Нельсон Демилль – Реки Вавилона (страница 18)
Казалось, Хоснер почти не интересуется ситуацией, а его мысли витают где-то далеко. На лице его появилась странная улыбка. Сейчас он вспомнил то, чего не мог вспомнить раньше. Риша замечали в маленьких французских деревушках, но тогда названия этих деревушек ни о чем не говорили Хоснеру. Тогда у Израиля не было «Конкордов». А сейчас он понял, что эти неизвестные деревушки находились вблизи Сен-Назера и Тулузы. Хоснер припомнил свои слова, сказанные на совещании по безопасности: «Эти птички летают на наших линиях уже тринадцать месяцев. С того самого момента, как мы получили их, мои люди не сводили с них глаз». Вот здесь-то и заключалось слабое звено. «С тех пор, как мы получили их…» Сен-Назер. Тулуза. Каким же он был идиотом!
Бекер оглянулся через плечо и обратился к Хоснеру:
— Это возможно? Я имею в виду бомбу?
Хоснер кивнул.
— Мне очень жаль.
Бекер начал говорить что-то, но потом отвернулся.
Снова заработало радио, и из динамиков раздался голос Матти Ядина. Он понял, что Хоснер сейчас тоже должен находиться в кабине.
— Вы были правы, шеф.
Хоснер ничего не ответил.
Бекер вызвал Ласкова на тактической частоте.
— Что будем делать, Гавриил?
— Ждать. — Ласков мог видеть «Лир», время от времени выскакивавший из-под носовой части «Конкорда 02». Он посмотрел на кнопку управления огнем пушек, расположенную на штурвале. Ласков представил, как открывает огонь и посылает шестьдесят двадцатимиллиметровых снарядов в секунду над лобовым стеклом «Конкорда» в кабину «Лира». Но у него не было ни одного снаряда, а даже если бы и были, то неизвестно, пошел бы он на этот риск. Чуть раньше можно было воспользоваться подобным шансом, но не сейчас. Вспомнив слова Ричардсона и Мириам Бернштейн, Ласков почувствовал, что его предали. Предали люди с благими намерениями, но тем не менее предали. Он нажал на кнопку управления огнем. Видеокамера, находившаяся в кабине, повернулась и запечатлела его действия для людей из «Цитадели». В сердцах Ласков стукнул кулаком по штурвалу.
В кабинах «Конкордов» снова зазвучал голос террориста из «Лира»:
— Я уверен, что истребители сопровождения прослушивают частоты «Эль Аль». Так вот, летчики-истребители, слушайте внимательно. За вами наблюдает мой человек. Если он заметит вспышки выстрелов пушек, я нажму на кнопку и разнесу «Конкорды» на куски. Смерти я не боюсь. А теперь слушайте меня. Вы должны прервать полет и вернуться на базу. «Конкордам» вы ничем не можете помочь. Если в течение минуты не ляжете на обратный курс, я взорву первый «Конкорд», чтобы вы убедились в серьезности моих намерений.
Авидар вызвал Ласкова на тактической частоте.
— Ну, сторожевой пес… Что дальше?
Ласков решил было резко прибавить газ, нырнуть под «Конкорд» и протаранить «Лир». Возможно, они не ожидают увидеть летящий на них истребитель массой двести пятьдесят тонн. Возможно, они запаникуют. Но даже если он врежется в них, воздушный взрыв наверняка повредит «Конкорду 02».
Снова раздался голос Авидара.
— Что будем делать, Гавриил?
«Лир» вышел на связь на частоте «Эль Аль».
— «Конкорды», я думаю, вы сейчас переговариваетесь с истребителями. Ничего из этого не выйдет. У них осталось пятнадцать секунд, чтобы лечь на обратный курс.
Ласков подумал, а не взорвет ли «Лир» «Конкорды» сразу, как только уйдут истребители. Или все-таки «Лиру» — кто бы он там ни был, черт его побери — нужны заложники? Он переключил радио на частоту «Эль Аль» и впервые заговорил с «Лиром».
— «Лир», я командир истребителей прикрытия. Мы не уйдем, повторяю, не уйдем. Мы все вернемся в аэропорт Лидды. Вы можете следовать за нами и тоже приземлиться там. Если не согласитесь, я… — внезапно слова «открою огонь» показались Ласкову не совсем подходящими, — … я убью вас, — тихо закончил он.
В ответ прозвучал смех.
— Твое время вышло. Убирайся, или
Хоснер понял, кто говорит с ними. Он положил руку на плечо Бекера.
— Я знаю этого человека. Передай Ласкову, что его зовут Ахмед Риш. Он выполнит свою угрозу. Передай, чтобы Ласков возвращался.
Ричардсон кивнул.
— Они не собираются взрывать нас, иначе уже сделали бы это. Это типичный захват заложников. Спроси, какие у них требования. — Ричардсон замялся. — И передай Тедди, что я очень сожалею по поводу пушек.
Бекер повернулся к Добкину и Бургу. Они тоже кивнули. Бекер передал сообщение Хоснера и слова Ричардсона Ласкову, затем связался с «Лиром».
— Кто вы такие и какие у вас намерения?
Голос Риша прозвучал громко и отчетливо.
— Не имеет значения, кто мы такие. Наша цель сопроводить вас туда, куда нам надо, и удерживать в качестве заложников, пока не решим отпустить вас. Если вы будете четко выполнять наши команды, никто не пострадает. Но, если истребители не уберутся через секунду, я взорву головной «Конкорд».
Дэнни Лавон вызвал Ласкова по интеркому.
— Если на борту действительно заложена бомба, то мы ничего не сможем сделать, генерал. Может быть, стоит отстать и поразить его ракетой с расстояния сто шестьдесят километров.
Ласков связался с Талманом.
— Служба управления движением, я возвращаюсь домой.
Ответ Талмана прозвучал тихо.
— Это моя вина, Гавриил.
Ласков понимал, что ничьей вины здесь нет, но в ближайшие дни многие будут произносить эту фразу.
«Лир» снова вышел на связь, Ласков отметил про себя, что говорил тот же самый человек — Риш, но чувствовалось, что он уже теряет самообладание. Риш кричал, требуя от истребителей возвращаться домой. Несколько секунд Ласков не отвечал, обдумывая ситуацию. Интересно, как удалось «Лиру» заполнить флайтплан таким образом, что он смог вовремя так близко подойти к «Конкордам»? Особенно учитывая то, что вылет был перенесен на полчаса. Было у Ласкова и смутное ощущение того, что «Лир» прослушивал его разговоры на тактической частоте. Он произнес в микрофон:
— У меня не работает индикатор топлива третьего бака. — По этому сигналу все истребители, «Хокай», Талман и «Конкорды» перешли на запасную тактическую частоту. На новой частоте Ласков вызвал «Конкорды», говорил он быстро: — Слушайте. Этот сукин сын прослушивает основную тактическую частоту. Не понимаю, как он узнал ее, и, возможно, он знает и запасную частоту, но все равно хочу поговорить с вами. Мы вас не бросим, «Хокай» будет следить за вами. Через несколько сот миль мы развернемся, держите связь со мной на этой частоте и сообщите, что происходит. Если наступит момент, когда вы решите рискнуть, мы собьем его ракетами «Феникс» с расстояния сто километров. Это хороший шанс, они не заметят след выходящих газов, если не будут специально вести наблюдения. Вы поняли меня?
Все по очереди подтвердили, что поняли.
На частоте «Эль Аль» раздался крик Ахмеда Риша:
— Я знаю, что вы переговариваетесь! Довольно этой чепухи. Хватит! Даю пять секунд. — Он положил палец на кнопку радиовзрывателя, помеченную цифрами «01». — Раз, два, три…
Ласков вышел на связь на частоте «Эль Аль».
— Желаю удачи. — Он отдал приказ своим истребителям приступить к правому повороту. Истребители завершили разворот на сто восемьдесят градусов и через несколько секунд скрылись из виду.
Бекер не видел, как они улетали, но внезапно он почувствовал себя очень одиноким.
Глава 7
Авидару не нравилось, как развивается ситуация. Он медленно увеличил скорость и подсчитал, что сейчас его самолет впереди «Лира» и «Конкорда 02», по крайней мере, на десять километров. Каков может быть радиус действия радиовзрывателя? Наверняка не более десяти — двенадцати километров. Он бросил взгляд на высотомер: чуть более пяти тысяч метров, определенных службой управления воздушным движением.
Диспетчер службы управления воздушным движением увидел, что отметка «Лира» на экране радара слилась с отметкой «Конкорда 02». Он не прослушивал переговоры самолетов на частоте «Эль Аль», но все же понял, что здесь что-то не так, и вызвал «Конкорды».
— Если у вас все в порядке, то можете начать набор высоты до девятнадцати тысяч метров. Извините за задержку.
Риш, прослушивавший переговоры, приказал «Конкордам» подтвердить получение разрешения.
Авидар и Бекер подтвердили. Авидар посмотрел на указатель скорости. Сейчас он летел со скоростью тысяча километров в час. Если он даст полный газ и включит форсаж, то менее чем через пятнадцать секунд уйдет вперед как минимум на три километра и наберет скорость 1 M.
По радио снова прозвучал голос Риша:
— Очень хорошо. Очень разумно. А теперь оставьте включенными навигационные огни и следуйте за мной. Я буду следовать курсом сто шестьдесят градусов, скорость триста узлов. «Конкорд 02» должен следовать прямо за мной. «Конкорд 01» за «Конкордом 02». Мы снизимся до высоты сто пятьдесят метров. Поняли меня?
Бекер и Авидар подтвердили, что поняли.
«Лир» начал левый поворот, и Бекер приготовился следовать за ним.
Ашер Авидар включил форсаж и начал прибавлять газ, направляя самолет в центр кучевых облаков, видневшихся впереди. Четыре мощных двигателя «Роллс-ройс Олимпус» развили тягу в семьдесят тонн, и самолет рванулся вперед.
Зеви Хирш закричал, обращаясь к Авидару:
— Какого черта…
Лео Шаретт отвернулся от своей приборной доски.
— Ашер, не…
Матти Ядин, находившийся в кабине, схватил Авидара за руку, но Авидар оттолкнул его. Ядин выхватил «смит-вессон» 22-го калибра и приставил его к голове Авидара. Резким движением Авидар отбил пистолет, словно отмахнулся от назойливой мухи.