Navuhodonosr – Блич. Меч - это я (страница 51)

— Это приказ, лейтенант, — всё так же спокойно говорит тот. — Я увидел достаточно, в продолжении боя нет необходимости. Этот молодой человек использует технику подчинения и определённо обладает духовной силой шинигами — я это чувствую. Кому-то твоего уровня не победить его, находясь под воздействием подавляющей печати.

Оу! А вот это было жёстко. Этими словами Бьякуя только что ударил своего лейтенанта в десятки раз сильнее, чем я своей битой.

Но он полностью прав. Хотя я ещё ни разу не скрещивал оружие с ним, я уже сейчас могу сказать, что Бьякуя находится на совершенно другом уровне по сравнению с Ренджи и Рукией. Мелкая Кучики иногда показывает неплохой уровень — например, вчера под конец боя, — но в остальное время её реацу не впечатляет. Зыбкая, невесомая, как рябь на воде, — она всё ещё подавляет свою силу колебаниями и сомнениями. Вот и сейчас стоило ей столкнуться с братом и старым другом, и духовная энергия девушки-шинигами задрожала, словно осиновый лист.

Ренджи — полная противоположность Рукии в этом плане. Его реацу бурная, агрессивная, как и его характер. Подобные эмоции делают его более эффективным бойцом, нежели его подруга детства, но я бы не сказал, что в чистой силе он заметно её опережает.

А вот Бьякуя — совсем другое дело. Его реацу незыблема и спокойна, но при этом вызывает ощущение… как бы это сказать… солидности. В нём чувствуются настоящие сила и уверенность. Как по количеству духовной энергии, так и по эффективности мышления он значительно превосходит своих сестру и лейтенанта.

— Раз угрозы пустых больше нет и барьер между мирами полностью стабилен, мы оставляем дальнейшее наблюдение за городом на ответственного шинигами, — тем временем озвучивает своё решение капитан, недвусмысленно глядя на сестру.

— Поняла, — чуть ли не козырнула та.

— Что же касается тебя, — он снова посмотрел на меня, — я доложу обо всём, что узнал, и твою судьбу решит Совет. Пусть всё будет согласно закону.

— Не помню, чтобы обязывался следовать законам вашего мира, — хмуро отвечаю ему.

На это Кучики не стал ничего говорить и просто молча развернулся. Скрипящий зубами от злости Ренджи, бросив угрожающее «мы ещё не закончили», последовал за ним, роняя кровавые слюни из разбитой губы.

М-да… как-то странно всё вышло. Сначала мы вроде как нашли общий язык, потом подрались, а в конце… в конце вообще хер пойми что вышло.

И всё же радует, что Айзен не решил, что мне пора уже схлестнуться в бою с капитаном… Уж он-то, если бы захотел, точно придумал какую-нибудь пакость, из-за которой нам пришлось бы сражаться. Но вопрос в другом: кто, если не они? Чего теперь мне следует ожидать?

Глава 45

И вот мы с Рукией остались одни — если не считать рабочих, продолжавших устранять последствия ночного сражения.

— Приятные у тебя друзья, — хмыкнул я, решив первым завязать разговор с девушкой. — И родственнички, — я бы ещё сказал, что семью не выбирают, но в её случае…

Ответом мне был хмурый взгляд, но… на удивление, как-то возражать и спорить она не стала, хотя наверняка уловила ироничность высказывания. А ведь это даже близко не тот уровень дичи, что сотворил бы Ренджи при повторении ситуации с ритуалом передачи сил.

— Ренджи всегда был немного… — она замялась на секунду.

— Придурком? — предлагаю я, пока она подбирает нужное слово.

— Вспыльчивым, — поправляет меня девушка.

— Да ладно, какое знакомство без хорошего мордобоя?.. — усмехаюсь я, поймав её взгляд. — Так ведь у вас принято?..

— Не совсем… — слегка замялась девушка.

Мы снова помолчали, разговор, так сказать, не клеился.

— То, что ты сказал… — первой нарушила молчание Рукия. — Насчёт занпакто и прочего. Правда?

— Ни словом не соврал, — тут же отвечаю. — Я получил асаучи в ту ночь, когда мы познакомились. Урахара передал мне посылку сразу после того, как я принёс тебя в его магазин для лечения. Но сам он выступил лишь посредником. Если хочешь, я могу рассказать тебе больше, но тебе ведь и так уже пришлось недоговаривать… Не хочу ставить тебя в ещё более сложную ситуацию.

— Вот как… — медленно протянула шинигами, обдумывая мои слова. — Стой! — внезапно осознала она. — Как это получил асаучи в ту ночь? Это ведь было совсем недавно! Когда ты успел достичь шикая?!

— Утром того же дня, — отвечаю, снова повергая мелкую в шок.

— В это… — протянула она. — Тяжело поверить.

На что я только пожал плечами. Ожидаемая реакция — если даже отец с Урахарой были удивлены столь стремительным прогрессом, чего ожидать от куда менее талантливой и опытной Рукии? Хотя талант Рукии — всё-таки тема для отдельного разговора.

Мы ещё поболтали немного о случившемся прошлой ночью, но ничего важного или нового Рукия рассказать мне не могла, как и я не мог объяснить свои знания о невидимом кукловоде. Так что разговор этот вышел не слишком содержательным.

На удивление, следующие несколько дней прошли в полнейшем спокойствии. Вечером Рукия получила через адскую бабочку приказ оставаться в Каракуре и следить за ситуацией (и, скорее всего, за мной лично, но это осталось недосказанным), но при этом никаких разъяснений относительно решений начальства касательно меня. В Каракуре стало настолько спокойно, что даже рядовые пустые перестали заглядывать на огонёк — что, впрочем, вполне ожидаемо после использования приманки.

Сейчас всё зависит от того, что предпримут Урахара и Айзен. Столкновение с адьюкасами почти раскрыло первого перед Сообществом Душ, и, если так подумать, возможно, это и было планом Айзена. Вместо того чтобы выкуривать Киске своими руками или силами подчинённых пустых, — он ведь уже давно начал собирать Эспаду, хотя и состав её пока неполный, — он может просто натравить на опального учёного его бывших коллег. Сам же Киске будет вынужден под всем этим давлением принять сложное решение — что делать с Хоугиоку?

Сложно…

Была ли идея с отнимающим духовную силу гигаем спонтанной? Сомневаюсь. Не мог же Урахара состряпать столь сложную и уникальную штуку за пару часов. Скорее всего, этот гигай уже давно хранится где-то в его подвале, и именно внутри него спрятан камешек, дожидаясь, пока Киске найдёт подходящую душу. Является ли Рукия особенной, идеальной кандидаткой для его плана? Или обязательно нужна душа, лишившаяся духовной силы?.. Вопросы, вопросы, вопросы… и никаких ответов.

Мы с ребятами продолжали ходить в школу и тренировать наши навыки, точно так же, как делали это ранее. Только теперь это были не базовые навыки подчинения, а попытки развить и понять свои новообретённые способности.

Лучше всего это получалось у Орихиме. Её микрочелики буквально сами обо всём ей рассказывали, и девушке оставалось только следовать их указаниям. А вот у Чада и Тацки не было подобного путеводителя по собственным способностям. Им обоим приходилось полагаться на мои советы и собственную интуицию. При этом, в отличие от Чада, Арисава даже не знала имя своей способности… а трансформация, которую претерпевало её тело, вызывала у меня ассоциации с пустофикацией, хотя и очевидно ею не являлась. Впрочем, Тацки всё-таки сумела, хотя и с большим трудом, освоить базовый свет подчинения и научилась подчинять воздух… то есть она всё-таки одна из нас, хотя и со своими странностями. Но кто тут без странностей?

Помимо занятий с ребятами, сам я тоже продолжал регулярные тренировки с Зангецу во внутреннем мире. Точнее, именно эти сражения во внутреннем мире были основой моего прогресса. Я медитировал по два раза в день: утром, перед школой, просыпаясь за час-полтора до завтрака, и вечером, иногда по четыре-пять часов кряду. При этом на вечернюю тренировку уходил подальше от города, потому что именно в это время я выкладывался по максимуму. А тот случай с первой активацией шикая научил меня быть осторожнее — не хотелось бы устроить выброс реацу у себя в комнате.

В последнее время мы работали над тем, чтобы улучшить контроль над типом и свойствами высвобождаемой в бою реацу. В том сражении с адьюкасами я осознал, что мне уже доступна реацу пустого. Но самостоятельно управлять ею я пока не мог. Но я ведь не баран, чтобы биться об эту стену в одиночку, когда у меня есть идеальный помощник и учитель в виде собственного занпакто. Да, он бывает вспыльчив, а его уроки болезненны, но это лишь потому, что он знает, на что я способен, и оттого предъявляет соответствующие требования. Отрицать эффективность его подхода невозможно. Мне же остаётся только стиснуть зубы и стараться поспевать за заданным темпом обучения, чтобы быть во всеоружии, когда придёт время.

(Зангецу во время этих тренировок. Только меч в шикае и шихакушо тоже стандартное)

И, наконец, это случилось. Под давлением очередного серо Зангецу я впервые смог сделать это. Использовать эту агрессивную духовную силу для того, чтобы сформировать легендарную маску.

Реацу пустого, которая секунду назад казалась мне совершенно неуправляемой и чуждой, вдруг изменила своё поведение — или, если точнее, изменился я сам.

Зарычав то ли от ярости, то ли от восторга, я выставил навстречу потоку ревущей энергии раскрытую ладонь и ответил противнику тем же. Что за пьянящее чувство! Выпустить всю накопленную ярость и злость в одном ударе, выплеснуть эмоции в реацу и обрушить их на врага.