Нэлли Крестова – Акулья хватка (страница 10)
– Не делай больше этого никогда!
– Почему?
Я пожала плечами и пошла к дверям.
– Виктория, погоди. Не сердись. Выпей со мной шампанского.
– Мне папа не разрешает употреблять спиртное.
– Кто тебе сказал, что шампанское спиртное? Не смеши. Мы для понимания по бокальчику и поговорим. Подожди, я мигом!
– Меня папа будет искать!
– Я предупрежу, что мы здесь.
Денис вышел из комнаты и прикрыл за собой двери. Услышав, как хлопнул магнитный замок, я даже не стала проверять, действительно ли он меня запер, а сразу же вышла на балкон и набрала номер Олега.
– Ты не уехал?
– В машине жду.
– Можешь обойти особняк?
– Зачем?
– Не задавай лишних вопросов. Просто обойди. Я так хочу!
– Очень надеюсь, что ты не обворовала музей хозяина и не собираешься смыться с мешком экспонатов из окна, втянув меня в свою аферу.
– Откуда ты про музей знаешь?
– Все в городе знают.
– Я тебя вижу. Подними голову.
Заметив меня, сидящую на перилах, ускорил шаг.
– Ты же не надумала прыгать? – Олег не успел договорить последнее слово, как я уже соскользнула вниз. Он поймал меня в тот момент, когда мои каблуки едва не коснулись земли.
– Ум есть? – он испепелил меня взглядом. – Что ты творишь? А если бы я не поймал?
– Второй этаж! В худшем бы случае ноги сломала.
– Я бы тебе с таким удовольствием сейчас шею сломал!
– Мне кажется, или ты зачастил угрожать? А знаешь, ты мне все равно нравишься. Что-то в тебе есть такое… надежное.
Я услышала голос Дениса и потянула Олега под балкон.
– Прячемся!
– Не собираюсь я с тобой нигде прятаться. И к чему весь этот цирк? Что за необходимость была удирать через балкон?
– Мне не понравилось целоваться.
– Тебя кто-то заставлял целоваться? Виктория, не морочь мне голову, возвращайся обратно, пока твой отец всех на уши не поднял.
– Тихо! Денис на балконе. Слышишь, как дышит?
Когда балконная дверь с грохотом захлопнулась, я от души рассмеялась.
– Представляешь, как он психует? Сейчас будет по всему дому искать, куда же я подевалась? Не с балкона же спрыгнула?
– Тебе не обязательно было сбегать. Сильно сомневаюсь, что он посмел бы тебя обидеть.
– Ясно, что не посмел бы. Просто позлить его захотелось. Я люблю побеждать, даже в мелочах. Последнее слово всегда за мной.
– Последнее слово не за тобой, а за твоим отцом.
– Скажешь тоже! Хотя соглашусь, пожалуй. Последнее слово за отцом, он так и говорит: «Да, Виктория, как скажешь, милая».
– Когда ни будь ты нарвешься на того, кому будет по фиг на то, чья ты дочь и тебя не спасет ни твоя красота, ни амбиции. Крепко получишь!
– Опять угрозы? Но почему-то я на тебя не злюсь. Идем, а то и правда папа меня хватится.
Мы обогнули особняк. Распрощавшись на углу, каждый пошел по своим делам. Олег к машине, а я прогулочным шагом вернулась в гостиную, где полным ходом продолжалось веселье.
– Где ты была? – накинулся на меня Денис, едва я появилась на пороге.
– Голова закружилась, подышать выходила, – голосом наивной дурочки отчиталась я.
– Через запертые двери вышла?
– А ты меня разве запер? Даже не заметила.
До конца выяснить случившиеся нам не дали друзья Дениса. Меня то и дело о чем-то расспрашивали, смешили, приглашали танцевать, угощали сладостями, пока отец вдруг не решил, что мужского внимания мне на сегодня достаточно. Слегка покачиваясь, он властным взмахом руки разогнал моих ухажеров и обняв нас с мамой, повел на выход.
Оба Гужинских, отец и сын вышли нас провожать. Подвыпивший Демьян Иванович долго прощался с отцом и с воодушевлением поэта-лирика воспевал красоту мамы. Оттеснив на несколько шагов от родителей, Денис придерживал меня за талию горячими потными рукам и буквально пожирал взглядом.
– Когда мы снова увидимся?
– Не скоро. Экзамены через месяц. Готовиться нужно.
– Экзамены? – Денис расхохотался. – Да тебе за одну только фамилию пятерок налепят. Не парься. Знаешь, я все-таки, на тебе женюсь, что бы потихоньку уничтожать.
– А я за тебя замуж не пойду, чтобы не уничтожить в первый же день.
– Твоего согласия никто и не спросит. Отец прикажет и побежишь.
Последней каплей моего терпения стал щипок за ягодицу. Я сдержалась, чтобы не впечатать наглому мажору по морде, только благодаря Олегу, который, почуяв неладное, вышел из машины и предложил занять место в салоне.
– Мне кажется, этот парень слишком взрослый для тебя, – посетовал Олег, когда мы остались одни.
– Этот парень вовсе не для меня, – пыхнула я. – Ты вовремя вышел, а то ему бы пришлось отведать моей тяжелой руки.
Я опустила стекло и с нескрываемым раздражением прекратила затянувшееся прощание родителей с Гужинским-старшим.
– Мы едем домой или нет?
Пока родители усаживались на кожаных сидениях, Демьян Иванович, просуну голову в окно автомобиля, расцеловал каждый мой пальчик и побожился взять с собой на испытания новой яхты.
Когда мы выехали на шоссе, отец, перегнувшись через сидение, подмигнул мне.
– Ну что Виктория, какие впечатления от встречи с Денисом? Нечета он, твоему хваленому Дмитрию? Почувствовала разницу?
– Почувствовала, – призналась я, правда не стала уточнять, кому из парней, я отдала предпочтение, отцу пока этого знать незачем.
– А я что говорил? – довольно потер руки отец. – Парень что надо!
– Хорошего сына воспитал Демьян, – подключилась к хвалебным одам мама. – Вера смотрит на них с небес и радуется. Каждый раз думаю о том, что станет с Викторий, если я оставлю ее так рано? Страшно, боже, как же страшно…
– Мама, не начинай!
– Виктория, не затыкай маме рот. Пусть выговорится.
– А то ты, папочка, не знаешь, чем все это закончится? Напомнить? Истерикой на полночи!
Получив поддержку отца, мама завела нескончаемую песнь о том, как поздно меня родила и как опасается не успеть вырастить из меня настоящую женщину. Запихнув поглубже наушники, я прибавила звук и, притопывая под незатейливую песенку про любовь, погрузилась в думы о Димке.