Нелли Игнатова – Время любить. Исполнение желаний (страница 11)

– Уехали? – спросил Дима упавшим голосом.

– Уехали, – словно эхо, отозвалась Мария.

– Боже, что я наделал, – прошептал он, прислонившись к дверному косяку.

Он сказал это тихо, но Мария услышала, и насторожилась.

– Ты? Что ты сделал?

– Да, я, я! Это я виноват в том, что Алиса уехала! – воскликнул Дима, закрыв лицо руками.

Мария подбежала к Диме, взяла его за руки и усадила на диван.

– Что произошло? – она потрясла его за плечи. – Что случилось?

– Ничего... просто я... люблю Алису, – ответил он. – И она меня любит. А я не верил...

– Боже мой, какая же я дура, что сама не догадалась! – воскликнула Мария. – Ну, а что случилось-то? Вы поссорились?

– Нет. Она хотела, чтобы я на ней женился. А я отказал!

– Почему? Ради всего святого, Димка, почему? – удивленно спросила Мария.

– Потому что я старше на одиннадцать лет! Потому что ни ты, ни Серёжка никогда не согласитесь на этот брак! – с болью в голосе проговорил Дима.

– Глупый, какой же ты глупый, Димка! Ну почему ты так думал? – Мария села на диван рядом с Димой и заплакала. – Почему ты не спросил меня? Почему Алиса мне ничего не сказала?

– Так ты... ты согласилась бы? – недоверчиво спросил Дима.

– Да конечно согласилась бы!

– Несмотря на то, что я старше Алисы почти в два раза?

– Какое это имеет значение, если вы любите друг друга? Да я не желаю лучшего мужа для своей дочери!

– Маша, это правда? – Дима поднял голову. – Ты, правда, согласна, чтобы мы поженились?

– Я-то согласна, вот только Алиса уже уехала, – вздохнула Мария.

– Я верну её! – Дима вскочил с дивана и бросился к двери.

Мария, Радик и Машенька побежали за ним.

– Хорошо, что идёт дождь, может быть, рейс задержат, – радостно сказал Радик.

У Димы были ключи и доверенность на вождение машины старшего брата, он быстро сел за руль «Жигулей», стоявших на заднем дворе у ворот гаража. Мария, Радик и Маша едва успели заскочить в машину, и не успели опомниться, как уже выехали за город.

Но они поняли, что всё равно опоздают, так как тучи разошлись, и выглянуло солнце. Когда «Жигули» остановились на стоянке у здания аэровокзала, диктор объявлял рейс на Москву. Тот самый, на котором должны улететь Алиса, Изабель и Элеонора. Дима, Радик, Машенька и Мария подбежали к воротам, закрывающим вход на взлётное поле, и сквозь прутья решетки увидели, как пассажиры проходят на посадку. Элеонора, Изабель и Алиса шли в самом хвосте пассажирского потока.

– Алиса! – закричал Дима, хотя вряд ли она могла его услышать в реве разогреваемых двигателей самолета. – Алиса!

Она услышала, или какое-то шестое чувство подсказало, что Дима здесь, и оглянулась. Радик и Маша запрыгали и замахали руками.

– Простите меня, тётя Элеонора, но я остаюсь, – сказала Алиса, и побежала к воротам.

Дима обнял девушку прямо через прутья решетки.

– Я никуда не отпущу тебя, слышишь? Никогда! Мы поженимся хоть завтра, если ты хочешь, но ты никуда не уедешь! – взволнованно проговорил он.

– А я уже никуда и не еду, – ответила Алиса, счастливо улыбаясь.

Дима помог ей перелезть через ворота, и все пятеро пошли к машине.

Сергей и Алёшка, наблюдавшие за посадкой в самолет из окон зала ожидания, видели, как Алиса, Изабель и Элеонора шли к самолету, но Алиса вдруг повернулась и куда-то убежала. Сергей схватил сына за руку, и они выбежали на площадь. Там они столкнулись со своей семьей. Мария, Радик и Машенька радостно улыбались, Дима крепко обнимал Алису, а она его.

– Что происходит? Я что-то ничего не понимаю, – сказал Сергей.

– Происходит то, что я выхожу замуж, – счастливым голосом ответила Алиса.

– А я женюсь, – добавил Дима.

Сергей удивленно хлопал глазами, глядя на смеющихся брата и дочь.

– Едем домой, и там всё объясним, – сказал Дима.

– Надо послать приглашение тёте Элеоноре, – сказала Алиса, увидев, что самолет выруливает на взлётную полосу. – Я так незаслуженно её обидела...

– Какое приглашение ты хочешь мне послать? – послышался вдруг рядом голос Элеоноры, и все увидели её вместе с Изабель. – Я не могла уехать, не узнав, что у вас здесь происходит. Так какое приглашение, Алиса?

– Приглашение на нашу с Димой свадьбу, тётя Элеонора, – сказала Алиса. – Вы простите меня за то, что я не поехала с вами?

– Конечно, – кивнула Элеонора, хотя и чуть разочарованно. – Я же видела, как тебе не хотелось уезжать... Но какая свадьба, Алиса? Тебе еще нет восемнадцати.

– Мне скоро семнадцать, – ответила Алиса. – А мама с папой не будут против, чтобы мы с Димой поженились.

– Но после свадьбы – свадебное путешествие – только в Париж, согласны? – предложила Элеонора.

– Да! – кивнула Алиса, и вопросительно взглянула на своего жениха.

– Конечно, – кивнул он.

– Когда свадьба? – спросил Сергей.

– В августе, – ответила Алиса, – после моего дня рождения.

– Мы с Изабель останемся здесь до свадьбы, если позволите, – сказала Элеонора.

– Оставайтесь хоть навсегда, – радостно согласилась Мария.

– Ура! Изабель останется с нами навсегда! – радостно воскликнул Алёшка, схватил девочку за руки, и они исполнили какой-то дикарский танец мумба-юмба.

– Навсегда, или нет, но еще на месяц мы останемся точно, – сказала Элеонора.

– По-моему, Маша, нам надо срочно отделывать комнаты на третьем этаже, – тихо сказал Сергей. – Скоро наша семья начнёт стремительно расти.

– Я тоже так думаю, – согласилась Мария.

ГЛАВА 3. РАДИК – ФИГУРИСТ

Январь – март 2001 г.

Мария сидела на трибуне крытого катка в Лужниках, где проходили международные соревнования по фигурному катанию за Кубок Интервидения, состоявшиеся в начале января две тысячи первого года в Москве. А на льду разминалась сильнейшая шестерка фигуристов-одиночников. И в этой шестерке – её четырнадцатилетний сын! Пусть это лишь первые взрослые соревнования, Радик сможет подняться и выше! Вот он, там, внизу, в элегантном белоснежном костюме с серебряным поясом. Сейчас, после короткой программы он занимает пятое место, но может быть... всё может быть...

Разминка закончилась. Уходя за кулисы, Радик поднял глаза на трибуну. Мария помахала рукой, и ободряюще улыбнулась: «Я с тобой, мой мальчик».

На лёд вызвали первого фигуриста сильнейшей шестерки. Зазвучала музыка, юноша начал танцевать.

«О, как Лёшка был бы рад видеть сейчас своего сына, – думала Мария, рассеянно следя глазами за спортсменом. – А, может, он и видит его моими глазами? Посмотри, каким стал наш сын. А как он похож на тебя, просто невероятно...»

Первый фигурист закончил программу. Мария поаплодировала ему, взглянула на электронное табло. Оценки были средней высоты. Спортсмен ушёл за кулисы с кислой миной на лице. Мария увидела Радика у бортика катка, ожидающего вызова.

«Боже мой, какой он бледный! – испугалась она. – Волнуется... Милый, не волнуйся, я буду волноваться вместо тебя».

Объявили выход Радика.

Мальчик вышел на лёд. Зазвучала музыка, и он начал танцевать. Мария наизусть знала все прыжки, вращения и дорожки шагов в танце Радика, и следила за их чередой, затаив дыхание. Вот аксель в два с половиной оборота, двойной флип, двойной лутц, ритбергер... тройной! Мария вскрикнула, когда ей показалось, что Радик задел рукой лёд при приземлении. Но по улыбке на лице сына поняла, что только показалось. Прыжок-шпагат и эффектная концовка: Радик встал на одно колено, протянув руку к трибуне. Случайно ли к той, где сидела Мария?

Она много раз видела произвольную программу сына, но сейчас на глаза набежали невольные слёзы, столько души было вложено Радиком в танец и особенно в концовку. Словно сквозь сон она услышала аплодисменты, но сама не могла аплодировать от волнения. Она встала, осторожно пробралась между рядами кресел, подошла к входу за кулисы, где стояли кресла для фигуристов и тренеров, ожидающих оценки.