Наташа Фаолини – Изгнанница для безликих_многомужество (страница 12)

Возле полупустого стола нас ждал Варт — безликий, что пообещал имущество и безопасность в лагере в соседнем городе. Я не отказала ему категорически, но и не приняла. Он был странным, темнил, я не могла раскусить этот орешек, поэтому решила подождать и не делать поспешных умозаключений. Подожду, пока покажет себя.

— Скажи, мы сможем выдвинуться в то место, о котором ты рассказывал прямо сейчас? — спросила его, как только опустилась на соседний стул, утомленно выдохнув на всю мощь легких.

— И это весь ваш отряд? — из-под капюшона послышался смешок. — Четверо не сильно-то и больше одного. Пусть даже все они магически сильны, но против двух сотен слабых магов не выстоят. Даже эрмиры запасаются лучше.

— Я чужого мнения не спрашивала, — недовольно поджала губы.

— Тихо-тихо, красавица, дело твое, но при первой опасности убегу, сражаться за тебя не буду. Подлечусь только твоей энергией в обмен на путь к лагерю.

— А ты своего не упустишь, — ухмыльнулась я, — по рукам! Но только смотри, я тоже на твое благо стараться не собираюсь, под ногами сильно не путайся.

— Тогда нужно подготовиться, запастись едой, переодеть тебя во что-то приличное, церемониальная женская одежда выглядит невинно, но, кажется, дикие в таком мешке корнеплоды носят.

Стоит признать, что одежда и правда была такой себе. Холодало, на улице давно уже не лето, а ткань не плотная. Да и кто вообще меня переодел?! Безликие, принесшие меня сюда явно надеялись, что я выберу их, вот только даже подсказок никаких не оставили. Святая простота.

— Я бы оскорбилась, но сил уже нет, идемте отсюда поскорее!

Как показала трехчасовая практика, добыть еду в разрушенном городе не так-то просто даже для сильных магов тьмы. Безликие умели ловить тьмой птиц, иногда получалось найти грызунов и даже вышло растащить завал продуктового магазинчика, работая впятером. Мне-то не давали даже камушек ногой пнуть. Рем тащил с собой стул всю дорогу и усаживал меня в него, как только делали остановки.

Я далеко не все знала о безликих, но получилось выведать небольшой секрет — магией они могли сбрасывать вещи в бездну, как в безразмерную ячейку для хранения, а потом без проблем извлекать припасы обратно, как только появляется нужда. Узнав это, сначала стало завидно, потом грустно, а следом радостно — по крайней мере, магию Рема в этом плане я точно могла эксплуатировать.

— Кли, пить хочешь? — крикнул издалека Тит, махая мне рукой, в которой держал бутылку, которую только что наполнил водой из старого колодца, он опустил капюшон, чтобы я видела лицо, и улыбался ярко, как полуденное солнце.

Не успела ответить, как рядом оказался невозмутимый Элим, протягивая мне кружку с водой. Мужчина даже не взглянул мне в глаза, снова скрываясь в обвалах.

— Эй, я же первый у нее спросил! — раздраженно выкрикнул Тит, насупившись, словно еж.

В конечном счете, все было сделано до обеда. Мне нашли одежду и обувь в завалах модного магазина. Его почему-то даже не стали пытаться разграбить до нас. Та одежда, что находилась в коробках, почти даже не была порванной, они были в самом низу, не попадая ни под дождь, ни под пески, поднимаемые ветром.

— Ну, теперь можем идти, — заключил Варт, когда все собрались в одном месте, насобирав кучу полезного барахла.

ГЛАВА 11

Мы с Ремом шли, держась за руки. Солнце постепенно стихало, в права вступал осенний прохладный вечер, передающий атмосферу неповторимого уюта. Мне всегда нравилось кутаться в одежды в такие вечера и не отлипать от костра. Иногда даже позволяла себе тратить воду, заваривая собранные травы.

Неподалеку болтал Тит, пытаясь всех развлечь, а Варт играл в великого исследователя, идя впереди и не принимая никакого участия в разговоре.

Трой, как и обещал, пытался услуживать и ничем не расстраивать. Он поставил для меня найденную ранее палатку ближе к ночи, когда мы решили сделать привал, ловко оборудовав ее изнутри несколькими дырявыми пледами. Костер никто разводить не спешил, хотя уже было ощутимо холодно.

— Мы с Элимом заберемся выше и будем наблюдать, чтобы никто сюда не подкрался, пока Кли будет отдыхать, — отчитался Тит перед всеми, после чего два друга скрылись в темноте.

— А я пойду, поищу себе место для сна, — развел руками Варт.

— Я буду здесь неподалеку! — серьезным тоном промолвил Трой, уверенно кивнув капюшоном.

— Идем, Рем, — зевнула, сгребая руку мужа в ладонь и разворачиваясь к палатке.

— Ты хочешь, чтобы я охранял тебя в палатке?

— Нет, будем спать вместе, как тогда. Холодно, одна я не смогу уснуть.

— Я не спал тогда, — не моргнув глазом, загробным голосом поведал безликий.

Внутри шатра было уютнее и теплее, если сильно поощрять воображение. Резиновые неоновые стены просвечивались на свету луны, и по играм теней можно было заметить, если бы кто-то подошел к палатке.

— Будешь спать в плаще? — прошептала, с сомнением разглядывая Рема, словно самурай сложившего на бедрах могучие руки.

Я сама скинула в сторону новую флисовую кофту, решив в первый же день не марать обновку потом, закутавшись в три слоя одеял. На теле оставалась только тонкая майка и штаны.

Рем не стал отвечать — расстегнул плащ, снял его и осторожно сложил, откладывая в сторону.

Чисто женский взгляд сразу прилип к мускулистому мужскому телу, карманный эстет пнул сердце, ускоряя его в три раза, и откинулся, удовлетворенно дрыгая короткими ножками. Даже в полутьме Рем казался Аполлоном, сошедшим с обложки женского романа. Кожа цвета железа манила, хотелось прикоснуться, чтобы проверить, так же ли она тверда, как металл, будет ли такой гладкой и приятной для подушечек пальцев.

Мужчина не двигался, позволяя мне любоваться. В конечном счете, я устыдилась, румянец окрасил щеки, слава богу, в темноте это было незаметно. Я отвернулась, забираясь под одеяло.

— Кли, можно обнять тебя?

— Да, — кивнула я, пытаясь скрыть радость, бурлившую внутри в тот момент.

Пододвинувшись ближе, Рем притянул меня к себе, ласково обвив руками и уткнувшись носом в макушку. Я тут же прижалась ступнями к его голеням, пытаясь согреться.

Предполагалось, что так я должна была заснуть, но не отгулявшие в подростковом возрасте гормоны внезапно взбунтовались. Тело стало реагировать на тесные объятия с двухметровым привлекательным мужчиной, по позвоночнику пробежали мурашки, опускаясь к бедрам и сворачиваясь в пульсирующую воронку в нижней части живота.

Тело Рема, оказавшееся в паре сантиметров от моего лица, пахло волнующе. Я точно знала, как пахли обычные мужчины, мало у кого в Общине была возможность мыться часто — смрад как от квашеной протухшей капусты следовал за мной везде.

Безликий пах, как какой-то загадочный мужской парфюм с полочки дорогого магазина. Это был запах полыни, теплой древесины и невообразимой свежести прямиком из детства, окутывающей засыпая на постиранном постельном белье. Завтра ты проснешься, мама сделает яичницу с беконом, а потом вы пойдете гулять, заскочив к папе на работу, чтобы принести ему обед.

Опомнилась, когда уже нагло обнюхивала Рема, уткнувшись носом ему куда-то в район груди.

Попыталась отстраниться, но мужчина позволил забрать лишь несколько сантиметров расстояния между нами, а после и вовсе опустил голову, во тьме нащупывая губами мой рот.

Объятия уже сильно отличались от невинных обжиманий, предназначенных для согрева холодной ночью. А слово «фиктивный» в описании нашего брака трещало по швам. И… черт возьми, почему меня это только радовало?!

Сжав дрожащими пальцами ткань пледа, выгнулась, ожесточенно вжимаясь в губы Рема, его рот приоткрылся, наши языки встретились. Тело мужчины завозилось рядом, большая рука скользнула по ноге, сжимая бедро, а потом отпуская, словно опомнившись. Дыхание было тяжелым, прерывистым, как у загнанного зверя, но поцелуй фонтанировал чувствами, которые никто из нас в жизни не выражал так ярко — то опускаясь к чему-то медленному и нежному, то снова взрываясь страстью.

В разногласии собственных эмоций не заметила, как слезы побежали по щекам.

— Кли, ты плачешь? — хрипло, но обеспокоенно спросил Рем.

Несколько секунд я не знала, что ответить, а потом решила… правду.

— Мне страшно Рем, — просипела я, прижимая ладони к лицу.

— Если не хочешь, я не буду тебя целовать.

— Я не о том! — всхлипнула еще сильнее. — Я не понимаю, во что превращается моя жизнь, до сих пор не верю, что все правда… Я всегда была одна, никому не нужная, гуляющая сама по себе в мире, ставшем отстойником. Мне так отчаянно хочется верить тебе и ребятам, но я боюсь… А если мышеловка захлопнется? А вдруг ты исчезнешь также стремительно, как и появился? А еще я убила человека! — вывалила на него все, что волновало все эти дни.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Рем притянул меня к себе обратно, позволив уткнуться носом в широкую грудь.

— Я не оставлю тебя. Клянусь. До последнего вздоха буду рядом. И даже после смерти найду тебя, чтобы охранять. Ты больше не одна. И никогда не будешь.

— Правда? — всхлипнула я и шмыгнула носом.

— Да, — уверенностью, что сквозила в голосе Рема, можно было резать камни.

— Только не вздумай умирать! Присматривай за мной так.

Рем молчал, и я уже успела подумать, что заснул, но, когда подняла голову, заметила, что уголки губ мужчины приподняты. Мы встретились взглядами, и я робко улыбнулась в ответ.