Нельсон Демилль – Лев (страница 16)

Халил улыбнулся.

Теперь он заметил маленькую группу молодых мужчин и женщин, преклонивших колени возле ограждения и беззвучно молящихся. У Халила не было сомнений, что молятся они не только за погибших, но и за их врагов, и просят Бога простить их. Он был уверен, что большинство видит это событие без контекста и без смысла. Невежество и высокомерие, пристрастие к комфорту и непокорность Богу были главными слабостями американцев.

Затем его внимание привлек звук сирен. Он взглянул назад, на Чёрч-стрит, и увидел две полицейские машины, спешившие в направлении Мюррей-стрит. Вероятно, их вызвали из-за мертвого таксиста. Что ж, самое время уходить.

Халил прочитал про себя молитву за павших мучеников и закончил строфой из арабской военной песни:

— «Всадник одинок и страшен, с верным йеменским клинком, а клинок не изукрашен — лишь зазубрины на нем».

Асад Халил сидел в одиночестве на скамье в Баттери-парке.

Он открыл бутылку воды, купленную у уличного торговца, и сделал долгий глоток. Потом положил бутылку в сумку и достал оттуда телефоны двух мертвых федеральных агентов. Он включил их, они оказались не заблокированы. Возможно, подумал он, полиция и ФБР пока не заметили, что телефоны исчезли.

Он вызвал сообщения в аппарате Хайсама и увидел одно новое, от капитана Пареси, ОГБТ/ПУН. Он знал, что этот человек — начальник Кори. Халил прочел сообщение, которое оказалось коротким приказом, призывающим полицейских установить слежку за ливийской общиной. Это не вызвало у него ни малейшей тревоги: его единственными ливийскими контактами здесь были Фарид в Калифорнии и Амир здесь, в Нью-Йорке, и оба теперь были далеко за пределами досягаемости. Его друзья из Аль-Каиды принадлежали к другим исламским нациям.

Он выключил телефон Хайсама и просмотрел сообщения в телефоне Мэйфилд. Новое сообщение Уолша гласило: «Всем агентам ФБР и детективам ПУН: два ливийских информатора в Н-Й предложили сведения о подозреваемом Халиле. Подробности и оперативные инструкции относительно ареста подозреваемого — по электронной почте. Уолш».

Он выключил телефон и обдумал информацию. Если это правда, то у него будут некоторые проблемы с выполнением его миссии. Однако если это сообщение от Уолша было послано всем агентам и всем детективам, оно бы достигло и телефона Хайсама. Но его там нет. А почему оно есть на телефоне Мэйфилд? Когда его отправили, она была уже мертва. Он сделал вывод, что сообщение фальшивое и отправлено только на мобильный Мэйфилд, потому что Уолш подозревает, что он в руках Халила. Именно поэтому телефон Мэйфилд и не заблокирован.

Ну что ж, они хитры. Но все же недостаточно хитры.

В любом случае это сообщение имело все характерные признаки дезинформации. А то, как он их выделил, понравилось бы Борису, потратившему много сил, чтобы обучить его этому. «Британцы — мастера дезинформации, американцы учились у них, — говорил Борис, а завершил свою лекцию так: — Но лучшим в мире распространителем дезинформации является КГБ».

Халил напомнил Борису, что КГБ больше не существует, поэтому слово «является» следует заменить на «являлся». Борис только смеялся. Малик советовал Халилу не обижать русского, говорил: «Он потерянная душа из погибшей империи. Используй его, Халил, но жалей его. Он не уйдет отсюда живым».

Однако Борис покинул Ливию при помощи ЦРУ и продался американцам; для них он делал то, что должен был делать для ливийской разведки: выдавал секреты за деньги. Поэтому судный день для Бориса был недалек.

Он смотрел через бухту на зеленую статую. Казалось, она стоит прямо на воде. Пожалуй, это самый канонический американский символ: самый узнаваемый и самый характерный памятник тому, что называется американской мечтой. Ему говорили, что все американцы, независимо от политической принадлежности, чтят эту статую. Следовательно, ее и нужно выбрать следующей целью Аль-Каиды.

Он продолжал смотреть на зеленую статую — на женщину с факелом в руке — и видел, как она падает в воду лицом вперед. Да, это будет достойное прощание с Америкой.

Глава 5

Ночь я проспал в кресле в палате Кейт, а на рассвете вышел на парковку, нашел свой джип и взял из багажника кое-какую одежду. Вернувшись в отделение реанимации, я переоделся, сел возле постели Кейт и стал смотреть, как она спит.

Когда она проснулась, то для человека, побывавшего на волосок от смерти, выглядела просто замечательно. Дежурный врач оставил ее подключенной к аппарату искусственной вентиляции легких, так что она по-прежнему не могла говорить, но могла писать мне записки. В одной было: «Найди Халила прежде, чем он найдет тебя».

— Конечно, — заверил я ее.

Но, видимо, не я был его следующей целью. Вчера днем Винс Пареси сообщил, что Гейб Хайсам, его жена и дочь найдены мертвыми. Смерть одного из нас, да еще и вместе с семьей, совершенно меняла дело: если раньше это была неудачная попытка убийства федерального агента, то теперь… ну, что-то совершенно другое.

Я решил не говорить пока Кейт об убийстве семьи Хайсама. Точно так же, как федералы утаили это от средств массовой информации.

Доктор Голдберг пришел осмотреть свою пациентку. Он сказал, что дня через два Кейт можно будет перевезти в город, там ей придется еще несколько дней провести в больнице, потом ее выпишут домой, а на службу она сможет выйти примерно через месяц.

Когда он ушел, она написала: «Я хочу вернуться к работе на следующей неделе». Я ответил:

— Сперва надо оценить тяжесть твоей психической травмы.

Она попыталась жестом показать мне «мир», но была так слаба, что смогла только поднять средний палец.

Я провел с ней еще полчаса. Она нацарапала множество вопросов относительно того, что происходит по нашему делу, и я рассказал ей все, что знал, умолчав лишь о гибели семьи Хайсама.

Наконец я сказал:

— Ладно, теперь мне нужно ехать в офис писать рапорт о происшествии. Я буду на связи с больницей, и мы заберем тебя отсюда, как только сможем. Пока отдохни и слушайся доктора.

Я поцеловал ее в щеку, она сжала мою руку. И написала: «Будь очень-очень осторожен».

Сперва я пошел к медсестрам и напомнил, чтобы они следили за безопасностью, хотя на самом деле я считал, что непосредственная опасность миновала; Асад Халил явно находился в Нью-Йорке, где и убил Гейба и всю его семью. Тем не менее я договорился о кодовом имени Сумасшедший Джон, назвав которое я буду получать новости о состоянии Кейт.

Внизу в вестибюле я зашел в магазин подарков, купил там симпатичного игрушечного льва и попросил доставить в ее палату. Я парень заботливый. И кстати о львах, я был голоден как лев, поэтому купил заодно еды и кофе, после чего вышел на парковку и сел в свой джип.

И поехал на Манхэттен — два часа пути. Опять был прекрасный день, а горы в мае очень красивы. Я понимал, почему Кейт иногда заговаривала о том, чтобы осесть где-нибудь здесь.

Зазвонил телефон. Это был капитан Пареси, он начал с вопроса:

— Как Кейт?

— На пути к выздоровлению.

— Хорошо. Где ты?

— На пути к Нью-Йорку.

— Послушай, на станции Дугластон, недалеко от дома Гейба, сегодня рано утром обнаружили труп. Жертва — шофер прокатной компании, белый, около тридцати пяти лет, зовут Чарльз Тейлор. Найден за баранкой своего лимузина, убит двумя выстрелами сквозь спинку сиденья. Криминалисты извлекли две пули из приборного щитка, они сорокового калибра. Сейчас их сравнивают с индивидуальными данными пистолета Кейт.

— О’кей. Мы не удивимся, если обнаружим совпадение.

— Не удивимся. Баллистики подтверждают, что Гейб тоже убит из пистолета Кейт, — продолжал он. — В лимузине и в доме Хайсама множество отпечатков пальцев. У нас есть отпечатки Халила?

— Да, снятые три года назад в нашем посольстве в Париже.

— Хорошо. Так, если отпечатки совпадут, это свяжет все воедино. Кроме того, под водительским сиденьем найдены две гильзы сорокового калибра и пластиковая бутылка от воды с двумя дырками в донышке.

— Пластиковая бутылка была и в прошлый раз. Его почерк, — сказал я. — Это не самый хороший глушитель, но лучше, чем ничего, его устраивает.

— Если пули выпущены из пистолета Кейт, это может означать, что своего оружия у Халила нет, — предположил Пареси.

— Если у Халила есть контакты в этой стране, а я уверен, что есть, то и собственное оружие у него тоже есть, — ответил я. — Он использовал пистолет Кейт, чтобы показать нам палец, поиздеваться.

— Да… Пожалуй… — Пареси продолжил рассказывать. — Мы связались с прокатной компанией Чарльза Тейлора на Лонг-Айленде, там сообщили, что мистер Тейлор должен был забрать из аэропорта Рипаблик мистера Брайана Голда и доставить по назначению, согласно указаниям клиента. Услуги прокатной компании оплачены заранее кредитной картой, которая принадлежит корпорации «Глобал энтертейнмент» из Лихтенштейна.

— Хорошо. Скажите Уолшу, чтобы не тратил время на финансовый след, — посоветовал я. — О’кей, значит, Чарльз Тейлор отвез Асада Халила, он же Брайан Голд, к дому Хайсама? — и сам же ответил на свой вопрос: — Вряд ли. Халил встретился с кем-то еще, по-видимому, на железнодорожной станции, после того как прикончил Тейлора. Ищите мертвого таксиста-ливийца.

После испуганного молчания Пареси сообщил:

— Уже нашли. Откуда ты узнал?

— Замечательно. И где всплыл труп? Как его убили?