Нели Смирнова – Бессмертный в моем черном списке (страница 1)
Нели Смирнова
Бессмертный в моем черном списке
Глава 1. Менеджмент против магии, или Стажёр из преисподней
Раннее утро в заклинательском городке Циншуй всегда пахло одинаково: влажной бамбуковой росой, благовониями из соседнего ордена и легким шлейфом пережаренного тофу из соседней лавки.
Я с наслаждением вдохнула этот воздух, со скрипом распахивая тяжелые деревянные створки таверны «Пьяный глухарь». На мне было удобное, хоть и простое ханьфу цвета блеклой бирюзы, а волосы я привычно увязала в тугой узел на макушке, закрепив простой деревянной шпилькой. Никаких пафосных летящих лент — они только в соевый соус лезут, когда отчетность сводишь.
Я потянулась, собираясь перевернуть приветственную табличку, но мой взгляд упал на порог. И благостное утреннее настроение испарилось, как капля воды на раскаленном воке.
На свежевымытых, пахнущих можжевельником досках крыльца лежал мужчина. Точнее, он там живописно умирал. Роскошные, угольно-черные волосы разметались по дереву, а дорогие шелковые одежды цвета ночного неба были безжалостно изорваны. Вокруг его тела — явный признак неприятностей — клубилась зловещая, тяжелая фиолетово-черная дымка. * Демоническая ци * , чтоб её подняло и шлепнуло. На губах незнакомца запеклась кровь, но даже это не портило его породистое, словно высеченное из бледного нефрита лицо со слишком правильными чертами.
Почувствовав мое присутствие, парень с трудом приоткрыл длинные ресницы. Его глаза полыхнули пугающим, потусторонним багровым огнем. Он судорожно дернул точеной окровавленной рукой, пытаясь перехватить горло ближайшего живого существа — то есть мое, — хрипло выдохнул: — Я уничтожу... этот мир... и вас всех...
И красиво вырубился, уронив голову прямо на мой новенький, плетеный коврик, на который я вчера потратила целых три медных монеты. Коврик тут же окрасился бурым.
Я посмотрела на эту ходячую катастрофу, потом на пачкающийся ковер, затем в бледное утреннее небо и мысленно взвыла: «Да за что?! Я ведь просто хотела спокойно заработать свой миллион * лан * серебра, послать назойливую Систему к лешему и остаться в этом прекрасном мире до конца дней!»
А ведь как хорошо, как продуктивно всё развивалось ровно год назад...
В свой тридцать первый день рождения на Земле я работала ведущим кризис-менеджером в крупной торговой сети. Моя жизнь состояла из графиков, дебиторских задолженностей и криков чаек на планерках. Единственной отдушиной были китайские дорамы. Я фанатела от них до дрожи: длинные волосы, благородные господа, пафосные полеты на мечах и чаепития в беседках.
Три года я ждала выхода экранизации своей любимой новеллы «Летопись сожженных орденов». Три. Долгих. Года.
И вот, заварив себе огромный стакан колы со льдом и открыв пачку попкорна, я зашла на новостной портал и наткнулась на официальный пресс-релиз Главного управления по делам кинематографа и телерадиовещания КНР: * «Ввиду несоответствия новым стандартам цензуры, сериал "Летопись сожженных орденов" полностью запрещен к показу. Все исходные материалы и спецэффекты утилизированы». *
Утилизированы. Мои три года ожидания.
От такого святотатства и вселенской несправедливости сердце сжалось в тиски. Я сделала слишком резкий, судорожный вдох... Огромный карамельный попкорн полетел прямо в дыхательные пути. Попытка откашляться, темнота в глазах, глухой стук собственного тела о ламинат...
А в следующую секунду перед моим лицом, прямо в абсолютной пустоте, загорелось ядовито-зеленое неоновое табло. Прямо как в тех веб-новеллах, что я почитывала на досуге.
[ВНИМАНИЕ! Зафиксировано пересечение пространственно-временного контура. Приветствуем вас, тринадцатая попаданка в тело Юй Минся!][Краткая справка по предыдущим двенадцати кандидаткам: три насмерть отравились местными духовными грибами; две утонули в священном пруду ордена Цанцюн, пытаясь рассмотреть голых заклинателей; пять скончались от культурного шока и стыда; две были казнены за попытку обнять Главного Злодея во время его медитации].
Я нервно сглотнула несуществующую слюну. Список «предственниц» внушал тихий ужас. Тем временем Система выдала следующий блок текста:
[Ваша локация: мир сянься "Летопись сожженных орденов". Текущий статус: Хозяйка таверны "Пьяный глухарь".][Главная миссия: Заработать 1 000 000 лан серебра, чтобы активировать межмировой портал и вернуться в свой родной мир к ипотеке и годовым отчетам. Внимание: в случае банкротства таверны или вашей смерти портал закроется навсегда, и вы навечно останетесь в этом мире без права на перерождение!]
Система, очевидно, ждала от меня паники, депрессии или хотя бы слезных расспросов. Но я, зацепившись взглядом за строчку * «вы навечно останетесь в этом мире без права на перерождение» * , засияла так, словно мне только что выписали тринадцатую зарплату в тройном размере.
— То есть... если я * не * соберу этот чертов миллион для вашего портала, меня никто не потащит обратно в офис к девяти утра? — вслух уточнила я у мигающего табло. — Я смогу остаться здесь? В мире, где полно красивых длинноволосых мужиков, нет налоговой инспекции РФ и соевый соус стоит копейки?
[...Система обрабатывает запрос. Да. Вы останетесь здесь навсегда.]— Да это же не проклятие, это путевка в санаторий! — похохотала я. — Забиваем на портал. Но миллион я все равно заработаю. Стартовый капитал в этом мире мне точно не помешает, а таверна — отличный инструмент для стартапа!
Очнувшись в новом теле, я обнаружила себя за липкой барной стойкой захудалого заведения. Наследство мне досталось сомнительное: покосившиеся столы, долги по поставкам рисового вина и... призрак.
Полупрозрачная, светящаяся голубоватым светом фигура бывшего владельца — Старика Юй (в миру Юй Чжэня, чье имя иронично переводилось как «Справедливый гром») — парила прямо под потолком, гневно раздувая усы. Старик сообразил, что в теле его покойной дочери поселилась чужая душа, практически мгновенно.
— Ты не моя Мин-эр! — завывал он, пытаясь швырнуть в меня призрачной пиалой, которая пролетала сквозь мою голову, оставляя лишь легкий холодок. — Моя дочь была тихой, скромной девочкой! А ты... ты чудовище из заморских земель! Но помни, пришлая ведьма: если ты разоришь «Пьяного глухаря», я буду являться тебе в кошмарах каждую ночь! Я буду выть под твоей кроватью, пугать клиентов и портить соевый соус так, что всё пиво в бочках скиснет!
Я лениво отмахнулась от него гроссбухом. — Слышь, батя, угомонись. Твое «дело жизни» — это не бизнес, а убыточная черная дыра. Твоя тихая дочь чуть не умерла с голоду, потому что ты вел бухгалтерию на коленке. Сядь на балку и смотри, как работают профессионалы из XXI века.
Первым делом я устроила местному чиновнику из городской управы Циншуй такой аудит, какого эта древняя земля еще не видывала. Изучив старые свитки отца, я выяснила, что этот хитрый боров в шелковом халате обсчитывал старика Юя, завышая аренду за землю в три раза, пользуясь его неграмотностью.
Я надела свое самое строгое платье, взяла под мышку ведомости с перерасчетами за последние пять лет и заявилась в управу. Я замучила их канцелярию терминами вроде «амортизация имущества», «необоснованное обогащение» и «упущенная выгода». Когда главный чиновник попытался сослаться на «волю Небес», я пообещала дойти до Главы Карательного Дворца ближайшего праведного ордена и устроить проверку целевого расходования налогов с лавок. Чинуша побледнел, заикаясь, списал мне все долги по аренде на три года вперед и выдал официальную скидку, лишь бы эта «бешеная женщина из таверны» навсегда покинула его кабинет.
Старик Юй, наблюдавший за этим из-под потолка, впервые посмотрел на меня с благоговейным ужасом и больше портить соус не грозился.
Затем я перетряхнула меню. Паршивое, разбавленное рисовое вино, которое отец закупал у перекупщиков, я отправила в утиль. Вместо этого я съездила в дальнюю деревню виноделов и заключила с ними прямой контракт на поставки качественного * байцзю * .
В самой таверне я внедрила проверенные земные фишки. Ввела «счастливые часы» — после захода солнца, когда заклинатели низших рангов возвращались с ночной охоты на нечисть, они могли купить два кувшина вина по цене одного. К алкоголю я разработала специальное меню экстра-острых закусок с местным сычуаньским перцем — от них во рту полыхал пожар, и клиентам дико хотелось пить, из-за чего продажи напитков взлетели на 200%.
Даже названия блюд я переименовала в угоду дорамным трендам. Вместо «Жареной свинины с овощами» в меню красовался «Каприз Старейшины Белого Лотоса», а обычный суп из потрохов гордо именовался «Слезы Бессмертного по утерянной любви». Культиваторы — народ тщеславный, они валом повалили в «Пьяный глухарь», чтобы пафосно заказывать «Капризы» под хмельное вино.
А четыре месяца назад у меня появился идеальный маркетолог.
Возвращаясь из города с закупками, я наткнулась в бамбуковой роще на кучку малолетних учеников из светлого ордена. Они окружили ловушку, в которой билась раненая лиса с невероятным, огненно-рыжим мехом и... тремя хвостами. Мальчишки радостно обсуждали, как выгодно продадут шкурку * Хули-цзин * (лисицы-оборотня) на рынке.
Я, как опытная дорамщица, сразу смекнула, что такие лисы просто так в капканы не попадают. Набрав в легкие побольше воздуха, я выскочила из кустов с грозным видом: — Всем стоять! Главное финансовое управление ордена Цанцюн! Плановая проверка! Предъявите лицензию на отлов мифических существ на территории коммерческого сектора! По какому праву нарушаем указ Императора об охране редких видов фауны?!