Наташа Евлюшина – Чернила. Журналистские истории, профессиональные секреты и практические советы от мастеров слова (страница 4)
Для начала надо понять, в чем нуждается компания, проанализировать ее деятельность и, возможно, найти те места, которые реализованы не на 100%. И понять, что ты можешь предложить в качестве решения проблемы. Можно писать, звонить, напрашиваться на встречи. Сейчас, на самом деле, тех, кто готов работать, очень мало, несмотря на все кризисы и отсутствие хороших вакансий. Поэтому если руководитель адекватный, то он вас примет, выслушает, и даст шанс проявить свои способности. В сфере журналистики, мне кажется, это сделать гораздо проще, чем в том же программировании или инженерном проектировании. Надо стучаться в двери, где-то обязательно откроют.
О ТИПИЧНЫХ ОШИБКАХ И МОЛОДЫХ ЖУРНАЛИСТАХ
Да, во время работы в нескольких журналах я пачками получала такие письма. В основном, дамокловым мечом над авторами таких писем висело распределение. Но не суть. Возможность подготовить тестовый материал была у каждого. То, что вводит в ступор любого редактора, – это просьбы дать темы. Я это считаю дикостью, особенно в наше время, когда информация настолько легкодоступна! Конечно, когда молодой журналист прошел все тестовые испытания, темы он будет получать регулярно, потому как план номера составляется редактором, но изначально нужно проявлять максимум самостоятельности и инициативы! К сожалению, несмотря на огромное ежегодное количество выпускников журфака, писать связно и понятно умеют далеко не все. Еще одна пугающая тенденция: огромное количество молодых журналистов хочет писать статьи, не выходя из дома! И желательно, даже никому не звонив. Меня это пугает, потому что это уже не журналистика. Во времена моего студенчества мне даже в голову не приходило переписывать чьи-то тексты, а сейчас многие даже не думают о том, что нужно куда-то идти, с кем-то вживую разговаривать. Почему-то это стало слишком сложно.
Удивляют отсутствием ориентиров по жизни. Они хотят написать две статьи в месяц и заработать ими среднюю зарплату. Это невозможно. Удивляет, когда журналисты (не только молодые, но и уже довольно опытные) кричат на весь Facebook о том, что готовы браться за тексты любой сложности, умеют работать в сжатые сроки, а после получения задания просто исчезают со всех фронтов без каких-либо комментариев. Я привыкла выполнять свои обещания и этого же требую от своих сотрудников и даже от клиентов. Когда ты подводишь кого-то одного, по цепочке подводится весь коллектив. А, например, бумажные издания имеют свои сроки сдачи в типографию, и в процессе подготовки номера задействовано огромное количество людей, у каждого из которых есть своя зона ответственности. В общем, с такими людьми, которые пропадают, я впоследствии не связываюсь ни по каким поводам и вопросам. Самое удивительное, что спустя какое-то время, они снова начинают строчить посты на тему «дайте работу».
Чаще всего у меня возникают претензии к авторам, когда они не понимают, для кого пишут свои тексты. Ведь очевидно, что для 15-летней девочки и 45-летней женщины подача информации совершенно разная. Отдельным пунктом стоят тексты, которые проще самой написать с нуля, чем редактировать то, что тебе прислали. На журфаке говорят: «Мы не научим вас писать». И это правда: не учат. Поэтому если человек с дипломом журналиста не может писать, вряд ли эта способность еще придет к нему. Удручают орфографические ошибки, просто в бешенство от них прихожу. Конечно, в любом издательстве есть корректор, но неграмотный журналист в моем мире не существует.
Деепричастные обороты нужно искоренять. Если я вижу нечитабельный текст, который я прочитала от начала предложения до конца и не помню, что было в начале, я его правлю. И пишу комментарии, да, не боюсь говорить журналисту, где он не прав. Удивляет, что одни и те же ошибки повторяются из раза в раз.
Простой совет: чтобы лучше писать, нужно очень много читать – и профессиональной литературы, и классической. Года два назад я поняла, что не могу аргументировано объяснить своему сотруднику, что с текстом не так, поэтому стала читать книги известных сегодня копирайтеров. К сожалению, такую литературу на журфаке не рекомендуют, обращаясь всё больше к классическим учебникам, но для работы в наше время она просто необходима. Поэтому и журналисту нужно продолжать учиться самостоятельно – не только на практике, но и теорию подтягивать.
Классическая журналистика – это, безусловно, не совсем копирайтинг, но сегодня надо всем продавать себя, свои умения, свою продукцию. Поэтому полезно и необходимо осваивать разные жанры текстов.
У меня к ним много вопросов. Но я учусь быть менее критичной к себе и к своему продукту. Потому что от неуверенности, что текст идеальный, руки вообще могут опуститься, и ты перестанешь писать вообще. А это гораздо хуже, чем показать миру неидеальный, с твоей точки зрения, текст. Когда ты уже неоднократно доказал и профессиональному сообществу, и самому себе, что не верблюд, нужно уметь хотя бы немного расслабляться в плане придирчивости и предъявления претензий к себе же. Иначе можно застопориться на одном месте.
Мои лучшие тексты были написаны в периоды самых глубоких душевных терзаний. Эмоции стимулируют писать божественно, это правда. Но я считаю, что аппетит приходит во время еды, и вдохновение – тоже. Нужно садиться и работать. И желательно не сравнивать себя ни с кем.
Когда я писала для LADY.TUT.BY, в комментариях было очень много негатива. Да, в большинстве случаев диванные аналитики были не согласны с точкой зрения, высказанной в статье, но попадались и «эксперты» от журналистики. Но собака лает, караван идет.
А вообще я заметила, что люди, достигшие определенных высот в профессии, редко оставляют жесткие комментарии коллегам по призванию, если их того не просят. «Диванные аналитики» – это совсем не та аудитория, которую нужно слушать. Прислушиваться необходимо к тем, у кого хочется учиться.
О СБЫВШЕМСЯ И БУДУЩЕМ
Сейчас быть успешным пиарщиком, не умеючи писать, мне кажется невозможным. Мне нравится быть специалистом в продвижении, я очень комфортно чувствую себя в этой роли и в этой профессии. Хотя редакторская работа мне безумно нравится, но, к сожалению, это не оплачивается настолько хорошо, насколько требует вложений своего труда, сил, времени и энергии. Если в первые годы после окончания университета и можно, и нужно мириться с ограниченным заработком, то будучи опытным и грамотным специалистом – всё же, нет.
Даже не знаю. У многих людей, далеких от профессии, есть представление, что у журналистов хотя бы сама работа интересная. А на самом деле «хоп-хэй-ла-ла-лаэй» только в кино и сериалах бывает.
Я разуверилась, что журналистика – это сплошной креатив и творчество. Не завод, конечно, но в процессах что-то общее у них есть.
Было. В периоды безденежья и тоски никуда не деться от сомнений. В это же время я всегда верила, что вот еще один шаг, и еще один и мне станет лучше, комфортнее в профессии, я пойму, что нахожусь ровно там, где должна быть, – на своем месте. Примерно так и случилось.
Я наслаждаюсь тем, что есть, но это вовсе не означает спокойствие ума. Нереализованных проектов и недостигнутых целей еще предостаточно. Думаю, скоро что-то появится в эфире на страницах в социальных сетях. Не переключайтесь!
Помню, хорошую фразу нам говорили на любимом журфаке: «Нельга быць абыякавымi»8. Интересоваться жизнью, чаще выходить за пределы квартиры и за пределы своих устоев и мировоззрений, ставить цели и добиваться их.
Возможностей вокруг гораздо больше, чем нам кажется. Просто, чтобы их увидеть, нужно смотреть, стучаться в закрытые двери, общаться, знакомиться, преодолевать свои стеснения и страхи. Но самое главное – любить то, чем ты занимаешься. И это не высокопарные слова, а правда жизни: только приверженность своему делу открывает возможности, притягивает нужных людей и придает сил не сдаваться, если пока не всё складывается так, как хочется.
Женя Задора: Надо меньше думать и больше действовать. Когда начинаешь взвешивать: а достаточно ли уровня моего мастерства для того, чтобы браться за этот проект? – вот это уже плохо
фото T&P Studio