Неизвестный автор – Сон в Нефритовом павильоне (страница 39)

Хун была добросовестной ученицей, и через несколько лун уже не осталось тайн, которых она не познала бы. Даос не скрывал восхищения:

– Да ты настоящий талант, не чета мне! С твоими знаниями ты уже непобедима. Осталось тебе освоить ратное искусство, – сказал даос, начиная учить Хун владению мечом. – Госпожа Сюй, супруга Сунь Цюаня, умела мечом рубить, но не умела владеть им. А госпожа Гунсунь Цяо, наоборот, умела мечом владеть, а рубить не умела. Я научу тебя тому и другому. Секреты владения мечом я перенял у Звездного воина. Взгляни на этот меч – он разит, как буря, может вызывать тучи и ливень, с ним тебе не страшны многие тысячи врагов. В сундуке у меня лежит еще один меч, парный этому. Имя этому двойному мечу – Лотосовый, он блистает, словно солнце и луна, сверкает, как звезда. Ударишь им по камню – камень расколется, ударишь по железу – железо разлетится на куски. Этот меч славнее знаменитых Лунцюаня, Тайэ, Ганьцзяна и Мосе. Я берег его только для себя, но дарю тебе! Бери это славное оружие, отныне оно твое!

Хун с благодарностью приняла от даоса заветный меч. Теперь ночи напролет они толковали об искусстве владения оружием. Днем Хун отправлялась вместе с Сунь Сань в горы и упражнялась в том, чему учил ее даос. Казалось, она даже забыла и о своем одиночестве, и о своей тоске.

Однажды глубокой ночью даос Белое Облако позвал к себе Хун и начал:

– У человека есть три пути: путь Конфуция, путь Будды и путь небожителей. Первый требует простоты и честности. Путь Будды и путь небожителей открываются через волшебство, хотя и их можно постигнуть без помощи магии. Если даос не приобщился к этим двум путям, он будет просто фокусником. Стоит глупца научить хотя бы началам магии, его уже не свернуть с неправильно выбранной дороги. Ты теперь знаешь основные приемы этой науки. Когда придет время, сумеешь ими воспользоваться. Ты от природы старательная и все схватываешь на лету, все понимаешь, как надо, – ничего не могу сказать. И все же будь осторожна: мало кто из людей знаком с тайнами магии, но сведущие в ней, ну, к примеру, познавшие тайну превращений, зачастую причиняют себе же вред!

Хун внимательно выслушала отеческие наставления учителя и ушла к себе. Несмотря на темноту, она заметила у двери какую-то женщину, которая, наверно, подслушивала ее беседу с учителем, а увидев Хун, быстро скрылась во мраке. Хун удивилась и рассказала о случившемся даосу. Тот посмеялся над ее опасениями:

– В здешних горах водятся бесы и оборотни. Скорей всего, ты видела одного из них. Хотя если это был человек и он подслушал наш разговор о «Своде заклинаний», тогда дело хуже, – как бы в будущем беды с тобой не случилось.

Однажды Хун с верной своей подругой отправилась поупражняться. Поработав некоторое время и почувствовав усталость, Хун положила меч на землю и поднялась на холм посмотреть окрест. Облака, плывущие над зелеными горами, цветы и кустарник в лучах яркого солнца, плакучие ивы у ворот обители напомнили милую ее сердцу родину. Слезы выступили у нее на глазах. Она повернулась к Сунь Сань.

– От рождения человек наделен семью страстями: радостью, печалью, гневом, весельем, любовью, ненавистью, желаниями. Они помогают сложиться памяти. Память же крепка, как скала, и ничто, даже железо, не может преградить ей дорогу. Мы с тобой обе из Цзяннани, и до сих пор в моей душе, в моих мыслях живут родные озера и холмы, зеленые терема… Это и есть память. Поэтому здешние горы и реки напоминают мне о покинутых друзьях, – задумчиво произнесла Хун.

Сунь Сань поняла, что подруга вспоминает о молодом Яне, и ей самой тоже стало грустно.

Вернувшись в обитель, Хун прилегла, но сон не шел к ней. И тут ее пригласил к себе даос Белое Облако.

– Тебе уже недолго осталось гостить у меня в горах, – промолвил он, – скоро ты отправишься на родину. Хочу, чтобы ты вспоминала меня добром.

Он вынул из сундука яшмовую флейту, проиграл несколько мелодий и принялся наставлять Хун:

– Ханьский воитель Чжан Цзы-фан когда-то сумел своей игрой на флейте в горах Цзиминшань рассеять войско страны Чу. Постарайся научиться как следует играть на этой флейте, – тебе это пригодится.

Знакомая с основами музыки, Хун быстро выучила все мелодии, которые наиграл ей учитель.

Даос был так доволен ее успехами, что подарил ей флейту со словами:

– Эта флейта – тоже одна из пары. Другим таким инструментом обладает Вэнь-чан. Береги флейту, не потеряй ее на своем нелегком пути домой.

Время шло, уже чуть не два года Хун жила в горах у отшельника. Как-то ночью, прогуливаясь с Хун перед домом и любуясь луной, даос поднял посох и указал на далекую звезду.

– Ты знаешь, что это за звезда?

Хун знала – учитель показывал на большую звезду в созвездии Пурпурного Дворца.

– Кажется, это Вэнь-чан.

Даос кивнул и показал посохом на южный склон неба.

– Видишь, Большая белая звезда затмила своим сияньем Южный Ковш – это на юге полыхает война. А Вэнь-чан ослепляет своим блеском, – значит надежно охраняет Нефритовый дворец, – потому скоро в Срединном царстве на семьдесят лет установится мир!

– Как же можно знать о мире, когда идет война? – удивилась Хун.

– Война сменяет мир, на смену злу приходит добро – таков закон чередования в жизни. Война скоро кончится!

Стояла глубокая ночь, когда Хун вошла к себе, легла и сразу же уснула. И увидела сон: она в чужих местах, все окутано зловещим мраком, свирепствует буря. Внезапно разъяренный зверь бросается на красивого юношу. Приглядевшись к нему, она узнает знакомое милое лицо – да это же Ян Чан-цюй. С мечом в руке она бросается на зверя и убивает его – крик радости рвется у нее из груди… И просыпается от слов Сунь Сань:

– Что это с вами, приснилось что-нибудь?

Хун открыла глаза: над ней участливо склонилась подруга. Хун успокоила ее, а сама задумалась: «С Яном приключилась беда, а я за тысячи ли от него. Нужно помочь ему, но как?» До рассвета не могла она найти места от беспокойства.

Утро началось с беседы о стратегии. Вдруг за воротами раздалось конское ржанье, в дом вбежал растерянный отрок и сообщил:

– К нам пожаловал князь варваров и просит принять его.

Даос взглянул на Хун, улыбнулся и пошел навстречу гостю. Это был Начжа, который дважды поклонился отшельнику и начал:

– Я много наслышан о вашей мудрости, учитель, но только сегодня я, ничтожный, вижу вас своими глазами.

– Зачем великому князю понадобился горный отшельник? – удивился даос.

Начжа поклонился еще два раза и продолжал:

– Минское войско захватило на юге пять наследственных моих владений. Помогите, учитель, вернуть их законному хозяину!

– Я стар, и все, что умею, – это созерцать красоту здешних гор и рек, – с улыбкой отозвался отшельник.

Начжа, не сдержавшись, зарыдал.

– Всем ведомо: в стране Юэ птицы садятся только на ветки, обращенные к югу, а кони в стране сюнну любят северный ветер. Учитель, вы ведь, как и я, – южанин, вы живете в южных землях и не можете желать нашему краю беды. Помогите, молю вас, вернуть владения.

– Хорошо, я подумаю, что можно сделать. А вы, князь, пока отдохните.

Обнадеженный Начжа удалился, а даос пригласил Хун, взял ее за руку и печально сказал:

– Вот и подошло время нашего расставания. Мы прожили рядом несколько лет, находя радость и утешение в беседах, ты стала моей ученицей, а я стал твоим учителем. Очень жаль мне разлучаться с тобой.

Хун в одно время и удивилась и обрадовалась. А даос продолжал:

– Открою тебе, что я вовсе не даос Белое Облако, которым ты меня знала. Я бодисатва Манджушри, меня послала на землю Авалокитешвара, чтобы я обучил тебя нашим знаниям. С сегодняшнего дня кончается для тебя пора невзгод и начинается пора удачи: скоро ты обретешь родину и благополучие. Однако не обольщайся чрезмерно. Все еще может быть в твоей жизни: война, болезни, страдания. Помни об этом и береги себя!

– Спасибо, учитель! – расплакалась Хун. – Но ведь я всего лишь слабая женщина и не смогу добраться домой, не зная дороги. Все то, чему я у вас научилась, мне в этом не подмога.

– Не беспокойся ни о чем, – улыбнулся учитель. – Ты не просто женщина, ты звездный дух, ты нареченная невеста Вэнь-чана, сошедшая с небес в мир людей. Ты еще встретишься с ним и вкусишь полное счастье – так судила тебе Авалокитешвара. Так оно и будет! Кстати, Начжа тоже не из мира людей, он дух звезды Небесный Волк. Как раз поэтому ты и должна помочь ему.

Дважды до земли поклонившись учителю, Хун, вся в слезах, проговорила:

– Сегодня мы расстанемся с вами – увидимся ли вновь?

– Встречи, разлуки не загадаешь наперед, – ответил Белое Облако. – У нас с тобой разные пути, но, может статься, лет через семьдесят мы и встретимся на небесах.

Учитель позвал Начжа и говорит ему:

– Сам я уже стар и слаб, но вам вернет ваши владения мой ученик, зовут его Хун Хунь-то.

Начжа поблагодарил и вышел, а Хун, плача, стала прощаться с учителем.

– Я уезжаю с Начжа, а потом отправляюсь на родину. Но как только смогу, обязательно приду к вам еще раз.

– Если даже это случится очень скоро, – улыбнулся отшельник, – ты все равно не застанешь меня здесь, я уже буду на Западе.

Хун продолжала плакать и никак не могла уйти. Учитель утешал ее и торопил – пора, время не ждет. Хун еще раз низко склонилась перед ним, потом простилась с Белым Облаком и в сопровождении верной Сунь Сань отправилась следом за Начжа.