Найо Марш – Смерть в театре «Дельфин» (страница 3)

– Вы кто? – спросил Перегрин. – Осторожнее. Там дыра. Не наступите мне на руки. Они в перчатках. Не наступите! Пожалуйста, помогите выбраться. И ответьте что-нибудь.

Перегрин задрал голову и уставился в луч света. Над его ладонями появились руки и вцепились ему в запястья. В тот же момент могучие плечи и голова в шляпе темным силуэтом заслонили свет. Лица было не разглядеть.

– Помогите немного, – Перегрин стучал зубами. – Только подтяните чуть-чуть, и я выберусь.

Голова исчезла. Руки изменили хватку. Наконец человек заговорил:

– Хорошо. Давайте.

Перегрин в последний раз дрыгнул ногами по-лягушачьи, его перетащили через край. Рухнув на сцену к ногам спасителя, он увидел прекрасные туфли, края отутюженных брюк и полы изящного пальто.

– Спасибо, – дрожа всем телом, пробормотал Перегрин. – Не могу выразить вам свою благодарность. Боже, как же я воняю!

Он поднялся на ноги.

Незнакомцу было лет шестьдесят. Безукоризненно одет, в котелке. Теперь удалось разглядеть его лицо – крайне бледное.

– Вы, наверное, мистер Перегрин Джей, – произнес человек ровным, строгим голосом.

– Да, я… я…

– Мне сказали в агентстве. Вам стоит принять ванну и переодеться. Моя машина снаружи.

– Как же я сяду в машину в таком состоянии? Прошу прощения, сэр, – ответил Перегрин. Зубы продолжали стучать, как кастаньеты. – Вы очень любезны, но…

– Подождите здесь. Впрочем, нет, ступайте ко входу в театр.

Повинуясь жесту, Перегрин прошел через боковую дверь со сцены в зал; незнакомец следовал сзади. В ботинках хлюпала и чавкала вонючая вода. Они миновали ложу и попали в фойе.

– Пожалуйста, подождите тут. Я быстро, – сказал спаситель.

Он вышел в портик, оставив дверь открытой. На Уорфингерс-лейн стоял «даймлер» с водителем. Пытаясь согреться, Перегрин начал подпрыгивать и размахивать руками. Вода брызнула во все стороны, над промокшей одеждой поднялись тучи пыли.

Спаситель вернулся, шофер нес за ним меховой коврик и тяжелый макинтош.

– Я предлагаю вам раздеться, надеть вот это и завернуться в коврик. – Незнакомец расставил руки, словно собрался обнять Перегрина. Он явно разрывался между отвращением и желанием помочь. И при этом чувствовал себя виноватым. – Позвольте мне…

– Сэр, я отвратителен.

– Прошу вас…

– Нет-нет. В самом деле.

Незнакомец отошел, сцепив руки за спиной. И руки эти, как с мутным изумлением понял Перегрин, дрожали. «Боже мой! А ведь уже утро вовсю. Надо поскорее из этого выпутываться, только вот как, черт…»

– Давайте помогу, сэр, – обратился к Перегрину шофер. – Вам холодно?

– Справлюсь. Мне бы помыться…

– Именно так. Бросьте вещи тут, сэр. Я ими займусь. Ботинки лучше наденьте, да? Пальто поможет, и коврик согреет. Готовы, сэр?

– Если бы поймать такси, я избавил бы вас от этого адского беспокойства.

Его спаситель вполоборота произнес через плечо:

– Умоляю вас, садитесь в машину.

Пораженный нелепой фразой, Перегрин замолчал.

Шофер подошел к автомобилю и открыл дверцу. Перегрин увидел, что на полу и заднем сиденье разложены газеты.

– Прошу, – сказал спаситель. – Я за вами.

Перегрин прошаркал через портик и прыгнул на заднее сиденье. Подкладка макинтоша липла к телу. Он обернулся ковриком и старался сжать дрожащие челюсти.

Над улицей пронесся мальчишеский голос:

– Эй, гляньте! Гляньте на этого парня!

Из переулка вышел сторож «Фиппс Броз» и уставился на машину. Двое прохожих остановились и принялись указывать на Перегрина.

Шофер запер двери театра, отнес промокшие вещи Перегрина на вытянутой руке в багажник авто и сел на шоферское сиденье. Через мгновение они уже ехали по Уорфингерс-лейн.

Спаситель не оборачивался и ничего не говорил. Перегрин чуть подождал и потом почти ровным голосом сказал:

– Я доставляю вам слишком много хлопот.

– Нет.

– Если… если бы вы были столь любезны высадить меня у театра «Единорог», я мог бы, полагаю…

Не поворачивая головы, человек произнес очень официально:

– Я действительно умоляю вас, позвольте мне… – он необъяснимо надолго замолчал и наконец громко продолжил: –…спасти вас. А именно – доставить вас ко мне домой и оказать всю необходимую помощь. В противном случае я буду очень огорчен. Чрезвычайно огорчен.

Тут он обернулся – Перегрин никогда прежде не видел такого странного выражения лица. А ведь это, подумал он, почти отчаяние.

– Я несу ответственность, – продолжал его странный спаситель. – Если вы не позволите мне компенсировать ущерб, я буду… буду чувствовать вину…

– Несете ответственность? Но…

– Не беспокойтесь, я живу недалеко. На Друри-плейс.

«Боже! – подумал Перегрин. – Место шикарное». Ему внезапно пришло в голову, что очевидное объяснение может оказаться ложным; а вдруг его спаситель – тихий сумасшедший, а шофер – его санитар?

– Честное слово, сэр, нет необходимости… – начал Перегрин.

Впереди произошел неслышный разговор.

– Разумеется, сэр. – Шофер остановился у агентства по недвижимости и нажал на клаксон. В окне появилось сердитое лицо клерка. Через мгновение он выскочил в дверь и подбежал к автомобилю со стороны пассажирского сиденья.

– Сэр, сэр, – подобострастно забормотал клерк. – Мне безмерно жаль, что такое случилось. Крайне прискорбно. Но я уже говорил вашему шоферу, сэр, я предупреждал клиента. – Только теперь он посмотрел на Перегрина. – Я вас предупреждал.

– Да, да, – согласился он. – Предупреждали.

– Благодарю. Я предупреждал…

– Довольно. Допущена вопиющая небрежность. Доброго утра. – Голос незнакомца так изменился, от него веяло таким жутким холодом, что Перегрин замер, а клерк отшатнулся, словно ужаленный.

Автомобиль тронулся. Заработала система отопления. К тому времени как они переехали через реку, Перегрин согрелся и начал дремать. Спаситель больше не говорил ничего. Бросив взгляд в боковое зеркальце со стороны пассажирского сиденья, Перегрин заметил, что его рассматривают – и, похоже, с крайним отвращением. Нет. Почти со страхом. Перегрин быстро отвел взгляд, но краем глаза заметил, как рука в перчатке поправила зеркальце.

«Ну что же, – смущенно подумал Перегрин, – я моложе и крупнее его. Полагаю, я в силах постоять за себя. Но как же все это хитро! Забери у человека одежду, и выставишь его на посмешище. Хорош я буду, если побегу по Парк-лейн в макинтоше и меховом коврике!

Они уже ехали по Парк-лейн и вскоре свернули к Друри-плейс. Автомобиль остановился. Шофер вышел и позвонил в дверь номера 7. Пока он возвращался к машине, дверь открылась, и появился лакей.

Спаситель Перегрина сказал довольно весело:

– Здесь совсем рядом. По ступенькам – и заходите.

Шофер открыл дверцу.

– Ну что, сэр? Готовы?

И действительно, ничего другого не оставалось. По тротуару шли трое безупречно одетых прохожих, мальчик-посыльный и затянутая в корсет дама с маленькой собачкой на руках.

Перегрин выбрался наружу, но не юркнул в дом, а вошел торжественно, как на сцене. Он степенно поднялся по ступенькам, оставляя грязные следы и держа меховой коврик, как мантию. Лакей отступил в сторону.

– Благодарю, – церемонно произнес Перегрин. – Я упал, как вы можете понять, в грязную воду.