Нельсон Демилль – Игра Льва (страница 18)
Несколько секунд Макгилл стоял совершенно ошарашенный. Он ведь проверял туалет, когда поднялся на верхнюю палубу. Чертовщина какая-то. Сержант снова дернул за ручку, и на этот раз дверь распахнулась.
В туалете, глядя ему прямо в лицо, стоял высокий смуглый мужчина в синем форменном комбинезоне с табличкой «Транс-континенталь» на нагрудном кармане.
На секунду Макгилл лишился дара речи, затем выдавил:
— Как вы…
Он посмотрел на лицо незнакомца и увидел два черных глаза, которые буквально буравили его.
Мужчина поднял правую руку, и Макгилл обратил внимание, что его рука обернута одеялом. Это выглядело очень странно.
— Черт побери, кто вы такой?
— Я Асад Халил.
Сержант едва услышал приглушенный звук выстрела и даже не почувствовал, как пуля сорокового калибра вонзилась ему в лоб.
— А ты мертвец, — промолвил Асад Халил.
Тони Сорентино проехал через ворота в зону безопасности, то есть в специальное место, отведенное для стоянки захваченных террористами самолетов.
Он огляделся по сторонам. Большая стоянка имела форму подковы, обнесенной забором, ее освещали установленные на высоких мачтах натриевые прожектора. Это напомнило Тони бейсбольный стадион, если не считать того, что все пространство было забетонировано.
Сорентино не бывал в этой зоне уже несколько лет, поэтому отметил, что забор вырос где-то футов до двенадцати, а примерно через каждые тридцать футов размещались платформы для снайперов. Каждую платформу огораживал пуленепробиваемый щит с отверстием для стрельбы, однако сейчас на платформах никого не было.
Тони бросил взгляд в боковое зеркало, чтобы убедиться, что водитель тягача не запаниковал, подъезжая к воротам зоны. Забор с каждой стороны ворот был достаточно низким, чтобы крылья практически любого авиалайнера могли пройти над ним, но водители тягачей обычно пугались этого места. Как раз в этот момент крылья «боинга» зависли над забором.
— Двигайся спокойно, парень, следуй за Тони, — передал Сорентино по рации. У него создалось впечатление, что на этой огромной бетонной площадке собрались почти все. Тони заметил передвижной командный центр аварийной службы — большой фургон, внутри которого размещались радиостанции, телефоны и начальники. У них имелась прямая связь с почти половиной мира, и сейчас они уже наверняка связались с Департаментом полиции Нью-Йорка, с ФБР, с Федеральным управлением гражданской авиации, а может, даже и с береговой охраной, которая иногда оказывала помощь, предоставляя свои вертолеты. И безусловно, связались с таможней и паспортным контролем. Сорентино подумал, что даже если все пассажиры мертвы, все равно ни один из них не сможет попасть в США, минуя таможню и паспортный контроль. Так что сегодняшняя процедура въезда в США будет иметь только два отличия: первое — все будет происходить здесь, в зоне безопасности, а не в здании аэровокзала, и второе — пассажирам не придется отвечать ни на какие вопросы.
Сорентино замедлил движение пожарного автомобиля, проверяя позицию «боинга». Еще несколько футов, и он окажется в центре площадки.
Еще Сорентино увидел передвижной морг и огромный рефрижератор, окруженные людьми в белом, — это была команда, которой предстояло принимать мертвых пассажиров.
По обе стороны площадки расположились передвижные трапы, всего их было шесть. Возле трапов стояли коллеги из аварийной команды и полицейские из Портового управления в готовности подняться на борт и начать неприятную работу по эвакуации трупов.
Бросались в глаза множество машин авиакомпании «Транс-континенталь»: грузовики, транспортеры, багажные тележки — и человек двадцать работников багажного отделения в голубых форменных комбинезонах и резиновых перчатках. Обычно этим ребятам приходилось работать очень быстро, иначе они могли получить нагоняй от бригадира. Однако сейчас торопиться было некуда.
Здесь же стояла передвижная рентгеновская установка для проверки багажа, а также четыре машины для обслуживания кухни. Ясно, что они прибыли сюда не для того, чтобы загрузить на борт продукты, — просто их кузова поднимались гидравликой до уровня дверей «боинга», и это был лучший способ эвакуировать трупы.
То есть здесь собрались все, за исключением тех людей, которые ожидали прибытия пассажиров «боинга» у выхода. Бедняги, подумал Сорентино. Скоро руководство «Транс-континенталь» соберет их в своем офисе, а потом компании предстоит разбираться с трупами, с багажом, объясняться с родственниками. О Господи!
А когда через несколько дней или недель этот «боинг» полностью проверят и установят причину гибели пассажиров, авиалайнер вернется в строй, чтобы зарабатывать деньги для своей компании. Интересно, вернут ли родственникам погибших пассажиров стоимость билетов?
Перед машиной Сорентино остановился полицейский из Портового управления и сделал Тони знак продвинуться чуть вперед. Затем полицейский вскинул руки, и Сорентино остановился. В боковое зеркало он увидел, что остановился и тягач. Выключив вращающийся проблесковый маяк, Тони глубоко вздохнул, закрыл лицо ладонями и почувствовал, что по щекам текут слезы. И это было странно, потому что он не знал, что плачет.
Глава 11
Кейт, я и Симпсон главным образом молчали, слушая по рации полицейскую волну. Симпсон переключил частоту и связался с одной из машин аварийной команды. Представившись, он спросил:
— Что за проблема с рейсом один семь пять?
Голос из динамика ответил:
— Похоже, отравляющий газ. Пожара нет. Все мертвы.
В патрульной машине повисла мертвая тишина.
— Как поняли? — спросил спасатель.
Симпсон откашлялся и ответил:
— Вас понял, все мертвы. Конец связи.
— Боже мой… как такое могло случиться? — прошептала Кейт.
А что она еще могла сказать? Да ничего. Вот и я ничего не сказал.
Симпсон выехал на рулежную дорожку, которая вела в безопасную зону. На самом деле торопиться уже было некуда, поэтому Симпсон снизил скорость до положенных пятнадцати миль в час. И на это я никак не отреагировал.
Впереди перед нами открывалась почти сюрреалистическая картина — огромный авиалайнер медленно двигался по рулежной дорожке к стальному забору с распахнутыми воротами. «Боинг» проехал в ворота, а его крылья прошли над забором.
Через минуту и мы подъехали к воротам, но там было полно других машин.
— Увидимся внутри, — сказал я Симпсону, выскочил из патрульной машины и побежал в зону безопасности. Позади меня хлопнула дверца машины и послышался топот Кейт, догоняющей меня.
Я не понимал, почему бегу, но внутренний голос подсказывал: «Беги!» Вот я и бежал, чувствуя, что шрам на легком в форме карандаша создает мне проблему.
Нам с Кейт удалось пробраться среди машин, и через минуту мы уже были внутри зоны, где стоял окруженный людьми «боинг». Бегущие люди всегда привлекают внимание, поэтому нас остановил полицейский в форме Портового управления. К нему тут же подбежал сержант и поинтересовался у нас:
— Куда вы так торопитесь?
Я постарался успокоить дыхание и буркнул:
— ФБР. — Но из моих покалеченных легких вырвалось лишь нечто вроде свиста.
Кейт предъявила сержанту удостоверение и сказала, совсем не задыхаясь при этом:
— ФБР. На борту этого самолета находились наш арестованный и сопровождающие.
Я тоже вытащил удостоверение, все еще пытаясь успокоить дыхание.
— Можете не торопиться, — сказал сержант и добавил: — Все мертвы.
— Нам надо подняться на борт самолета и позаботиться… о телах, — сказала Кейт.
— У нас есть для этого люди, мисс.
— Сержант, у наших сопровождающих было при себе оружие и важные документы. Дело касается национальной безопасности.
— Подождите. — Сержант попытался с кем-то связаться по рации, но у него ничего не вышло. — Эфир забит, — пояснил он. — С этим самолетом в течение долгого времени не было радиосвязи…
— Мы знаем, — оборвал я сержанта, радуясь тому, что могу продемонстрировать свою осведомленность.
Затем я оглядел «боинг», стоявший в центре площадки. Передвижные трапы уже подъезжали к дверям, значит, скоро люди поднимутся на борт.
На вызовы сержанта так никто и не отвечал, поэтому он сказал нам:
— Видите вон там передвижной командный пункт аварийной службы? Идите туда и поговорите с кем-нибудь. У них прямая связь с ФБР и моим начальством.
Пока сержант не передумал, мы с Кейт поспешили к передвижному командному пункту.
Я все еще тяжело дышал, поэтому Кейт спросила:
— Ты в порядке?
— Да, в полном порядке.
Разом оглянувшись, мы с Кейт увидели, что сержант из Портового управления уже занят чем-то другим. Поэтому мы поменяли курс и направились прямиком к самолету.
Один из передвижных трапов уже остановился возле задней двери, и несколько парней из аварийной команды начали подниматься наверх. Их сопровождали мужчины и женщины в белом, несколько человек в синих комбинезонах и мужчина в строгом костюме.
Джентльмен никогда не станет подниматься вверх по лестнице позади женщины в короткой юбке, но я наплевал на эту условность и сделал Кейт знак, чтобы она поднималась первой. На что она ответила мне:
— Только после вас.
Мы поднялись по ступенькам, прошли через дверь и направились в просторный салон. В самолете горели только аварийные лампы — наверное, они работали от аккумуляторов, — да еще солнечные лучи пробивались сквозь иллюминаторы. Однако не требовалось слишком много света, чтобы увидеть: салон заполнен на три четверти, никто из пассажиров не шевелится.