза.
– Сон видела. О тебе. Плохой был, – да-а-а… Вечно она такая. Верит в сны и это будто правда. Бред же. Хоть иногда и правда. Случайности ведь.
– И что видела?
– Помнишь мою прабабушку? Марию. Так вот, во сне она с тобой в прятки играла. И долго не могла найти. Когда она чуть не нашла тебя, я проснулась. С тобой все хорошо, Тань?
Ее прабабушка… Помню ее. Она нас очень любила. И часто сидела с нами в детстве. Умерла, когда мне двенадцать исполнилось.
Но к чему этот сон – понятия не имею. Может, просто скучает по Марии Александровной. Бывает ведь. Она была прекрасным человеком.
– Все со мной в порядке. А я спала. И видела тебя во сне. Не дала до конца посмеяться! Разбудила!
– Тань, я волнуюсь. Бабушка говорит, что такой сон может значить, что смерть с тобой играется. Давай я попрошу у нее помолиться за тебя? – похоже, она и в правду волнуется из-за простого сна. А потом резко делает вдох и спрашивает: – А что видела хоть? Уже интересно.
– Потом расскажу. Когда встретимся. Хочу твою реакцию видеть.
Мои-то сны ничего не значат. Просто сумасшедшие сновидения.
Поэтому быстро отключившись, я надеваю первые попавшиеся вещи и бегу в ванную. Быстро чищу зубы, моюсь и привожу себя в порядок. На это у меня уходит двадцать минут времени. Остальные десять минут я трачу на завтрак. Готовлю на скорую руку бутерброды и чай и так же быстро, не доев, убегаю в университет.
– Рассказывай! – орет Лена, резко дыша. Сама чуть не опоздала. Хотя приезжает всегда на машине.
Повесив куртку на вешалку в раздевалке, я обнимаю подругу и начинаю рассказ:
– Короче. Сижу я на свадьбе. Твоей. А вместо мужа – Тимур со свиными копытами и хрюкает! Ах-ах-ах! Боже, это было так смешно! Не могу!
– Это что за сны у тебя такие? Сплюнь, быстро! Тьфу-тьфу-тьфу! Еще чего, мужем он мне будет, Боже!
Я начинаю смеяться с ее реакции. Стоит такая недовольная, закатывает накрашенные глаза и цокает. Ставлю тысячу, что ей все-таки нравится Тимоша наш!
– Тань, будь аккуратнее, пожалуйста, мои сны всегда сбываются. Знаешь ведь, от бабули перешло, – уже тише говорит подруга. И в ее глазах я вижу беспокойство.
– Хорошо-хорошо! – я сдаюсь и поднимаю руки. Да что может со мной случиться? Руку сломаю? Так ведь это не страшно, сто раз ломала и ничего, все хорошо было со мной.
– Обещай! С пар – сразу домой, из дома – на танцы, после танцев, без промедления, идешь опять домой. Иначе Лешку заставлю следить за тобой и всюду возить!
Закатив глаза, я обещаю ей, что так и буду делать, и мы вместе идем на первую пару. Но от Алексея я отказываюсь. Он мне, конечно, нравится, но не нужно, чтобы таскался за мной повсюду. Особенно без причины. Ладно, из-за снов подруги. Я ведь в это не верю. А она может даже мне охрану дать, чтобы со мной точно все хорошо было.
Лена резко меня останавливает и хватает за плечи руками. У нее взгляд такой беспокойный, что мне страшно становиться.
– Клянусь, если с тобой хоть что-то случиться! – она шмыгает носом. – Если ты решишь помирать, я тебя сразу убью раньше, чем это случиться!
Мне становиться стыдно. Лена переживает за меня. Но одновременно с этим я понимаю, что лучше подруги я никогда не найду. И не буду искать. И терять ее не собираюсь.
– Хорошо. Убьешь меня позже, ладно? Скоро пара начинается, идем, – я начинаю гладить ее по щеке и в конце концов крепко обнимаю, мысленно давая клятвы ей, что со мной все будет хорошо. Хотя бы ради нее.
Глава 4. Вечеринка и сестра.