Неизвестный автор – Сон в Нефритовом павильоне (страница 11)
Ян увидел ее и спрашивает:
– Тебя зовут Лотос и Яшма, значит, Лянь Юй, так ведь?
– Откуда вы и кто вам сказал мое имя? – улыбнулась девушка.
Ян кивнул в сторону двери и говорит:
– Хозяйка, наверно, дома?!
– Нет, вчера уехала в Сучжоу на пир и до сих пор не вернулась. Ее туда правитель Хуан пригласил.
– Я старый знакомый твоей госпожи. Жаль, что не застал ее. А когда она все-таки должна возвратиться?
– Сегодня обещала.
Ян покачал головой.
– Без хозяйки в дом входить нехорошо. Подожду ее в харчевне напротив. Когда она вернется, скажи ей обо мне.
Девушка попыталась удержать его.
– Раз уж вы возле дома стоите, зачем идти в харчевню? Моя комната хотя и недостойна вас, зато уютная. Побудьте в ней, отдохните, а там и госпожа пожалует.
Заколебался Ян: «Что подумают люди, если увидят, как я, юноша, вхожу в зеленый терем?!» Стегнул осла и на ходу крикнул:
– Вернусь, когда придет хозяйка.
И направился в ближайшую харчевню дожидаться возвращения Хун.
А та, усталая и разбитая, еле передвигая ноги, шла тем временем в Сучжоу. Наконец добрела до постоялого двора, где побывала первый раз ночью. Хозяин узнал ее.
– Э, да ведь это тот самый посыльный, что уже проходил здесь!
Хун через силу улыбнулась:
– Ну и память у вас – не забываете даже своих ночных гостей!
Хозяин в ответ:
– Вы спрашивали о благородном юноше – он прошел этой дорогой в Ханчжоу.
– А как он выглядел? – оживилась Хун.
– Дело было ночью, да и видел я его мельком. С ним мальчик и ослик. Одет бедно, но лицо умное и обращение достойное. Как же вы с ним разминулись?!
Чуть не заплакала Хун.
– Ночь была хоть глаз выколи, вот и не заметили один другого. А он в самом деле в Ханчжоу шел?
– Сказал так. Дороги он не знал и несколько раз меня переспросил. Видно, в этих краях впервые.
Задумалась Хун: «Ян шел ко мне. Значит, перехитрил Хуана. Придет в мой дом, а меня нет – обидится и уйдет! Что же делать?» Вдруг раздались крики: «Прочь с дороги! Прочь с дороги!» «Видно, важный чиновник едет!» – промелькнуло в голове гетеры. Посмотрела в щель в изгороди и видит – едет сам правитель Ханчжоу, господин Инь!
А правитель Инь всю ночь провел в Павильоне Умиротворенных Волн и видел, как пьянствовали и бесчинствовали Хуан и его гости, и очень не по душе ему было глядеть на все это. События же на пиру шли своим чередом! Правитель Хуан, проспавшись, узнал, что вслед за неизвестным юношей исчезла и девица Хун, разъярился и приказал изловить беглецов. Разделив своих слуг на два отряда, он приказал первому скакать по дороге в столицу, а второму – догнать и схватить Хун по дороге в Ханчжоу. Загалдели пьяные гости, угрожая расправой Яну и Хун. И тут правитель Инь вмешался.
– Почтенный правитель Хуан, милостью Неба мы с вами удостоились высокой должности наместников государя в славных округах. Вы знаете, что народ здесь мирный и приветливый, чиновники прилежные. Вот мы с вами всю ночь наслаждались стихами, вином и красотой девиц. Это позволено нам потому, что мы помогаем государю править страной. Но первый наш долг – поступать так, чтобы приносить пользу государству, а не вред. Сегодня нет человека в Сучжоу или Ханчжоу, который не знал бы о пире в Павильоне Умиротворенных Волн. Мы с вами – государственные люди! Что скажут, если проведают о вашей страсти к девице из зеленого терема? Что скажут, если узнают, что, позавидовав успеху неизвестного юнца, вы ему отомстили? Начнут ведь кричать: «Правители забросили службу, погрязли в кутежах да интригах!» Как тогда будем оправдываться? Гетера Хун ушла с пира, видимо, не без причин, но она живет в моей округе, и уладить неприятности с нею нетрудно. Однако Ян Чан-цюй – юноша благородного происхождения, он идет в столицу сдавать экзамен, и это дело другое. Он был гостем у вас на пиру, блеснул талантом и превзошел местных поэтов – честь ему и хвала! А вы отряжаете слуг в погоню за ним! Я думаю, что сие не по закону, и мне за вас стыдно.
– Да… вы правы… не подумал я… – залепетал Хуан и тут же приказал гостям разойтись по домам.
Те возмутились было, но правитель Инь прервал их ропот.
– Молодые люди должны думать об ученье, развивать свои таланты, брать пример с самых достойных. А вы ведете себя как бездельники и неучи. В науках я не силен, но знаю – народу нужен правитель, а ученикам – учитель. Если вы не извлекли для себя урока из моих слов, значит только розги вам помогут!
Правитель Инь собрался было уезжать, но Хуан упросил его зайти на минутку в управу, там принялся потчевать его вином, а потом и говорит:
– Вы уж не судите меня строго. Веря в ваше расположение, могу ли обратиться к вам с просьбой?
Правитель Инь в ответ:
– О чем речь? Не понимаю.
– Мне скоро тридцать, а у всякого мужчины в такие годы есть и жена, и наложница. Я не видел всех женщин мира, но убежден: такие, как Хун, рождаются раз в десять тысяч лет. Ее не с кем сравнить! Не могу завлечь ее – видно, Небо противится. В старину говаривали: «В любви нет богатырей и подвижников!» – и верно говаривали. Но может быть, вы, почтенный, поможете мне и уговорите Хун полюбить меня?
Правитель Инь улыбнулся.
– Пословица гласит: «Легче заполучить голову героя, чем душу простого смертного». Хун – гетера, но я не властен над ее сердцем. Я могу лишь не мешать ей полюбить вас.
Довольный Хуан угодливо осклабился.
– Благодарю вас! Правда, я не привык ждать удачи и спешу всегда добиваться своего. Задобрю Хун богатыми дарами – золотом, серебром, шелками, а в праздник пятой луны устрою на реке Цяньтан лодочные гонки. Хочу заранее пригласить вас. И Хун приглашу – отказаться она не посмеет. Отъеду с нею подальше – и никуда она от меня не денется!
Правитель Инь слушал Хуана рассеянно, кивнул на прощание и отбыл в Ханчжоу. Ближе к вечеру проезжал он мимо постоялого двора, на котором как раз в это время задержалась Хун, думавшая о том, как ей поступить дальше. Узнав правителя и повинуясь безотчетному порыву, она вышла на дорогу и поклонилась. Инь увидел перед собой посыльного и спрашивает:
– Ты кто такой?
– Гетера Хун из Ханчжоу.
– А почему ты в мужском платье и почему покинула пир?
Хун опустила голову.
– Я слышала, что при династии Чжоу восемьдесят лет нищенствовал Люй Шань, а Фу Юэ при династии Инь долго работал каменщиком и бедствовал. Ни тот ни другой не желали служить никчемным правителям и ждали прихода к власти: первый – Вэнь-вана, а второй – Тан-вана. Правитель Сучжоу тиранит людей, вот почему я ушла и ничуть не раскаиваюсь. А еще я слышала, что каждый, кто помогает ближнему и дает ему возможность отстаивать свою честь, уподобляется героям древности.
Инь озадаченно помолчал, а потом говорит:
– А ведь до Ханчжоу далеко, чего же ты стоишь на полпути?
– Я всю ночь шла, ноги сбила, идти дальше сил нет.
Инь улыбнулся.
– Вот видишь, ты сюда пешком дошла, а твой экипаж за тобою следом пустым катил. Садись в него да поезжай домой.
Хун поклонилась Иню, переоделась и последовала за правителем Ханчжоу. В центре города, перед тем как поехать в управу, он окликнул Хун:
– Правитель Хуан собирается устроить в пятую луну состязание лодок на реке Цяньтан и тебя пригласит на праздник – знай об этом!
Хун ничего не ответила, только потупилась. Правитель все понял и посоветовал ей ехать домой отдыхать. По дороге Хун все время думала о молодом Яне и глядела сквозь щель в занавеске, надеясь увидеть юношу. И вот возле харчевни у Южных ворот она заметила мальчика, чистившего осла, глянула в харчевню, а там сидит Ян Чан-цюй собственной персоной. Обрадовалась Хун, но про себя решила: «Здесь лучше не встречаться. Я знаю о его красоте и таланте, но не знаю, что у него на уме. И если уж я полюбила его навсегда, то зачем торопить события? Сначала постараюсь выведать о его отношении ко мне». И она проехала мимо. Из дома навстречу ей выбежала веселая Лянь Юй.
Хун вышла из экипажа.
– Меня никто не спрашивал?
Служанка в ответ:
– Спрашивал! Приходил юноша и сказал, что подождет до вашего возвращения в харчевне неподалеку.
– Невежливо оставлять гостя без внимания, даже если хозяйки нет. Быстро возьми вина и фруктов и отнеси все это юноше.
Лянь Юй улыбнулась и отправилась исполнять поручение.
А Ян вот уже полдня скучал в харчевне. Опустились на землю сумерки, зажглись первые звезды в небе, а он все ждал. Вдруг шум на дороге привлек его внимание. Ян спросил, кто это едет, ему ответили: местный правитель. У юноши появилась надежда: раз уж правитель вернулся с пира, значит и Хун скоро будет. Он крикнул мальчику, чтобы тот заканчивал свою работу. И тут появилась служанка с кувшином вина и фруктами на подносе. Ян узнал Лянь Юй и бросился к ней:
– Вернулась хозяйка?
Лянь Юй потупилась.
– Недавно приехал господин Инь, и я узнала, что госпожа Хун задержалась по просьбе правителя Хуана дней на пять-шесть.