Наташа Евлюшина – Мечта. Море. Любовь. Сборник рассказов о любви к себе, друг другу и своему пути (страница 6)

– Обернись вокруг, мы уже выбросили все, что я хотела бы попробовать. В этом мире не осталось ничего нового и увлекательного для меня.

– Забудь сейчас про дело всей жизни и свою особенность. Мы просто будем развлекаться. Диктуй, – говорю я и готовлюсь записывать.

– Мне нравилась ходить в кинотеатр и хрустеть в холодном зале попкорном, – вспоминает Ульяна.

– Кино. Отлично. Что еще?

– Музыка. Я слушала сборники на кассетах. Рисование. Прогулки по озеру и в парке. Книги, конечно.

– А чего у тебя никогда не было? – задаю я вопрос из инструкции.

– Куклы! – моментально отвечает Ульяна. – У меня никогда не было красивой куклы. Помнишь, раньше были такие с пробором посередине головы, из которого пучком торчали волосы? Вот у меня такая была. Отстой полнейший.

– Что ж, сегодня отличный день, чтобы залатать эту дыру в твоем сердце, – говорю я и захлопываю блокнот. – Десять минут на сборы, и мы идем в магазин.

– Зачем?

– За куклой, конечно.

***

Ульяна расчесывает длиннющие волосы куклы и буквально сияет от счастья. А я сижу в кресле напротив и наблюдаю за этим чудесным преображением, но все еще не могу понять, в каком направлении двигаться дальше. По вискам стучит: ответ всегда на поверхности. И мое время на исходе.

Что же такого необычного в этой обычной девушке?

Телефон издает короткое «пи», и я понимаю, что должна задать тот дурацкий вопрос.

– Что ты сейчас чувствуешь? – спрашиваю я.

– Счастье, – не задумываясь, отвечает Ульяна.

Да уж, порой для счастья человеку надо так мало – всего лишь зайти в отдел с детскими игрушками.

– Это странно? – спрашивает Ульяна.

– Что странно?

– Ну, взрослая тетка играется с куклой и чувствует себя при этом счастливой.

– А разве смысл жизни не в том, чтобы чувствовать себя счастливой? И какая разница, что́ ты при этом делаешь? Можно? – говорю я и протягиваю руку.

Я кручу куклу в руках, а затем отдаю обратно хозяйке.

– Такая модная, такая красивая, – говорю я. – Хотелось бы мне быть такой.

– А что не так с тобой? – спрашивает Ульяна.

– Сегодня фотосессия, а у меня вот что на голове, – говорю я и показываю на свои ужасные волосы.

– Возможно, – она трогает руками мои волосы, – я смогу с этим помочь.

– Правда?

– Да, – говорит она и показывает на свою прическу. – Это все я сама сделала.

Ульяна усаживает меня перед зеркалом и достает из-под кровати какой-то незнакомый чемоданчик. Черт, а вот под кровать я не додумалась заглянуть. Она набрасывает на меня накидку и раскладывает на столе парикмахерские принадлежности: мисочки, расчески, ножницы. Я ощущаю себя, как в настоящем салоне красоты, и с изумлением наблюдаю за Ульяной. Теперь она главная на этой площадке.

– Я хочу тебя покрасить, – говорит Ульяна. – Этот цвет просто ужасен.

Я молча киваю в знак согласия.

– Уберу желтизну и слегка затемню твой тон, – продолжает Ульяна. – Будешь выглядеть немного мягче и вместе с тем благороднее.

Я просто киваю. Потому что понятия не имею, что сейчас происходит.

– А стрижка, – говорит Ульяна и перекладывает мои волосы вперед, – думаю, тебе пойдет каре. Да, это вытянет лицо. И вообще – будешь красоткой.

Мне остается только кивнуть и ждать результата. Ульяна берет тюбики с краской и смешивает их в миске, добиваясь нужного оттенка. Она делает все очень сосредоточено, но при этом увлеченно. А я однозначно чувствую себя как в настоящем салоне красоты. И в голове звучит: ответ всегда на поверхности.

– Ты прям как профессиональный парикмахер, – не выдерживаю и говорю я.

– Ой, скажешь тоже, – отмахивается Ульяна. – Цвет не тот получается. Я хотела немного другой оттенок.

– Цвет шикарен! – настаиваю я.

И это правда. Мои волосы никогда не были такого потрясающего оттенка.

– И каре так себе получается, – добавляет Ульяна.

– Неправда, – настаиваю я. – Все хорошо получается. Ведь это еще не конец. Мы же в процессе. Подожди, а ты что раньше никогда…

– Никогда. Ты первая.

– Да ладно? – удивляюсь я.

Не поверю, что Ульяна раньше никогда никого не стригла и не красила. Ведь у нее это отлично получается. И я вижу ее лицо – оно такое же счастливое, как при игре с куклой. Ну, за вычетом этого нездорового перфекционизма.

Когда мой новый образ завершен, Ульяна грустно подытоживает:

– Неидеально.

– Неидеально? – недоумеваю я. – Но это первый раз! В первый раз ни у кого не бывает идеально! Но с каждым разом будет получаться все лучше и лучше.

А я смотрю на себя в зеркало и не могу отвести глаз. Это не я, нет, в отражении какая-то другая девушка. В отражении – та кукла, что я держала в руках пару часов назад. И она просто изумительна. У меня на глазах наворачиваются слезы. Всю свою жизнь я считала себя некрасивой, но только не сейчас. Я не знаю, в чем дело. В прическе ли? В цвете волос? Но почему ни один другой парикмахер не мог показать мне мою красоту? А эта обычная, на первый взгляд, девушка смогла.

– Это все глупости, – отмахивается Ульяна. – Быть парикмахером…

– Непрестижно? – я наконец-то нащупала истинный путь и продолжаю настаивать на нем. – Неблагородно? Что же скажет мама? Что же скажет кто-то в толпе? Почему вообще, если тебе что-то нравится, ты спрашиваешь разрешение у мира? Почему ты просто не возьмешь свое право на свой выбор?

– Потому что я – не парикмахер.

– А что́ мешает стать им? Если чего-то не умеешь, не значит, что этому нельзя научиться. То есть ты готова всю жизнь заниматься нелюбимым, но якобы благородным делом вместо того, чтобы делать то, что тебе действительно нравится? Вот, что странно.

– Стричь волосы, Мара, – это не суперсила. Это не та особенность, ради которой я тебя наняла.

– Ты думаешь, что сейчас просто постригла мне волосы? О, как же ты ошибаешься.

– Что ты несешь?

– Любовь, – не задумываясь, отвечаю я первое, что приходит в голову, и вдруг все понимаю. Корпорация «Обычные люди» – это не про таланты и не про особенность. Это про любовь. Про любовь к своей жизни, своему делу, к себе. Про любовь к каждому прожитому дню, даже неидеальному. А там, где есть место любви, находится место и таланту.

На моем телефоне раздается короткое «пи». Нам не нужно смотреть на монитор, чтобы узнать, в чем дело.

– Что ты сейчас чувствуешь? – опережает мой вопрос Ульяна, и я отвечаю, расплываясь в улыбке:

– Воодушевление.

И это правда. Пусть Ульяна не признает, но только что произошло настоящее чудо. Теперь я точно знаю, что мне нужно сделать. И я уверенна: Ульяна – особенная. У нее есть свой талант, и я знаю, как ей его показать. Эта девушка, она уникальная. И она способна изменить целый мир.

Я хочу все ей рассказать, но нас прерывает дверной звонок. Это к лучшему – словами ничего не докажешь. Пусть она походит со своими мыслями, а я пока поиграю в особенную жизнь на пару с Сержем.

– Так больше не может продолжаться, – выпаливает Серж, буквально врываясь в квартиру.

Он, встревоженный и чем-то обеспокоенный, просто мечется по коридору. Как та золотая рыбка в круглом аквариуме.

– Что́ больше не может продолжаться? – спрашиваю я.

– Мы должны все это прекратить, – продолжает бубнеть Серж себе под нос.