Нелл Уайт-Смит – 150 моих трупов (страница 10)

– Мы будем решать каждую задачу, как только она станет понятна.

Он отдал мне краткий знак одобрения и вышел:

– Я буду неподалёку. Предупрежу в случае опасности.

Наступившую после этого тишину нарушали только рыдания той девушки. В ней, как и в Онваре, я легко узнал случайно оказавшегося здесь специалиста.

Прежде чем скрыться в вагоне, я бросил взгляд на поле боя. Остановившись пристально на каждом из погибших големов. Мне показалось в этот момент, что я испытывал к ним глубокую неподдельную благодарность. Она словно гнала меня от вагона прочь, к этим массивным механическим телам. Гнала необходимостью прикоснуться и попрощаться. Списав это странное стремление на травмы от оперирования, я поспешил вернуться в вагон, чтобы позаботиться о грузе.

Пока я решал, как поступить с Онваром, вернулась Инва. Она вручную втащила его внутрь вагона. Принесла мне инструменты. Вернула саркофаг в рюкзак. И, усевшись в углу, уснула.

Я своей работой ей не мешал. Сейчас следовало наладить автономную циркуляцию и насыщение ликры. Для этого входящие в груз тела надлежало связать в единую сеть. Пустить их общее ликрообращение через специальный портативный фильтр. Он автоматически определяет её состав и перемешивает признаки, способствуя насыщению за счёт собственных аккумулятивных ресурсов и энергии от камней. Такая автономная сеть способна к самостоятельному передвижению и способна питать до десятка механоидов. Называется машиной тел.

Сайхмар присоединился ко мне через час. О его ранении позаботился, по всей видимости, демон, и раз мой коллега остался доволен качеством помощи, то я не стал предлагать свою.

Всё время работы он что-то рассказывал, веселил меня. Я не понимал половины его лексем из-за своеобразного акцента. И я не понимал смысла его рассказа из-за странных слов и странного способа их сочетания. Но я улавливал общий настрой. Меня это действительно успокаивало.

Этот механоид неожиданным образом казался созвучным паровозам. Гибель близких отчего-то возвеличивала его. Не мерзко, нет. Это далеко отстояло от политических речей. Или от высокопарных поэтических излияний. Он просто становился как будто бы выше. И говорил, казалось, чуть добрее. За каждым его словом чудилось будущее. Будущее, куда уходят чинно и спокойно поезда. Каждому из них придёт час умереть. Это не могло не примирять с настоящим.

Морок от злоупотребления перчаткой держался довольно устойчиво. Я не допускал ошибок при работе с шитьём, но от необходимости одновременно с этим выполнять задачи механика сильно уставал. Мы сидели с Сайхмаром и собирали нужные для путешествия детали. Я всё больше слушал его. Оставлял ту часть работы, где следовало работать руками. Но пьянящая обманчивая лёгкость не оставляла. Так прошло ещё с полтора часа. Потом нас позвали из-за двери, ведшей в гермохранилище. Сайхмар, передвигаясь со странной для своей сутулости плавностью, подтянулся и умудрился открыть старый замок.

За порогом ждала та девушка, что плакала недавно так безутешно. Чуть успокоилась. Улыбнулась:

– Простите, может быть, вам нужно помочь?

Я отдал знак согласия и попросил доложить о её квалификации. Военная форма оказалась лишь стандартной одеждой. В отряде она выполняла функцию инженера, и, случись что с паровыми доспехами или транспортом, оказалась бы на подхвате.

Как я уже отмечал раньше, на отряде охраны экономили так же, как и на бригаде специалистов по плоти. Смышлёная девушка совсем не имела опыта пустошей. Ей сильно не хватало навыка взаимодействия с имеющимся материалом. С хламом, попросту говоря. Однако сейчас она, как и все мы, искала утешения в работе руками.

– Шат сказал, что мы пойдём пешком.

По всей видимости, она имела в виду того военного с винтовкой. Я не стал распространяться на счёт наших планов. Отдал знак согласия.

– До станции?

– Возможно, что нет. Мы осмотрели тела големов, – улыбнулась застенчиво девушка. – Я внимательно изучила ботинки. В них воды километров на сотню ходу. Значит, радиус их перемещений не больше тридцати километров. То есть рядом – источник воды…

– …Источник воды, – бодрым голом возвестил нам Хозяин Луны, когда несколькими часами позже мы собрались в его вагоне для утверждения плана действий, – здесь может быть только один – перехватывающая станция, куда я только что предлагал вам добраться. Теперь беру свои слова назад. Она старая и не нужна на этом отрезке пути. Кстати, тоже довоенная. Наверняка её считали спящей. Нужно думать, что бегуны очень осторожно сохраняли её внешний вид, поддерживали впечатление полного запустения, но… – Он улыбнулся каким-то своим мыслям и возвестил нам, словно подведя итог: – Внешность обманчива! И нам лучше в их лагерь не соваться.

– Значит, нам лучше начать движение, но обойти станцию стороной? – спросила девушка. Она, как могло бы показаться, проявляла наибольшую заинтересованность в нашем будущем маршруте.

– Да, молодая госпожа, думаю, что это так.

– Это слишком опасно для груза, – вступил я, выполняя этим инструкции Инвы. – Мы считаем, что безопаснее остаться здесь.

– Чего вы боитесь, а? – распевно спросил демон, опершись на стол так, чтобы прямо смотреть мне в глаза. От него пахло гарью. Костром. Риском.

– Пылевых бурь.

Демон расхохотался и начал сворачивать карты.

– Если это единственное препятствие, то будьте готовы уходить. Я проведу вас.

– Как?

Демон услышал мой вопрос. Ответил беззаботно. Снисходительно:

– Ты правда не понимаешь, кто я такой. Или мне не следует обращаться к тебе лично? Кто вы все в вашей бригаде? Есть уже признаки образования коллективного сознания? У тебя уже есть потребность, чтобы, обращаясь к тебе, я имел в виду одновременно и всех остальных?

Я оборвал его, вернув разговор в конструктивное русло:

– Бури.

– Бури. Конечно же. Молодая госпожа, – весело обратился он к нашему инженеру-механику, – вы знаете, зачем нужны звёзды?

Она стушевалась. Понятно, что для точного ответа на вопрос нужно обладать определённым образованием. Таким, какое никто из нас никогда не мог надеяться получить. Можно, конечно, дать более простой ответ. Но не слишком наивный. Иначе он прозвучал бы глупо. Пауза затянулась.

– Звёзды, – менторским голосом пропел мастер Луны, – нужны для того, чтобы ночью не стукнуться об угол кровати! – Молодая госпожа залилась краской, а демон продолжил: – В действительности среди той множественной функциональности, что заложена в звёздную систему вокруг мира, есть одна замечательная особенность. Она сейчас очень полезна нам. И очень важна для меня, как для демона. С помощью звёзд я слежу за миром. Я вижу его полностью. Каждый день и каждый час. – Он помолчал немного, давая нам время усвоить полученную информацию, и продолжил: – Благодаря им я вполне сносно составляю в голове метеорологическую карту. Я знаю о каждой буре до того, как она поднимется. Поэтому я вас проведу. Иди, однорукий, спеши к своей ячейке коллективного разума, говори, что они могут насыщать ботинки перед походом.

– Пыль.

– Пыль? – не понял моего замечания демон. Но мне на помощь сразу же подоспела юная особа:

– Я думаю, господин Риррит имел в виду то, что пыль в атмосфере, оставшаяся после терраформирования, может создавать шум при работе звёзд. И потом… – Девушка опять покраснела и продолжила несмело: – Даже если знать, где зарождаются бури, их фронт может оказаться таким активным, что знание не поможет нам уклониться.

– Нет. Такого не может случиться, молодая госпожа, потому что мы не пойдём вдоль дороги. Мы заложим крюк, приблизившись к Первородному Огню. Там, в Паровых Долинах, не бывает песчаных бурь. У нас нет иного выхода, и мы пойдём там. Потому что если останемся, то бегуны придут за вами. Отберут груз, камни. Убьют. Они старики, а старики никогда не оставляют свидетелей, иначе вся их будущая богатая чистая жизнь окажется под угрозой. В Низком Ветре нас ждут только послезавтра. Ещё двое суток вряд ли кто-то серьёзно спохватится, потом попытаются связаться с Талым, поймут, что связь оборвана, и отправятся сюда. Это ещё двое суток. А до бегунов – всего пятнадцать километров.

– Но… – задумалась девушка, – в Паровые Долины? Почему туда? Ведь путь напрямик короче.

– Вода, – коротко ответил я.

– Именно. Мы не пройдём всё расстояние до Низкого Ветра без воды. Нам предстоит долгий путь, почти триста километров. Это неделя в пути. У них, – он кивнул на меня, – груз в сто пятьдесят тел. Их нужно насыщать влагой, а у нас в запасе только котёл старого локомотива. Ещё прибавь сюда ботинки. Расход топлива и воды на них большой, а нам они нужны. Понадобятся ещё. Особенно если предстоит случиться беде.

– Внутреннее давление почвы в Паровых Долинах, – отвлёк демона от девушки я. – Его вы тоже можете видеть?

– С большой долей точности, – заверил Хозяин Луны и снова нам улыбнулся, – лучшего у вас всё равно нет. – И, сделав вид, будто пародирует меня, ответил коротко: – Вода.

Это слово действительно многое объясняло. Влияло на наши решения. Демон верно определил время ожидания спасателей. В Низком Ветре будут слишком долго ждать, а от Талого – слишком долго ехать. К тому же в Низком Ветре вовсе может не оказаться локомотивов.

Предположим, мы могли бы взять бегунов за скобки. Но природа вне городов неумолима. Если мы решимся ждать спасателей, то нам придётся поить груз. У нас есть запас на два дня. Мы везли его с собой. Ещё на два мы найдём в паровом котле и прочих личных запасах поезда. Но дальше… мы потеряем часть груза. Может – весь. Это недопустимо.