Ная Геярова – Академия темного принца (страница 7)

Принц бровь приподнял, по лицу стало видно недовольство, что в разговор вмешалась служка.

Декан вжался в кресло, с ужасом глядя на Богдану.

– Так как? Выгнать наглых девиц? – поинтересовался тихо.

Принц молчал. Рассматривал меня. На Богдану больше и не глянул. Сделал глубокий вдох. Выдох. Положил руки на подлокотники кресла и медленно проговорил:

– Дайте им шанс, Гордилир. Сегодня напряженный день, не будем его омрачать глупыми выходками чужестранцев. Они еще научатся. – Помолчал. Посмотрел на меня убийственно. – Надеюсь. А если нет – выгоним под громкие фанфары. Я лично их выпровожу за пределы не только академии, но и ДарРиса. – Принц приложил пальцы к вискам и помассировал их. – И не тяните, уважаемый декан ВасХасс. Примите документы, что там еще, и давайте уже начнем наше дело.

Декан торопливо махнул нам.

– Документы положите на стол. Я распоряжусь, Зарнина назначит вам комнату. Расписание и книги вам доставят хранители академии. По всем вопросам… – помолчал значительно. – В академический секретариат!

Мы понимающе кивнули.

Я торопливо кинулась, оставила документы на столе декана и выскочила вместе с Богданой из кабинета.

Секретарь, увидев нас, приподнялась.

– Приняли?

Я кивнула. Девушка покосилась на Сойку. На зеленом лице обозначилась победоносная улыбка.

– Так их! А то взяли моду мурыжить абитуриентов. Вы знаете, по сколько они ждут? Иногда только на следующий год выходит поступить! Если честно, – секретарша заговорщицки посмотрела по сторонам, – здесь настоящий ад творится. Хорошо, что у вас, – с уважением глянула на Богдану, – такая пробивная служка. А то… – махнула рукой. – Меня зовут Зарнина. И вот что я вам скажу: вы, главное, никому здесь не доверяйте. Смерила меня взглядом. – Особенно женскому полу. У нас каждая студентка спит и видит себя невестой одного из принцев. А такая, как вы… Да и служка у вас слишком уж вызывающе привлекательная. Ох!

И это было так выразительно сказано, что мы с Богданой разом поняли. Трудно нам будет.

Глава 4. Где здесь профсоюз?

– Вот нам и апартаменты! – обводя комнату унылым взглядом, произнесла Богдана.

– Может, у них принято абитуриентам самим все в порядок приводить? – с сомнением проговорила я.

А приводить нужно было бы долго! Тряпками, скребками, хорошо бы с моющими средствами и машинкой–автоматом под боком.

Стены пыльные, невесть какого цвета. На них пальцем писать можно. Парочка кроватей с жуткими матрацами без постельного и подушек. Стол, который не протирали лет двести. Окошко, хоть и большое, но готически затянутое паутиной. Давно выцветшие шторы.

– Любопытно, здесь всех студентов так встречают, или нам повезло? – Богдана поморщилась.

– И кубатура маловата, – с тоской подметила я. – Ночью не помещусь!

– Интересно, – Богдана прошлась по комнате, заглядывая в пыльные шкафы. – Здесь профсоюз есть? Нужно пожаловаться!

– Профсоюз! – раздалось испуганное от стены. И из нее нарисовался мохнатый пятачок, потом пугающе белые глаза с потусторонним взглядом, следом поросячья морда. Вся в шерсти, с желтыми клыками, выпирающими из–под пухлой губы.

Мы с Сойку взвизгнули и шарахнулись к самой пыльной стене. Тут же обе зачихали.

– Никакого профсоюза! – Морда полностью вышла в комнату. Туша, больше похожая на медведя, с длинным заостряющимся хвостом. Монстр слегка витал в воздухе, молитвенно сложив лапы с когтями. – Зачем профсоюз, а, красавицы? Ну, бывает… – начал, заискивающе глядя на наши пораженные лица. – Забыл. Замотался. Вы знаете, сколько у меня абитуриентов на счету? За всеми проследи, учебники и принадлежности принеси, расписание составь, так еще и комнаты приготовь, – совсем плаксиво последнее сказал. И моргнул расстроенно.

– Так, значит, грязь в нашей комнате ваших рук… э–э–э… лап… недодел? – нахмурилась Богдана и начала решительно наступать на монстра, уперев руки в боки. Глаза цыганские сузила, смотря на начавшее пятиться чудовище. – Точно, нужно на вас в профсоюз нажаловаться!

Монстр упал на колени, вжал голову в плечи.

– Не надо! – проговорил тоскливо.

– Надо! – назидательно ткнув в рыльце несчастного пальцем, провозгласила Богдана.

– Не надо! – Монстр начал протирать лапами пол вокруг себя. – Я все сделаю!

– Ха! – оскалилась довольная преподавательница Сойку. – И все? А кто будет нам моральный вред оплачивать?

Монстр возвел на Богдану глазенки и несколько раз хлопнул ими непонимающе. Но, видимо, что–то в лице Сойку его испугало. Он икнул.

– Хотите, я… Я вам кубометры увеличу? Я слышал… Вам надо!

Слышал? Я в панике на месте подскочила и бросилась к чудовищу.

– Что ты еще слышал?

Монстр плечами пожал.

– Комнатка для вас маленькая. Вы, видимо, у себя дома к апартаментам привыкли. А тут…

Я облегченно выдохнула.

– Именно. Нам и правда не мешало бы комнатку побольше.

– Будет сделано! – счастливо оскалился монстр. – Вы немного погуляйте, познакомьтесь с академией. А я все устрою! Площадь раздвину, отдельную купальню вам определю и шкафы не эти древне–исторические, а ныне модные купе сделаю!

Богдана просияла.

– Вот и чудно! Не забудь тогда уж и постельное!

– Так точно! Усе будет! – радостно от столь малых жертв отрапортовало чудовище.

Богдана взяла меня за руку.

– Идем… те, лейя Зения!

Мы уже дошли до двери, когда я повернулась.

– А тебя–то как звать, волшебник нашей комнаты?

Монстр насторожился.

– Я волшебник? – Приосанился. – Спасибо! – Но тут же остренькие уши, все последнее время прижатые к голове, настороженно приподнялись. – А вам зачем мое имя?

– Как зачем? – язвительно улыбнулась Богдана. – Чтобы знать, на кого, если что, в профсоюзе жаловаться.

Взгляд монстра стал испуганным.

– Не надо жаловаться, я все сделаю!

Я дернула Богдану за рукав. Чего издеваться над очень даже милым монстром?

– Никуда мы жаловаться не будем. А имя – чтобы знать, как к тебе обращаться.

– Меня тридцатым называют! – Он уставился в пол.

– Но это же не имя! – возмутилась я.

– Я по рангу тридцатый хранитель в академии.

Богдана брови приподняла.

– А сколько их всего?

– Тридцать, – совсем уныло сказало чудовище.

– Вон оно как! – выдохнула Сойку. – То есть нам особенно подфартило, у нас самый…

– Низший из хранителей, – вытер нос монстр. И очень тоскливо посмотрел на нас исподлобья. – Теперь вы от меня откажетесь, да? Кому такой нужен! – шмыгнул носом. – От меня все порученные девяносто девять студентов отказались, кроме вас. Но сейчас и вы откажетесь, и… меня разжалуют…

– Что значит – разжалуют? – все–таки решила уточнить я.

– Отправят к праотцам! – выдохнул несчастный монстр.

Мы с Богданой переглянулись. И я уверенно выдвинула: