Нелли Штерн – Яблочко раздора в академии невест (страница 7)

Будто это так легко! Магия общей направленности, по сути нейтральная, которой обладала Шиана, давалась мне очень легко, в отличие от новой, с которой я в буквальном смысле ходила, как по минному полю. В прошлый раз, когда я пыталась обуздать свой огонь, чуть не спалила кабинет Леонарда. Выброс был такой силы, что даже магу было не просто справиться. С тех пор мы с ним занимаемся исключительно на заброшенной тренировочной площадке в старом парке академии. Мой добровольный репетитор очень старался донести до меня основные принципы взаимодействия, но ничего не выходило. Ощущала себя абсолютно бесталанной. Во время очередной медитации у меня, наконец, получилось. Окружающий мир растворился, перестал существовать, и я погружалась, все дальше проваливаясь, пока мягко не опустилась на ноги, с любопытством и восторгом разглядывая огромный сияющий шар. Ну и где, я вас спрашиваю, обещанные две магии? Как тут вообще можно выделить хоть что-то? Сфера сердито фыркнула, совсем как живая, а по поверхности защелкали недовольные огоньки.

– Прости, не хотела тебя обидеть, – произнесла вслух и почувствовала благосклонный отклик, словно моей щеки коснулся теплый летний ветерок. – И как нам с тобой быть? Тебе досталась не самая умелая хозяйка. Мне сложно понять, как именно нужно обращаться с силой.

– Не нужно ничего понимать, – раздался бархатный глубокий голос, он лился со всех сторон, заполняя собой бесконечное пространство, – просто почувствуй… почувствуй.

Не знаю, поможет это или нет, но я шагнула вперед и протянула подрагивающую от волнения ладонь, легко касаясь сверкающей поверхности. На удивление она была теплой и упругой. С удовольствием погладила покатый бок и, наконец, почувствовала.

Хьюстон! У нас проблема! Не знаю, как мне это удалось, но я оказалась внутри этой защитной оболочки, и теперь меня окружали разноцветные толстые нити, и их явно было больше, чем две. Они, то волнами расходились в стороны, то соединялись в один сияющий белоснежный жгут. Знания прежней Шианы испуганно пискнули: «Изначальная магия» и забились куда-то в дальний уголок сознания.

А все дело вот в чем. Древние манускрипты, дошедшие до сегодняшних дней, говорят, что на заре развития этого мира магия была единой во всех своих проявлениях, а существа, обладающие ею, являлись универсалами. При желании они могли управлять любой из четырех стихий, владели целительством, бытовой магией и даже артефакторикой. Никому доподлинно неизвестно, что именно произошло, но со временем маги утратили свою универсальность, беря под контроль только одно направление. Перед глазами замелькали когда-то давно увиденные схемы и рисунки. Сияющая белоснежная сфера с заключенным внутри нее человеком, перебирающим в руках разноцветные линии силы. То есть я – счастливый и единственный на сегодняшний день обладатель изначальной магии. Вот это подстава!

В страхе заметалась внутри в поисках выхода и резко распахнула глаза, со всхлипом вдыхая полной грудью. Легкие жгло. Похоже, я даже дышать перестала!

– Лана! Как ты? – взволнованно спросил Леонард, заглядывая мне в глаза.

– Мне конец! – с отчаянием выдохнула я и уронила голову на колени.

Межрасовая Магическая Академия Шандолы, лекарское крыло

– И что вы думаете обо всем этом? – спросила неразлучную троицу, стоило только закончить рассказ о моей последней медитации.

С тренировочной площадки мы с Леонардом вернулись молча и, не сговариваясь, направились в вотчину Илайи, застав там и Летицию. К слову, мои добровольные помощники словно чувствовали, когда и где будут нужны мне и неизменно объявлялись.

– Уверена, что не хочешь подтвердить свой уровень магии на артефакте? – хитро прищурившись, спросила меня секретарь ректора. – Ты могла бы стать императрицей Шандолы.

– Не императрицей, – сердито фыркнула я, – а матерью наследника для императора, а заодно и для еще двух или трех мужиков.

– При твоей силе, даже не возьмусь предположить, сколько избранников у тебя может быть, – то ли восторженно, то ли сочувствующе произнес Лаврентус.

– С этой точки зрения, даже хорошо, что ты находишься здесь, – согласно покивал Леонард.

– Конечно! Только до первого бала претенденток, – язвительно парировала Летиция.

Вот черт! А ведь действительно! Совсем скоро самые родовитые и сильные мужчины явятся сюда со всех концов этого мира, чтобы попытать счастья и найти свою избранницу, причем, как вы понимаете, у местных властителей преимущественное право на знакомство с девушками. В этом году принято решение допустить на осенний бал дебютанток даже первый курс, тех, кто только начал свое обучение. И все бы ничего, ведь я не являюсь адепткой, но несмотря на это обязана присутствовать. Там я увижу местного императора. И он уж точно не пройдет мимо такого лакомого кусочка в моем лице.

– Скажите, а были ли прецеденты, когда избранница отказывала мужчине? – с надеждой спросила я.

– Что ты! – испуганно замотала головой Летиция. – Как можно!

– Да-да! Помню! Это же великая честь! – скривившись, цитировала уже набившую оскомину фразу, которую внушали всем невестам без исключения. Хотя эти-то как раз не сильно сопротивлялись.

– А, может, заболеть на время проведения бала? – спросила без особой надежды.

– Нет такой болезни, с которой я бы не справился, – гордо парировал Лаврентус.

– Остается косить под дурочку и всеми силами противиться повторной проверке на артефакте, – вздохнула горестно. Эх, грехи мои тяжкие! – Насколько я понимаю, даже сам император не вправе заставить меня?

– Это верно, – согласилась Летиция. – Но тебя легко могут спровоцировать, чтобы ты проявила свою магию. И поверь, даже угроза твоей жизни не будет являться смягчающим фактором.

Передернула заледеневшими вмиг плечами. Это мне сейчас недвусмысленно дали понять, что если будет нужно, меня без зазрения совести попытаются убить, чтобы я защищалась. Зельевару ведь не доступна стихийная магия.

– И вопрос с тем, кто напал на Шиану остается открытым, – добавила я. Будто нам и без того мало.

– Ты так и не вспомнила, что именно должна была сделать? – участливо спросил Леонард.

– Нет. Но, может, моя младшая сестра что-то знает? В выходные я планирую навестить ее в пансионе. Заодно удостоверюсь, что с ней все в порядке, – ответила ему.

– Не волнуйся, в закрытое учебное заведение не так просто попасть. Преступникам придется очень постараться, чтобы добраться до девочки.

– До смерти Шианы считалось, что и в Академию невозможно проникнуть, – буркнула я, а Леонард участливо сжал мою руку.

– Хочешь, пойду с тобой? – вдруг спросил он с хитрой улыбкой. – Заодно покажу тебе город, ты же ничего не видела, кроме своей комнаты и учебных кабинетов!

– Не самая хорошая идея, – покачал головой Илайя. – Если ты, конечно, не собралась обзавестись парочкой-другой поклонников и претендентов на твою руку и сердце.

– Точнее, на мою магию, – недовольно скривилась я.

– Можем просто прокатиться в экипаже. Обзорная экскурсия по Санэге. Как тебе? – продолжал уговаривать Леонард.

– А что? Это мысль! – воодушевленно согласилась я. – Решено, через четыре дня едем в пансион. – Хлопнув по коленям, поднялась со стула. – Дорогие мои, мне пора бежать. У меня на сегодня еще мой любимый четвертый курс. Целых три часа зельеварения! М-м-м-м-м! Мечта!

– Будь осторожна с Рашмир, не провоцируй ее лишний раз, – предупредила Летиция. – Она точно что-то задумала и не откажется от мести.

– Да, я все хотела поговорить по поводу нее с вами, Илайя. Вы осматривали Лиану при поступлении? – уже почти на пороге спросила целителя.

– Хм, дай-ка вспомнить. – Целитель задумчиво нахмурил лоб и постучал пухлым пальцем по губам. – А ведь точно! Я не проводил осмотр, по личному настоянию господина советника полагаясь на заключение уважаемого лекаря их семьи.

– Вот вам и ответ. У девушки редкая форма золотистой водяницы, – добила я Лаврентуса. Эта неприятная болезнь ничем особенным себя не проявляет, кроме не проходящих красноватых пятен на коже, которые еще и шелушатся и зудят. Считалось, что до конца избавиться от недуга невозможно. Приходилось пользоваться специальными маскирующими кремами, чтобы прятать дефекты и принимать зелья, облегчающие симптомы.

– Не может этого быть! – горячо возразил последний. – Никто ни разу не видел на ее коже ни одного пятна.

– Это скорее заслуга качественного крема и, судя по всему, небольшой площади очага распространения. Я бы и сама не догадалась, если бы, видимо в период обострения, девушка не переборщила с количеством крема, надеясь именно так повысить его эффективность, но не вышло. По характерному аромату состава и одному еле заметному пятнышку на ее руке я все поняла, – раскрыла всю логическую цепочку своих выводов.

– Никому не хочется конфликтовать со вторым советником императора, зная его мстительную натуру. И даже наш ректор не рискнет связываться с ним, – подытожил Леонард.

При упоминании ректора в который раз поморщилась, как от лимона. Фабрициус словно задался целью выбить меня из душевного равновесия. Не было и дня, чтобы мы с ним не столкнулись где-нибудь случайно, причем чаще всего он заставал меня в весьма двусмысленном положении. То вдруг врывался в аудиторию после занятий, как раз в тот момент, когда мой стилус совершенно случайно оказывался на полу, а я лезла за ним под стол, стоя на четвереньках. То подлавливал в небольшой беседке для преподавателей, где я сидела в одиночестве, откинувшись на спинку удобной оттоманки. По случаю удивительно теплого дня жилетка была сброшена, а три верхние пуговички на тонкой блузке расстегнуты, обнажая краешек кружевного белья и соблазнительную ложбинку. И ведь я точно помню, что активировала руну «не беспокоить» на входе. Это значило, что если бы кто-то захотел нарушить мое уединение, то сначала бы заявил о себе, не заходя внутрь. Но господину ректору видимо отказали его хваленые манеры, и он ворвался в беседку, подобно урагану. Потемневшие глаза метали яростные молнии, широкая грудь высоко вздымалась. Удивленно уставилась на картину под названием «ректор в бешенстве», совершенно забыв прикрыться. Только когда жадный, алчный взор обжег нежную кожу груди, покраснела и дрожащими руками запахнула края блузки.