Нелли Игнатова – Время любить. Первая любовь (страница 25)
– Лялечка, милая, очень хочу, но не могу просить дядю пустить на квартиру нас обоих, не могу! Ляля, пойми, мы не имеем права ломать привычное течение жизни дяди и тети. Они живут тихо, спокойно, и я подстраиваюсь под их ритм.
– Я тоже подстроюсь. Мы им мешать не будем. Они нас даже не заметят, так тихо мы будем себя вести!
– А если появится ребёнок?
– Уверяю, они будут безумно рады. Все бездетные люди обожают младенцев. Но можешь не беспокоиться, дети у нас появятся нескоро.
– Это почему? – насторожился Лёшка.
– Тебе сначала надо институт закончить, работу хорошую найти в Москве, – пояснила Элла. – Вот тогда и о детях будем думать.
– Ляля, я не буду ни о чём просить дядю, – твёрдо сказал Лёшка. – Лучше найду квартиру.
– Лёшка, ты что, не знаешь, как трудно найти квартиру в Москве? – воскликнула Элла. – А тут целая трёхкомнатная квартира пропадает! И только потому, что ты не хочешь поговорить с дядей! Даже если ты найдёшь квартиру, знаешь, сколько за неё придётся платить? Никакой твоей стипендии не хватит!
– Но дяде нам тоже придётся платить!
– Он твой родственник, и не будет брать с нас много! Ты сам говорил, что с тебя не берет ни копейки!
– Эллочка, не переживай, я получаю повышенную стипендию. Не сорок, а сто рублей.
– Что твоя повышенная стипендия! – раздражённо махнула рукой Элла. – Сегодня ты её получаешь, а завтра нет. Ты что, не понимаешь, если мы будем жить на съёмной
– Во-первых, никакой он не родственник, – сердито проговорил Лёшка. – Ты забыла, что Павел Кузьмич мне не родной отец? Значит, и дядя не родной. А во-вторых, я не собираюсь всю жизнь жить в Москве.
– Не собираешься? Не собираешься?! – обиженно воскликнула Элла, и в её прелестных глазках блеснули слёзы. – А у меня ты спросил, чего хочу я? Тебе всё равно, да? Ты просто меня не любишь!
Элла повернулась, и хотела убежать, но Лёшка поймал её за руку.
– Лялечка, милая, как ты можешь так говорить? Я люблю тебя, очень люблю!
– Так докажи! Поговори с дядей! Лёшка, я так хочу жить в Москве! Это мечта всей моей жизни!
Элла умоляюще взглянула на Лёшку и всхлипнула. Он не мог видеть её слёз и пообещал:
– Мы будем жить в Москве, Элла. Я сделаю для этого всё, что смогу.
– Лёшка, я так тебя люблю! – воскликнула девушка, кидаясь ему на шею. И слёзы моментально высохли. – Ты самый лучший!.. Послушай, до твоего поезда еще почти час. Давай зайдем в «Рубин», посмотрим обручальные кольца.
Элле, как любой девушке, очень нравились украшения, и она с упоением рассматривала кольца, серьги, цепочки и подвески. Лёшка наблюдал за ней, пытаясь угадать, что ей нравится больше всего, чтобы подарить на свадьбу.
– Ой, Лёлик!.. – восхищённо прошептала Элла, схватив его за руку. – Посмотри, какая прелесть!
«Прелестью» оказалась небольшая золотая подвеска в виде цветка с крохотным камешком в центре. Ничего особенного, чем можно так восхищаться, Лёшка в подвеске не заметил. Красивая, но не шедевр. Зато камешек – настоящий бриллиант. Стоила эта «прелесть» тысячу рублей с лишним – почти годовая Лёшкина повышенная стипендия. Но он твердо решил, что к свадьбе Элла получит свою «прелесть».
– Идём на вокзал, а то опоздаю на поезд, – сказал Лёшка, и Элла с неохотой оторвалась от созерцания драгоценности.
У неё имелись и золотые цепочки, и подвески, серёжки и колечки, но всё это ни в какое сравнение не шло с бриллиантом, даже таким маленьким.
– Как думаешь, Лёлик, мы сможем когда-нибудь позволить себе купить бриллиант? – мечтательно спросила Элла.
– Возможно, – ответил Лёшка. – Когда я стану хорошим инженером, и буду много зарабатывать. Только зачем тебе бриллианты? Ты и так красивая.
– А с бриллиантами стану еще красивее.
До самого отправления поезда Элла молчала, погрузившись в мечты о бриллиантовой подвеске. Лёшка тоже был задумчив, ломая голову над тем, как решить задачи, поставленные перед ним его любимой.
*
Задача с подвеской решалась просто: арифметически. Чтобы собрать нужную сумму, и не протянуть при этом ноги, нужно где-то подрабатывать. Поэтому Лёшка, приехав в Москву, отправился искать работу. Очень скоро нашел место дворника в ближайшем ЖКО – за шестьдесят рублей в месяц.
Другая задача оказалась сложнее. Лёшка попробовал искать квартиру, но вскоре убедился, что Элла права, и квартира им не по карману, даже если он будет по-прежнему учиться и работать. Он пробовал узнать, получит ли комнату в общежитии, если женится, и ему объяснили, что он сможет получить комнату, если жена тоже будет студенткой того же института. К тому же, общежитие не устроит Эллу, так как не даст постоянной прописки.
Круг замкнулся. А Элла в каждом письме спрашивала, поговорил ли Лёшка с дядей. Он уже боялся открывать её письма.
Он стал реже приезжать домой, отчасти из экономии, отчасти потому, что не хотел снова ссориться с Эллой из-за квартирного вопроса. А когда она спрашивала, поговорил ли он с дядей, отвечал:
– Лялечка, милая, я решаю этот вопрос. Не беспокойся, к тому времени, когда мы поженимся, у нас будет жильё в Москве.
*
Получив очередное письмо от Эллы, Лёшка едва не расплакался, потому что так и не нашел выхода из замкнутого круга.
Он сел за стол, решив честно написать, что с квартирой ничего не получается.
«В конце концов, если она меня любит, то будет продолжать любить и без московской прописки», – подумал он.
«Здравствуй, моя милая Лялька!» – начал Лёшка писать, но бросил ручку. Проверять таким образом прочность чувств девушки не хотелось. Разве она уже не доказала свою любовь тем, что почти пять лет они вместе?
Так он и сидел, грустно уставившись на чистый лист бумаги перед собой, пока не услышал стук в дверь, после которого в комнату вошла Ольга Петровна.
– Алёша, иди ужинать.
– Спасибо, тётя Оля, не хочу.
– Почему? – Ольга Петровна подошла поближе и взглянула на Лёшку внимательнее. – Ты не заболел, сынок? Ты какой-то бледный, что с тобой?
– Ничего, всё в порядке. Просто устал, – отговорился Лёшка.
– Леша, ты переутомляешься, – озабоченно сказала Ольга Петровна. – Учёба, работа, клуб – это не слишком? У тебя сердце слабое, его надо беречь... Если у тебя затруднения с деньгами, так попросил бы у нас.
– Спасибо, тётя Оля. Я не могу брать у вас деньги. Вы и так кормите меня, и не берёте плату за то, что живу у вас.
– Лёша, о какой плате ты говоришь?! – возмутилась Ольга Петровна. – Ты наш племянник, почти как сын, и мы очень рады, что ты живёшь у нас. А деньги... – Ольга Петровна взяла стул, подсела к Лёшке и доверительно спросила: – Зачем тебе так много? У тебя какие-то проблемы? Неужели кто-то вымогает у тебя деньги?
– Тётя Оля, не беспокойтесь, деньги мне нужны не для этого, – сказал Лёшка.
– Хорошо, допустим. Но всё же... Ты в последнее время стал каким-то грустным, мрачным, не ешь ничего... – она вдруг заметила фото Эллы под стеклом и начатое письмо. – Может, ты с девушкой поссорился?
– Нет, – быстро ответил Лёшка.
– А кто эта девушка?
– Элла... моя невеста... Она живёт в Кирове. Летом мы хотим пожениться.
– А! Теперь поняла, ты хочешь сам накопить денег на свадьбу! – понимающе закивала Ольга Петровна. – А как же учёба?
– Еще не знаю... – замялся Лёшка. – Может, в Киров переведусь... А может... найдём здесь квартиру...
– Алёшенька, что ты говоришь?! Какую квартиру?! – возмутилась Ольга Петровна. – Квартиру он собрался искать! Толя, Толя, иди-ка сюда!
Анатолий Кузьмич вошёл в комнату.
– Что случилось, Оленька?
– Толя, посмотри на него, – указала Ольга Петровна на Лёшку, который сидел, опустив глаза и покраснев до корней волос. – Он собрался жениться!
– Так это же хорошо, – сказал Анатолий Кузьмич. – Что ты раскричалась, Оля?
– Толя, ты не дослушал! Он собирается жениться и искать квартиру!
– Квартиру? – удивился дядя. – А почему вы не хотите жить у нас?
Лёшке казалось, он сгорит от стыда. Ему хотелось бы сейчас оказаться где-нибудь очень далеко от дяди и тети. Они могли подумать, что он нарочно начал этот разговор, а на самом деле это получилось случайно.
– Мы... не хотим стеснять вас, – пробормотал Лёшка.
– А вы нас и не стесните, – сказал Анатолий Кузьмич. – Вон у нас сколько места.