Нельсон Бонд – Сыны затерянной Атлантиды (страница 4)
Я вознес краткую молитву богам, чувствуя, как мягкие пальцы дремоты затуманивают мой разум. Земля подо мной стала мягче, мое дыхание стало медленным и размеренным. Как ни странно, я почувствовал слабый пульс на запястье. Это было биение но, оно было медленным, бесконечно медленным. Мои уставшие пальцы разжались. Густые газы больше не душили меня. Чувство полного отречения охватило мое сознание, и я выбросил все заботы из головы. Мое тело, казалось, парило в густой, сливочной мягкости, мои веки отяжелели и закрылись сами по себе. Я был уставшим и довольным. Помню, я подумал, что смерть - не такой уж неприятный исход. Сон окутал меня черным облаком, в то время как измученная земля подо мной стонала, изгибалась и раскачивалась в ритме гигантской колыбели.
Глава 4
Келчал замолчал и улыбнулся. Дьюк был так поглощен рассказом странного человека, что улыбка показалась ему какой-то жутковатой. Как будто ее изобразили губы призрака. Джоуи Кокс, должно быть, тоже это почувствовал.
- Ты сбежал? – Спросил Кокс.
Келчал медленно кивнул, а затем мелодично произнес:
- Да, мой друг. Я сбежал.... Моей первой мыслью после пробуждения было, что я всего лишь задремал под воздействием смертоносных газов. Я не знал, как долго. Возможно, на несколько минут или даже несколько часов. Это убеждение укреплялось тем фактом, что земля подо мной все еще дрожала. Я говорю «все еще», хотя мне следовало бы сказать «снова», но тогда я этого не знал. Как бы то ни было, проснувшись, я обнаружил, что в воздухе нет тяжелых газов, которые вызывали у меня сонливость. Впервые я почувствовал что-то необычное, когда поднялся на ноги. Мое тело стало странно слабым и одеревеневшим. Я мог бы списать это на переутомление, если бы не другая, еще более ужасающая и необъяснимая вещь. Когда я поднялся, с моего тела посыпалась пыль толщиной в несколько дюймов, заставив меня чихнуть. И еще я обнаружил, что на мне нет ни единого лоскутка одежды! Что-то звякнуло о камень у меня под ногами. Я наклонился и нащупал в темноте металлическую пряжку, которой на плече была застегнута моя тога. Мои ноги были босыми, как и все мое тело.
Из этого можно было сделать только один логический вывод. В этих глубинах, должно быть, есть кто-то, кроме меня, какой-нибудь вороватый негодяй, чьи низменные инстинкты преодолели даже страх перед извержением, заставив его снять с меня мои прекрасные одежды из шелка и льна, пока я лежал без чувств.
Я крикнул, ответа не последовало. Пещера эхом отозвалась на звук моего голоса. Взбешенный, я начал ощупью пробираться к ближайшей стене. Один факт показался мне несомненным. Там, где вор нашел вход, честный человек мог найти выход. И, по правде говоря, я действительно нашел отверстие, ведущее в туннель, который, в свою очередь, вел наверх, к усыпанной камнями тропинке, ведущей на поверхность.
Все это время, как вы понимаете, стены и пол туннеля вокруг меня дрожали, как и прежде. Слышен был звук падающей породы, вулканический грохот и прочее, но я почти не обращал внимания на этот шум. Я загорелся желанием сбежать из своей подземной тюрьмы и был благодарен судьбе и богам, которые сочли нужным уберечь меня от участи моих товарищей. Мое сердце разрывалось от боли за тех, кого я оставил в темных подземельях, и все же я сам представлял собой жалкое зрелище. Мои ноги, израненные и кровоточащие от острых обломков, через которые я пробирался, мое покрытое синяками и грязное тело, мое лицо, покрытое грязью и грубой щетиной.
Однако, спустя короткий промежуток времени, я оказался в сужающемся устье туннеля и снова увидел солнечный свет. Я представил, что меня помоют, подстригут, снова обуют, утешат успокаивающими пастами и мазями. В ожидании, пошатываясь я собрал остатки своих сил, прислонился к выступу скалы, скрывавшему вход в туннель, и слабо позвал на помощь. Я знал, что к этому времени все население города уже будет искать нас. Но ответа не последовало. Только из глубин подо мной донесся глухой рокот горы, которая стонала в своем труде, а с неба над головой донесся высокий, тонкий крик, словно какая-то любопытная птица низко пролетела, чтобы поглазеть на обнаженное белое тело.
Тщетно я звал снова и снова. Ответа не было. И тут меня впервые охватило чувство, странным образом похожее на страх. Я внимательно огляделся. Все было по-прежнему... и все же камни были какими-то другими. Я узнал общие очертания гор, окружавших меня, положение солнца на небе (по-моему, было около полудня), холмистую местность плато подо мной и справа от меня... Значит, я вышел не с той стороны горы. Я вышел из прохода, который вел в сторону столицы, Майяпана. Все, что мне нужно было сделать, чтобы увидеть город, - это пройти несколько метров вперед. С небольшого возвышения были видны прочные здания и сверкающие башни
моей резиденции в колониальном стиле. Собрав последние силы в своем невероятно уставшем теле, я с трудом преодолел последние несколько необходимых шагов и поднялся на холм. Я поднял глаза, чтобы еще раз взглянуть на Майяпан. Но Майяпана там не было! Я смотрел вниз на обширную, выжженную, бездомную равнину, выжигаемую лучами палящего, безжалостного солнца. - Келчал сделал паузу. Его огромные глаза мрачно остановились на Дьюке и он сказал, - вы понимаете, Дьюк Каллион, на что я смотрел с высоты?
- Это было наше время, не так ли? – Спросил Дьюк.
- Да, это было ваше время. Я, ушедший в недра горы на второй год правления, появился двенадцать тысяч лет спустя в том, что вы, современные люди, называете Двадцатым веком!
Джо Кокс, к своему удивлению, сказал:
- Пять лет назад произошло извержение вулкана Теоликсикан. В 1935 году это было?
Келчал кивнул.
- Так и было, мой друг. Не спрашивай меня, как возникли эти тайны. У богов есть свои причины совершать подобные поступки. Я долго размышлял над тем, что со мной случилось, но так и не пришел к какому-либо решению. Все, что я знаю, это то, что благодаря какой-то странной химии я, Келчал, вице-регент колонии атлантов на Майяпане, был усыплен газами в подземной камере двенадцать тысяч лет назад, чтобы проснуться в вашем времени.
Я не стану утомлять вас рассказом о моих трудностях в этом вашем странном новом мире, как я, шатаясь, добрался до этой убогой деревушки Чунхубуб, голый и слабый, и обнаружил, что местные жители, с которыми я даже не мог говорить, одновременно боятся и ненавидят меня.
В конце концов, именно индейцы подружились со мной. С ними я, по крайней мере, мог объясниться. Между их грубым языком и моим родным существовало определенное языковое сходство. Они смотрели на меня, как на своего рода белого бога, ухаживали за мной, пока я не выздоровел. От них я узнал кое-что об истории мира. От них я также немного научился испанскому языку. Этого было достаточно, чтобы позже я смог наладить отношения с мексиканским народом и жить среди них в мире и равноправии.
Это произошло после того, как я восстановил часть своих сил и снова посетил шахту. Там я нашел несколько пригоршней золота, что было достаточно, чтобы купить все необходимое и начать работать над тем, что я считал необходимым...
- Необходимым? - удивленно переспросил Дьюк.
Глаза Келчала заблестели, и на его щеках проступил румянец.
- Подумайте, что из всего, что я узнал, выбравшись из глубин, по вашему мнению, огорчило бы меня больше всего?
Дьюк неуверенно произнес:
- Те огромные перемены, которые произошли в нашем мире после твоего долгого сна? Затонувшая Атлантида и судьба твоего народа?
- И это все! - В голосе Келчала слышалась голодная тоска. – Дьюк Каллион, прошло больше года после моего побега, прежде чем я нашел человека, который понял, что я имел в виду, когда говорил о своей родине, Ацтлане. Это был старый священник, ученый человек, который пришел в бешенство и заявил, что я сумасшедший, после того, как я рассказал ему о своем приключении. И все же именно из его уст я узнал то, что сегодня считается легендой, - историю о катастрофе, поглотившей Ацтлан под водой, о полном уничтожении нашей некогда прекрасной цивилизации, о состоянии варварства, в которое погрузился внешний мир, об утрате нашей цивилизации, наших знаний, нашей науки, нашей культуры...
Я уже намекал вам, Дьюк Каллион, о нашей науке. Вы сомневались во мне. Но пойдемте! Судите сами!
Быстрым, призывающим жестом он пригласил молодых солдат-неудачников следовать за ним и повел их из крошечной комнаты в другую, еще меньшую, примыкавшую к ней. В углу этой комнаты лежал странный предмет из блестящего металла сферической формы. Его гладкая поверхность с одной стороны была отмечена плотно прилегающим контуром дверного проема, достаточно большого, чтобы в него мог пройти человек.
Пальцы Келчала нажали на место рядом с этим отверстием. Дверь бесшумно распахнулась, открывая взору помещение, сверкающее странными приспособлениями и приборами, о назначении которых Каллион не мог даже догадываться. Келчал шагнул вперед, подошел к иллюминатору и жестом пригласил друга следовать за ним.
- Здесь хватит места для всех нас, - сказал он.
Удивленный, Дьюк повиновался, а Джоуи, стоявший рядом с ним, с сомнением произнес:
- Это похоже на какую-то машину. Транспортное средство?