Наташа Шторм – Игра без правил. Часть 1. Да разорвутся небеса (страница 8)
Я кое-как оделась и вышла в коридор. Что ж, перспектива вырваться из этих стен казалась заманчивой. Но куда я попаду? Оказавшись в комнате, нашла спортивную сумку и сложила в неё скудные пожитки, а сверху альбом с шестнадцатью уцелевшими фотокарточками.
Глава 6
Я перелистывала прозрачные целлофановые страницы, чувствуя себя преступницей. Имела ли я право вторгаться в чужой мир, в счастливый мир? С каждого снимка на меня смотрела улыбчивая темноволосая девушка, удивительно похожая на меня, полная жизни и надежд. Мы отличались только тем, что незнакомка была брюнеткой с карими глазами, и эти глаза лучились радостью. А вот мои… Мои давно потухли и потеряли озорной блеск. Чужое счастье казалось таким заразительным, что я невольно улыбнулась. Вот она с симпатичным парнем на мощном мотоцикле. Вот та же парочка совершает умопомрачительный спуск на лыжах, а вот они же, но на море. Наверное, где-то за границей. Ужин в ресторане, прогулка по ночному городу. Да, моя загадочная двойняшка выглядела влюбленной и беззаботной. А я? Как выглядела я в то время, когда думала, что встретила свою вторую половинку? Из груди вырвался тяжёлый вздох. Нет, не думать, не вспоминать, никогда! Между последними страницами заметила свёрнутый вдвое листок в клетку. Замявшись, всё же развернула и прочитала:
Кира! Значит, так зовут хозяйку комнаты, и величественному старику она приходится дочерью? Из письма я поняла, что девушка покинула эти стены под давлением каких-то обстоятельств. Так где она сейчас? И зачем меня поселили в её спальне, заставили носить её одежду, смотреть подборку её фильмов и слушать музыку, которая нравилась ей? Кира не хотела становиться винтиком в какой-то машине, игроком без правил. Моё сердце сжалось. Игрок без правил. Именно им я и была.
─ Ты готова?
Ранним утром я стояла на ступенях детского дома, зябко кутаясь в тоненькую курточку. Мужчина подошёл ближе и взял мою сумку.
─ Можешь называть меня Игорь или просто наставник.
На Игоря мужик не тянул, точнее перетягивал. Он показался мне старым, лет сорока, с заметными залысинами и морщинками на лбу. Впрочем, это не имело особого значения.
─ А меня зовут Ника.
─ Ника Ракитина. Я знал твоего отца. Не думал, что он решится испробовать свою методику на собственных детях.
У меня перехватило дыхание. Про какую методику говорил этот странный человек? Отец ставил опыты, но над животными. Причём тут мы с Дениской?
Я шла за Игорем по искорёженным плиткам двора, ощущая спиной десятки колючих взглядов. Что думали обо мне воспитанники в тот момент? Естественно, все решили, что меня увозят на бои или в публичный дом, где богатые дяденьки интересовались несовершеннолетними куколками. Я знала таких красоток. Правда, учились они в выпускном классе. А это означало, что скоро девочки покинут интернат. В голове не укладывалось, что многим не терпелось занять их место. Косметика, дорогие шмотки, рассказы в душе о красивой сытой жизни возбуждали и развращали юные мозги. Зачем учиться и вкалывать, если можно получить всё и сразу? А я хотела найти Дениса и поступить в институт.
Игорь открыл дверь, пропуская в просторный салон огромного автомобиля.
─ Скажи, Ника, ─ он завёл мотор, ─ с какого возраста твой отец начал заниматься с тобой спортом?
Я смотрела в окно и радовалась тому, что покидаю это гнездо порока и отчаяния.
─ Заниматься? Я не помню. Мне кажется, я всегда бегала, прыгала и плавала. У нас в доме был большой спортивный зал, а совсем рядом находился стадион.
─ А твой брат?
Я задумалась.
─ Дениса стали тренировать ещё в колыбели. В шесть месяцев он мог плавать под водой и подтягивал тельце вверх, цепляясь за перекладины в кроватке.
Игорь покачал головой.
─ Как жаль, что все записи твоего отца сгорели.
Меня просто передёрнуло от подобного цинизма. Погибли люди, талантливые учёные, дети остались сиротами, а этого человека интересовали только бумаги.
Мы выехали за город и помчались по трассе. Неизвестность пугала.
─ Куда мы едем?
Игорь улыбнулся и бросил на меня быстрый взгляд.
─ В интернат со спортивным уклоном.
Да уж! Знаем мы все эти уклоны!
─ И я буду драться за деньги?
Мой новый наставник пожал плечами.
─ За деньги? Нет! Ты будешь драться за очень большие деньги, если захочешь. Но у меня имеются другие планы.
Я сжалась на сидении, но честность незнакомого мужчины подкупала.
─ А если я откажусь и попрошу меня вернуть назад?
Игорь вытянул руку и включил музыку.
─ Не откажешься. Ты же не дура. Я помогу найти твоего брата. А, окончив школу, ты сможешь катиться на все четыре стороны. Но на твоём счету к тому времени появится кругленькая сумма. Во всяком случае, на квартиру хватит.
─ Или на врачей.
Игорь съехал на обочину и затормозил. Повернувшись ко мне, он посмотрел прямо в глаза.
─ Ника! Тебе не придётся тратиться на врачей. То, что происходит в Детских домах, незаконно и негуманно. Но практически везде, в глубинке, несовершеннолетними торгуют. Кого-то толкают на панель, кого-то на бои. И, поверь, это ещё не самое худшее.
─ Не самое? А что хуже? Продажа на органы?
Мой сопровождающий замолчал и отвернулся.
─ Да, то, чем занимаемся мы, тоже незаконно и негуманно. И мне это не нравится, но выбора я был лишён, как и ты.
Тронул! Просто до глубины души. Подумаешь, какое благородство!
─ Выбор есть всегда. Скажите, Игорь, а совесть Вас по ночам не мучает?
Мужчина вновь взглянул на меня.
─ Мы выращиваем чемпионов. Поверь, лично ты не пострадаешь.
Машина заревела и двинулась дальше по трассе.
Я всё ещё лежала на кровати, тупо уставясь в потолок. Это было так давно, семь лет назад, но воспоминания периодически накрывали ледяной волной, словно всё произошло вчера. Спрятав свои трофеи под подушкой, я завернулась в мягкий плед и уже собралась уснуть, как в дверь постучали.
Анастасия Романовна появилась в спальне с подносом в руках.
─ Хозяин вернулся. Подкрепись, девочка, ты пропустила завтрак, и спускайся на второй этаж.
Пришлось подняться и проглотить два бутерброда с сыром. Аппетита не было совсем, несмотря на длительные тренировки. Организм требовал свежего воздуха, но прогулок меня лишили. От кофе я отказалась давно, и экономка готовила по утрам свежевыжатый сок. Сегодня я получила яблочный. Промокнув рот салфеткой, осмотрела себя в зеркале, поправила непослушные кудряшки, совершенно не желавшие виться аккуратными локонами, и, тяжело вздохнув, спустилась на второй этаж.
Домоправительница стояла у дубовой двери, бесстрастная, как всегда. Она постучала и распахнула передо мной створку. Сказать, что я нервничала? Нет. Ожидание угнетало, вгоняло в депрессию. Теперь хоть что-то прояснится. Я радовалась уже этому.
Кабинет хозяина был заставлен антикварной мебелью, идеально отреставрированной. Но о возрасте стола и кресел, этажерок и секретера говорили едва заметные трещины и потёртости ─ безмолвные свидетели ушедших веков. Сергей Николаевич сидел у окна и курил трубку, выпуская в воздух аккуратные колечки дыма.
Я сделала два шага и застыла на месте. Ужас сковал по рукам и ногам. В высоком кресле у старинного комода расположился тот, кого я меньше всего хотела видеть. Тень моего прошлого возникла во плоти. Мысленно перекрестившись, я подошла к столу и вцепилась пальцами в отполированный край. К горлу подступила тошнота. Предчувствия не обманули. Мне снова придётся драться.
─ Добрый день, Ника! ─ Игорь поднялся и распахнул свои объятья. ─ Чего так побледнела? Или не рада встречи со старым другом?
Побледнела? Я чувствовала, что вся кровь разом отхлынула от лица, а дыхание предательски участилось.
─ Кто выпустил тебя из ада? Я слышала, что оттуда не возвращаются.
Мой наставник рассмеялся.
─ Выслали бандеролью, куколка. Нет, я не тяну тебя за собой навечно. Оплатишь долг и получишь вольную.
Я уселась на жёсткий стул и закинула ногу на ногу.
─ Мне нужно месяц, чтобы вернуть форму, а лучше два. Сейчас моё тело бесполезнее боксёрской груши.
Игорь примостился на краешке стола.