Наташа Лестер – Ее секрет (страница 36)
Лео почувствовала, как ее рука, которая в радостном волнении продолжала стискивать его ладонь, обмякла.
– И вы поступили так сознательно? – прошептала она. – Со мной?
Бенджамин в ответ лишь пожал плечами.
– Я знал, что без денег вы не сможете добиться того, чего хотите. И что если я подожду…
– Я приду и стану умолять вас о помощи, – закончила вместо него Лео. – Получается, все, что вы говорили на пароходе о целеустремленных людях, восхищаясь моей решительностью, было ложью?
– Напротив. Я знал, что если вы проявите достаточно решимости, то сможете переступить через свои моральные принципы и принять мое предложение.
В нем снова проглянул безжалостный хищник, и осознание этого отбросило Лео на пять шагов назад после того, как она сделала большой шаг к нему навстречу.
– На чем все-таки основано ваше предложение?
– Я никогда не делал особого секрета из того, что хочу вас. – Бенджамин не сводил глаз с ее лица, и на сей он раз он даже не пытался скрыть своего желания.
– В таком случае, я тоже должна сказать вам кое-что, – ответила Лео. – Пришел мой черед быть честной.
– Позвольте, я облегчу вам задачу, – сказал он. – Вы не любите меня. Кто-то разбил вам сердце. Но мне и не нужна любовь. Потому что, возможно, вы не единственная, у кого разбито сердце.
Вот теперь Лео заметила в его глазах еще кое-что помимо желания. Это была затаенная боль, слишком хорошо известная ей самой, ведь она таилась и в глубине ее глаз.
– Мы с вами составим достойную пару, – сказал он. – У вас есть талант к бизнесу.
Однако на ее вопрос он так и не ответил, и потому она была вынуждена повторить его:
– Но насколько сильно весь этот бизнес зависит от нашего союза? И согласитесь ли вы продолжать его, если поймете, что у вас нет ни единого шанса…
– А у меня нет ни единого шанса?
– Я не знаю.
Бенджамин пожал плечами.
– Что ж, по крайней мере, вы не ответили решительным отказом. Кроме того, бизнес есть бизнес. Я хочу делать деньги и всегда буду этого хотеть, что бы ни случилось.
Лео предпочла поверить ему, радуясь возможности сменить тему. Она задала вопрос, и он дал ей гарантии. Так что теперь она сможет успокоить Джиа.
Авто остановилось напротив здания штаб-квартиры «Ричиер Индастриз», и Лео открыла дверцу.
Бенджамин протянул руку и придержал ее.
– Вы ведь не ждете Эверетта Форсайта, нет?
Лео замерла, не в силах пошевелиться, и лишь дыхание ее участилось, не позволяя ответить.
– Не думаю, что Матти Форсайт принадлежит к числу женщин, готовых отпустить своего супруга, – сказал он. – Особенно теперь, когда у него появился очень успешный бизнес. Деньги. И ребенок. Я бы сказал, что только некоторые желания исполняются, если ждать достаточно долго. Некоторые, но не все.
Лео постаралась сохранить выдержку и ровным голосом ответила:
– Мне нужно работать. – Она сделала шаг в сторону. – В конце концов, я же должна зарабатывать для вас деньги, не правда ли?
Глава пятнадцатая
Салон распахнул свои двери перед клиентками в сентябре 1920 года. В этот день Лео стояла в большом зале вместе с Джиа и Лотти, и гордость переполняла ее. Граммофон наигрывал песню Эла Джолсона[3] «Авалон», на стенах висели увеличенные изображения рисунков, украшавших крышки компактной пудры «Ричиер», а прочую косметику она разместила на стеллажах вдоль стен приемной. Пудреницы стояли открытыми в ожидании пальцев, готовых нырнуть в них, умоляя и предлагая попробовать себя. Единственное, что печалило ее, – отсутствие рядом Джоан. Подруга пришла бы в восторг при виде того, как далеко продвинулась Лео с того времени, когда они впервые испробовали на себе черную тушь для ресниц в отцовской аптеке. Лео постаралась отогнать от себя эту мысль. Джоан не вернется, теперь она понимала это совершенно точно. Попросив Джоан помочь ей с ребенком, она потребовала от нее слишком многого и потеряла подругу навсегда.
С трудом отогнав от себя мысли о прошлом, Лео наполнила три бокала шампанским и передала их по кругу.
– Давайте выпьем за салон красоты «Ричиер». Чтобы он стал одним из самых посещаемых мест в Верхнем Ист-Сайде.
– Правильно! – присоединились к ее тосту Лотти и Джиа.
Лео отставила в сторону бокал и горько улыбнулась.
– Ваши бы слова да богу в уши, иначе я разорюсь окончательно.
– Разве ты не получаешь жалованье? – в ужасе осведомилась Лотти.
– Двадцать долларов в неделю. Бенджамин говорит, что я должна брать больше, так что его вины в этом нет. Просто я не хочу делать этого, во всяком случае, до тех пор, пока салон красоты не начнет приносить прибыль. – Лео опустилась в ближайшее кресло. – Каждую ночь, когда я ложусь в постель, меня начинают преследовать кошмары – что я трачу деньги Бенджамина, а отдачи все нет. Что наши изделия никому не нравятся. Что на рынке для них не осталось места, потому что Элизабет Арден полностью захватила его. – Она покачала головой. – И это – самая зажигательная речь, которую я смогла произнести в день открытия?
– Мы просто должны привлечь людей, – уверенно заявила Лотти. – А с нашей рекламой это обязательно случится.
– Не забывай, у нас есть еще и Фэй, на которую вполне можно положиться, – сухо добавила Джиа. – Как ты думаешь, она хотя бы придет на открытие?
– Она ни за что не упустит такой возможности, – отозвалась Лео. – Или чтобы ткнуть нас носом в тот факт, что никто не явился, или чтобы присвоить себе всю славу, если люди все-таки придут.
Они дружно рассмеялись. И тут какая-то женщина подбежала к двери, постучала, и Лео впустила Лили Деланси, ту самую особу, которая помогала создавать и запускать их нашумевшую рекламную кампанию.
– Я пришла за тушью для ресниц, – с улыбкой пояснила она.
– Конечно, – улыбнулась в ответ Лео. Она взяла со стенда тушь для ресниц, румяна, губную помаду и пудру, сложила их в пакет и протянула его Лили. – Вот, возьмите.
Лили вытащила кошелек, но Лео покачала головой.
– Это подарок, – сказала она. – Вместо спасибо.
Улыбка Лили стала шире.
– Спасибо
Лео просияла. Именно об этом она мечтала: дать женщинам шанс и возможность. Сделать так, чтобы они чувствовали себя счастливыми, а не хитроумными грешницами, стыдящимися того, что прибегают к косметическим средствам.
Она с восторгом смотрела, как Лили выскочила из салона, и тут увидела, как к тротуару подрулило авто, из которого вышел мужчина с огромным букетом бордовых роз в руках. Он помахал Лео. Она вновь отворила дверь, на этот раз – чтобы впустить Эверетта Форсайта.
– Мои поздравления, – сказала он, вручая розы, и запечатлел целомудренный поцелуй у нее на щеке.
– Спасибо. – Лео знала, что поступок Эверетта отразился неописуемой радостью у нее на лице, но ей было наплевать. – Мои любимые.
– Я помню, как ты однажды рассказывала мне об этом.
– Давайте я возьму их и поставлю в воду, – предложила Лотти.
– Я и сама могу это сделать, – возразила Лео.
– Нет, ты оставайся здесь. Все равно мне пора работать.
– А мне надо съездить на фабрику. Пока, Эверетт. – Джиа помахала ему рукой и вышла из салона красоты.
Лео рассмеялась.
– Они что, решили оставить нас одних?
Эверетт улыбнулся.
– Я тоже так думаю. – Он немного помолчал. – Они знают?
– Я ничего им не говорила. Но, похоже, они обо всем догадались сами.
Эверетт направился к дверям.
– Я хотел, чтобы ты знала: сегодня я думал о тебе. Но остаться не могу. Я боялся, что здесь будет Бен.
– У меня такое странное чувство, что он выжидает, чтобы посмотреть, окажется ли салон красоты успешным, прежде чем заглянет сюда. И я, кажется, понимаю его. Никто не хочет, чтобы его имя ассоциировали с провалом.
– Провала не будет, Лео, – мягко сказал Эверетт.
Лео открыто взглянула ему в лицо и тут же пожалела об этом. Это было выше ее сил – видеть губы, которые она когда-то целовала с таким самозабвением, тело, которое она прижимала к себе, мужчину, с которым она по-прежнему хотела провести остаток жизни.