Наташа Фаолини – Инструктор-попаданка в мужской военной академии (страница 7)
Как только встретилась взглядом с небесно-голубыми глазами Грея, внутри что-то щелкнуло. Я не могла больше отвести взгляд, рассматривая по-мужественному красивое лицо моего наставника. Рядом с ним находиться было очень приятно и уютно и даже один раз в голову закралась мысль признаться ему в том, откуда я, но сразу же была отогнана, я пьяна, но не самоубийца. Сейчас он верит, что я непричастна к смерти студента, но все может измениться из-за лишней правды.
Бутылка все пустела, мы говорили на отдаленные темы, никак не касаясь личного. Грей тоже был осторожен в разговоре.
В какой-то момент, я, видимо, перешла черту выпитого, потому что воспоминания оборвались.
Я лежала в теплой кроватке, укутанная в одеяло, а под боком было что-то горячее. Масляный радиатор? Я резко распахнула глаза. Нет, Грей. Всклокоченный мужчина безмятежно спал, а я, кажется, на нем полулежала, обнимая рукой и ногой.
Осторожно заглянула под одеяло и обнаружила, что мы вдвоем полностью голые.
Нет-нет-нет! Что я натворила?!
В дверь кто-то постучал, а мою голову, вместе с громким звуком, прошибли воспоминания.
В какой-то момент, ближе к ночи, Грей решился, пододвинулся ближе, навис сверху и накрыл мои губы своими. Все вместе: алкоголь, запах его одеколона и взаимная симпатия породили настоящую бурю. Скромный, невесомый поцелуй превращался во что-то дикое, настоящую борьбу, где еще непонятно было, кто из нас нападал. Особенные метаморфозы произошли с Греем, потому что пока я лишь оглаживала его торс, затянутый в одежду, мужчина уже аккуратно стягивал с меня сорочку.
Зато потом я отыгралась, когда опрокинула его на кровать и забралась сверху. Правда, недолго проявлялась моя доминантность, потому что Грею хотелось быть главным. И получалось у него прекрасно. Даже сейчас, вспоминая все подробности, щеки краснели, а внизу расцветало приятное томление.
В дверь снова постучали, уже порядком громче, кто-то дергал ручку, подпертую стулом.
— Черт, дознаватель! Грей, проснись! — я стала тормошить сонного мужчину.
— Что? Где? Нападают?! — Грей вскочил с кровати, машинально закрывая меня широкой спиной, выкатив грудь колесом.
— Нет же, одевайся быстро, — я в скором темпе собрала с пола его одежду и впихнула взъерошенному мужчине в руки.
Грей озирался и не мог понять, что происходит. Врага не видно.
— Быстро в шкаф! — гаркнула я и мужчина подпрыгнул, став выискивать глазами указанный предмет интерьера.
— Но у тебя только комод! — взмолился военный, с перепугу перейдя на «ты», а в глазах был отчаянный страх того, что я стану расфасовывать его по полкам комода.
— Блин! Тогда под кровать!
Мы вместе присели на пол, чтобы заглянуть под наше ночное лежбище, но там хватало места едва ли для коробки и небольшого чемодана, но уж никак не для крупного мужчины.
Тем временем в дверь уже ломились более настойчиво.
— Рина Урсула, откройте! — возмущался Бастиан в коридоре.
— Минутку! Я только проснулась! — крикнула в ответ, добавив в голос все свое негодование по поводу столь раннего визита.
На самом деле, Бастиан предупреждал, что наведается утром, но откуда мне было знать, что времяпровождение с Греем так приятно затянется?
Пока Грей впопыхах одевался, я натянула на себя порванную в порыве страсти ночную сорочку и метнулась к столу, пытаясь придумать, куда спрятать пустую бутылку с бокалами, но случайно ее неаккуратно задела и бутыль со звоном разбилась об пол.
Понимая, что уже полностью, как всегда, запорола ситуацию, присела и с грустным лицом стала собирать осколки. Кажется, я нарушила половину запретов для преподавателей одним махом! Переспала с другим преподом, да еще и пила! В принципе… жалеть особо не о чем…
— Осторожнее, — проговорил Грей, присев рядом и отстраняя мою руку, немного поглаживая ее большим пальцем, — не пораньтесь.
Я подняла глаза на мужчину и внутри снова что-то затрепыхалось. Кажется, я провела эту ночь с лучшим кандидатом из всех возможных. Он сосредоточенно собирал осколки, а между бровей появилась глубокая складка, поседевшие волосы на висках не были уложены, да и морщины на лице выдавали, что ему давно уже не двадцать, но я словно завороженная не могла отвести взгляд.
В моем мире таких красивых мужиков разбирают еще в школьные года. Но это измерение настолько странное, насколько и мужчины одиноки.
Звук падения стула вывел меня из усердного разглядывания лица Грея. Дверь открылась, а на пороге появился недовольный Бастиан, лицо которого и вовсе зло сморщилось, когда обстановка в комнате была просканирована.
Шестеренки в моей голове завертелись с бешеной скоростью. Вмиг было принято единственно верное стратегическое решение.
— Я в душ, — крякнула, схватила вещи и рванула в коридор, — постерегите, чтобы в душевую больше никто не заходил, пока не выйду.
Захлопнув за спиной дверь, смогла выдохнуть спокойно и протереть запястьем лоб. Потное выдалось утро!
Поговорить с Бастианом все равно пришлось, но это было уже спустя полчаса, после успешной моральной подготовки и пятнадцатиминутного уверения моего отражения в зеркале, что оно кремень и со всем справится.
— Я хочу проверить, можно ли снять магический слепок с артефакта, — дознаватель кивнул на мой телефон, на котором уже в сотый раз проигрывалось происшествие двухдневной давности. Заряда осталось менее семидесяти процентов, а я еще не сделала ни одного селфи в новом мире, но стоически терпела испытание.
— Попробуйте, — равнодушно пожала плечами, поправляя прическу, — но вот что я вам хочу сказать, убийца либо садовник, либо дворецкий.
— Дворецкого в академии нет, а садовник за день до убийства Мартина взял недельный отпуск, чтобы съездить к родне в Мердок, — нейтрально проговорил Бастиан, задумчиво нахмурив брови.
Я хлопнула по столу ладонью и взмахом головы откинула волосы назад.
— Дело раскрыто! Это он!
— Откуда такая уверенность?
— Уж поверьте, — хмыкнула, — я знаю, о чем говорю.
Детективов с детства начиталась.
— Где вы видели садовника, который умеет летать на тросах, разбивать ногами окна и бить метательным ножом точно в цель?
— И как вы только заняли этот пост? — я закатила глаза, скрестив руки под грудью, — очевидно же, что это засланный казачок, а не обычный человек, который подстригает кусты! Проверьте документы, уточните, когда он был принят на работу! Если даты не сойдутся, ищите другие зацепки, даты, опрашивайте людей! Делайте же что-то полезное, а не донимайте прекрасных дам… или рин! — фыркнула я, поднимаясь со стула, — а сейчас мне пора на урок.
Двинулась к двери походкой Мэрилин Монро, ловя со спины задумчивые вздохи.
В расписании сегодня стояло два «практическо-семинарских» урока у моего любимого выпускного курса. Я некоторое время привидение шаталась у информационной доски с расписанием на втором этаже, пытаясь понять, что это значит. Практическое — допустим, семинарское — тоже, но что они значат вместе я в душе не отсекала.
— Вы должны проверить на практике, насколько хорошо они усвоили информацию с лекционных занятий, — осведомил меня незнакомый голос за спиной.
— Спа… — я повернулась и осеклась на полуслове.
Отвернулась. Зажмурилась. Сжала краюшек ткани платья в пальцах.
Нет, не надо мне больше красивых мужиков! Ну пожалуйста! Я кремень. Я кремень!
Хотя… взгляну еще одним глазком…
Глава 7
Кивнув своим мыслям, развернулась на каблуках, вперившись тяжелым изучающим взглядом в незнакомца. Он также внимательно, но беспристрастно исследовал меня в ответ.
Лаково-черные волосы мужчины были уложены, виски выбриты практически под ноль. Безбородое лицо почти идеально симметричное, с плоским лбом и ершистыми бровями, с жемчужно-серыми глазами, которые взирали насмешливо и с некоторой долей неприкрытой надменности.
Я краем глаза заметила Сигурда, с унылым видом вышагивающего по коридору со своим огромным вещмешком, в который поместилась бы не только тетрадь, а и половина академии, вместе с другими учениками, когда незнакомец вкрадчиво заговорил, протягивая мне руку:
— Здравствуйте, меня зовут Лютин де Левьер, я ищу свою сестру, Урсулу.
Я застыла, взирая на брата Урсулы глазами по пять копеек, хватала ртом воздух. Перепуганное сердце взбесилось и отказывалось функционировать в привычном темпе. Ноги стали ватными и лишь чудом и силой гнева, жаждой не быть казненной, устояла на двоих и смогла держать выражение лица.
— Вам нехорошо? — кажется, искренне забеспокоился мужчина, сделав шаг вперед.
Мне показалось, что глаза мужчины нехорошо заблестели, стали более хищного разреза, словно хозяин унюхал добычу. Хотя я и не была настолько перепугана.
Сигурд, прислушивающийся к нашему разговору, остановился рядом, частично загородив меня плечом.
— Вы тут официально? Территория академии охраняется. Как проникли? — холодно поинтересовался Сигрудушка у брата девицы, что бросила меня в этом мире без спасательного круга, если не брать в расчет ботфорты. Единственное, с чем могли они подсобить — помочь соблазнить богатого мужика. Но пока из богатых тут только ректор гей и королевский дознаватель сноб. А я все еще не решила какая из зол меньшая.
— С сегодняшнего дня я числюсь в академии как один из новых преподавателей. Не успел к началу занятий. Я узнал лишь неделю назад, что сестрица тоже сюда прошла обучать нашему семейному делу жаждущих студентов. Не знаю, как она выглядит, видел ее последний раз четырехлетней малышкой. Вот и решил поспрашивать.