Назарова Наталья – Возвращение магии (страница 1)
Возвращение магии
Глава1:Найденная лаборатория
Миллионы лет назад, когда Земля (тогда ещё известная как Гея) была юной и полной бурной энергии, в её глубинах покоилась «Атлантида-01» — передовая секретная лаборатория Древних.
Это был не просто научный центр, а сердце планеты, колыбель её биоразнообразия. В её недрах хранились Матрицы Жизни – генетические рецепты каждого существа, от микроба до доисторического гиганта. Рядом пылились чертежи антигравитационных кораблей, способных бороздить космос, и могучие Артефакты, одним прикосновением меняющие климат.
Но Гея, как всякий подросток, переживала свой «переходный возраст». Катастрофа была неизбежна. Тектонические плиты схлестнулись в грандиозной битве, вызвав каскад природных катаклизмов.
— Внимание! Обрыв якорных цепей! — вскричал внутри лаборатории Главный Бортовой Компьютер (Борис), его голос был необычайно для ИИ встревожен.
— Мы отчаливаем! Отчаливаем от дна! Полосатик, маленький, но проворный робот-смотритель, похожий на полосатый футбольный мяч с манипуляторами, приник к иллюминатору.
— Борис, мы плывем! Как огромная сияющая гирлянда, забытая после праздника! И она, кажется, кого-то пугает!
Полосатик наблюдал, как гигантские рыбы в панике разбегаются. Лаборатория, ярко освещенная внутренними огнями, оторвалась от дна и поддалась безумному танцу океанских течений. Она кувыркалась в волнах, пока не пришел Он — Великий Цунами.
Волна, вознесшаяся до небес, подхватила сверкающий шар «Атлантиды-01» и швырнула его с чудовищной силой. Лаборатория перелетела через прибрежные горы, пронеслась над дикими лесами и рухнула далеко-далеко, в самый центр бескрайних, дышащих болот Забытых Топей.
Те, кто выжил после катастрофы, искали её веками, но тщетно. Без её кодов эволюция Геи шла вслепую, теряя пути, обретая новые и порой причудливые формы.
Глава 2:Сон в торфяной колыбели
Шли тысячелетия. Гея менялась. Океаны отступали, горы поднимались, а на месте древних лесов и морей вырастали новые экосистемы. «Атлантида-01» лежала глубоко в болоте.
Кислотная среда торфяников медленно, но верно поглощала её внешний панцирь. Лианы и мхи оплели её, превратив в часть пейзажа — в странный округлый холм, из которого иногда пробивались слабые, еле заметные мерцания.
Внутри лаборатории царил глубокий «режим гибернации». Полосатик, чьи полоски потускнели до неразличимых оттенков, пробудился от долгого сна. Его линзы протерлись, но всё ещё работали.
— Борис, докладывай обстановку! — голос Полосатика был охрипшим, но решительным.
— Обстановка — «полное погружение», — отозвался Борис металлическим, почти замороженным голосом. — Мы находимся в точке с координатами… которых больше не существует. Энергия критически низка, почти на нуле. Артефакты покрылись слоем окаменевшей грязи. Коды существ заблокированы из-за коррозии. Вход запечатан, основной люк забит торфом. Похоже, мы стали частью местной геологии. — А наши передовые разработки? Лазерные скальпели? Синтезаторы еды? — спросил Полосатик, с трудом двигая манипуляторами.
— Все системы ждут активации, — вздохнул Борис
— Но есть проблема. Мы слишком глубоко. Наша антенна сломана. Попытки подать сигнал на поверхность бесполезны. Нас не найдут. Разве что… кто-то очень любопытный, ищущий что-то… необычное. Полосатик выглянул в микроскопическую щель, которую удалось пробить.
Он увидел лишь непроглядную толщу торфа, сквозь которую изредка просачивались пузырьки метана.
— Мы должны дождаться, — решил Полосатик.
— Если эти Коды, эти Артефакты попадут не в те руки… или лапы… или клешни… эволюция Геи может пойти по очень странному пути. Представь птеродактиля с реактивным двигателем или человека с хвостом!
— Это было бы… не совсем рационально, — заметил Борис.
Наши дни
И вот, спустя неисчислимые века, на краю Забытых Топей выросла небольшая деревенька.
Двое мальчиков, неразлучные друзья Ваня и Петя, часто бродили по болотам. Они были отчаянными исследователями, их карманы всегда были полны странных камешков, палочек и лягушек.
Однажды, в поисках особенно крупной клюквы, они наткнулись на очень странный, идеально круглый, но заросший мхом холм.
— Смотри, Вань! — прошептал Петя, его глаза горели любопытством.
— Кажется, это не просто холм. От него идёт какой-то… свет. Еле-еле.
Внутри «Атлантиды-01» Полосатик встрепенулся.
— Борис! Зафиксировано два… э-э… биологических объекта на поверхности! Высокий уровень любопытства! Уровень энергии крайне низок, но они… копают! Кажется, к нам пришли гости. Борис, впервые за миллионы лет, выдал не просто информацию, а подобие эмоции:
— Надеюсь, они не принесут с собой лопаты для торфа. А то у нас тут запасы порядочные.
Так началась новая глава. Мальчикам предстояло открыть не просто древний артефакт, а целое наследие, способное перевернуть их мир. А лаборатории предстояло пробудиться от своего долгого сна, чтобы снова стать сердцем эволюции.
Глава 3: Сокровища из-под торфа.
— Петь, блин! Наверное, это какое-нибудь древнее захоронение! — глаза Вани, худощавого и порывистого, загорелись алчным огнём.
— И там… там точно есть клад! Сокровища! Золото!Петя, более основательный и практичный, скептически покачал головой.
— Вань, это болото. Какое золото? Скорее всего, там просто старый пень или гнилые коряги.
— Да ну тебя! — отмахнулся Ваня.
— А свет? Ты видел это зелёное свечение? Это же магия! Завтра берём лопаты и будем копать! Вот здорово!
Мальчики, возбуждённые невероятной перспективой сокровищ, побежали домой, строя планы на завтрашний день.
Внутри «Атлантиды-01» Полосатик, наблюдавший за ними через оптический сенсор, поник.
— Они ушли, Борис. Я так и знал. Человеческая раса — существа непостоянные. Все эти «клады» и «сокровища»… Очередное разочарование. Всё, они больше не придут.
— Статистическая вероятность их возвращения составляет 12,7%, — хладнокровно доложил Борис.
— Учитывая их возраст и уровень энтузиазма.
Но Борис и Полосатик ошибались. На следующее утро, как только рассеялся утренний туман, Ваня и Петя, вооружённые двумя старыми, но крепкими лопатами, появились на горизонте.
— Смотри, как блестит! — Ваня ткнул лопатой в сторону холма.
— Это точно золото!
И они начали копать. Первый день они копали с азартом, представляя сундуки, полные монет. Второй день — с упрямством, уже не так весело, но с верой в чудо. К концу третьего дня мальчики были грязные, уставшие и разочарованные. Болото не хотело отдавать свои тайны. Лопаты вязли в липком торфе, корни деревьев мешали, а обещанного золота не было и в помине.
— Всё, Вань, — выдохнул Петя, тяжело опираясь на лопату.
— Я больше не могу. Это бесполезно. Никакого клада тут нет. Это просто холм. Давай пойдём домой.
Ваня, тоже весь в грязи, тяжело вздохнул. Его золотые мечты потускнели, как старая медь.
— Ну ладно… Идём. Но я был уверен…
Они уже собирались уходить, когда вдруг прямо из-под того места, где они копали, сквозь разворошенный торф пробилось странное, нежно-зелёное свечение. Оно было ярче, чем таинственные мерцания, что они видели до этого, и пульсировало, словно живое сердце.
— Петя! — вскрикнул Ваня, его усталость как рукой сняло.
— Ты видел?!
Петя выпучил глаза.
— Видел! Это что… это что, и вправду… магия?
Внутри «Атлантиды-01» Полосатик, который уже впал в режим «грустного ожидания», подскочил.
— Борис! Зафиксирован прорыв энергетического поля! Мальчики достигли нашей внешней оболочки! И они видели зелёное свечение!
— Подтверждаю, — отозвался Борис.
— Уровень внешней интриги достиг критической отметки. Рекомендую подготовить протокол первого контакта. И, Полосатик, постарайся не выглядеть слишком… старым.
Полосатик, слегка трясясь от волнения, попытался смахнуть невидимую пыль со своих полосок. Мальчики, забыв об усталости и золоте, вновь схватили лопаты. Теперь их влекло не просто сокровище, а нечто гораздо более загадочное и манящее — источник этого странного, живого света, скрытого в глубинах древнего болота. Что же за тайна покоилась там, под толщей торфа, ожидая своего пробуждения?
Глава 4: Трюфели и мокрые полотенца.
— Давай отдохнём, — тяжело дыша, предложил Ваня, вытирая лоб грязной ладонью, от чего стал похож на спецназовца в камуфляже.
— Завтра придём с новыми силами и посмотрим, что там так светится.Петя, оглядываясь на тропинку, ведущую к деревне, замялся: