Наташа Дол – Пока горит свеча (страница 2)

В это время подоспели бутерброды с колой, но нелепая выходка блогерши испортила им аппетит:

– Придется забрать чертеныша раньше времени, иначе к ней набегут репортеры и сделают из него звезду шоу Опры Уинфри.

Броневик с десятком вооруженных до зубов амбалов чуть не вышиб калитку ворот.

–Срочно на выезд! – орал майор.

Это был их не первый выезд, но по-прежнему было страшновато. За одной выездной группой числилось – пропали без вести. Да. Свирепый трехголовый папаша с ними расправился. Так уж получилось, что он случайно зашел навестить свое чадо. Амбалы молились, чтобы все прошло гладко. Броневик проделал себе дорогу. Какие то пижоны на своих бентли переградили дороги. Ну и сами понимаете.

Амелия взвизгнула от внезапно распахнувшейся двери и бросилась к сыну. Тот пинал неистово колыбель и орал. И не успела напуганная мать подоспеть, как ее с силой шибанул спецназовец в маске. Она отлетела к шкафу и ударилась головой об угол. Обмякшее тело сползло вниз. Второй спецназовец схватил ребенка и сунул его в уже приготовленный ящик для транспортировки.

К несчастью для Амелии это был ее последний раз, когда она видела сына. Как, впрочем, и этот бренный мир.

– Ты что, спятил! – заорал майор. – Ты ее укокал!

– Извините, не расчитал.

Но, видно, материнский дух был силен. И Амелия снова засопела.

Да, так что наша героиня на пару секунд действительно улетела в астрал. Но словно кто-то дернул ее за ноги и притянул назад. Это был Энтони.

Она уже летела по темному туннелю, вспоминая коротенькую жизнь… -Маманя, ты куда?! – крикнул детский голос, и исходил он из ящика для транспортировки.

– Проверь ее пульс, – скомандовал главный.

– Жить будет, но будет ли помнить? – проверял рану женщины спецназовец.

– Лучше пусть забудет. Проследи за этим. Чтобы шума не поднимала. Если понадобиться, сделай ей "укольчик памяти", – хмыкнул главный и вышел, унося ящик с демоническим отпрыском.

Борис в стене не показался: он знал, что его сынулика не убьют, а напротив, сделают еще сильнее.

Глава 2. Становление,. или Джеймс Борн по-демонски

Когда броневик влетел в бункер, ворота наглухо закрылись. Охрана получила впридачу к огнестрелу новенькие серебряные распятия и только в обед священные в спец церкви бутыли с водой.

Энтони рос, как и полагалось, не по дням, а по часам, и к концу недели уже превратился в семилетнего ребенка. Но рожки почему-то так и не росли, зато копытцами он стучал об двери отменно. Ему крайне не нравилось оставаться в заперти, в пустой комнате. Он начал забывать лицо матери: пользоваться телефоном ему не давали. И он не знал, что Амелия по-прежнему вела свой блог, но только не помнила, что у нее вообще был сын. А то селфи, что она выставила с Энтони, не успела отправить в вечные и потому оно пропала через сутки.

В интернате демонических отпрысков кормили, впрочем, не дурно: шашлыки и прочий гриль, так как считалось это вполне подходит отпрыскам из пекла. Энтони правда настойчиво требовал молочки, оттого и молотил копытами, пока не приносили его любимый клубничный йогурт.

А еще он предпочитал свежие салаты из зелени с помидорами. Мать следила за фигурой и это передалось по генам. Ему их тайком приносил коридорный и просовывал в лоточке. Служивый, хоть и был хмурым и черствым солдафоном, но к Энтони почему-то проникся. Порой он останавливался у двери и Энтони перешептывался с ним, прося рассказать сказки. И тот почему-то пересказывал ему его любимый мультик про Чипа и Дейла.

Когда подошла пора, мальчика в намоленных цепях вывели и впервые привели в класс. Другие демонята носили лишь легкие цепочки на ногах. Энтони пока еще не доверяли.

В классе учитель был не один, а целая ученая комиссия. Они и обучали, и попутно изучали полукровок.

В предметы входили: химия, физика, математика, и все то, из чего можно было сотворить военную машину. Иными словами, из демонстрации готовили наемных киллеров, которым не страшны пули.

На этот секретный проект тратились и расходовались огромные деньги из бюджета. Конечно, не все это доходило до демонят, что-то оседало в карманах генералов.

Мальчишки и девчонки с разными наклонностями учились драться, просчитывать шаги противника, стреляли из всего подряд, даже учились управлять вертолетом.

Энтони же просил принести ему карандаши и краски, мячик и барабан.

Главный ученый хмурился, но кивал, мол посмотрим, что выйдет из этого эксперимента.

Особо одаренные левитировали, проходили через стены. Энтони просто посмотрел на будущих одноклассников и поморщился. У них у всех в глазах сверкала адовая озлобленность.

– И что мне тут с ними делать? – повернулся он к сопровождаемому.

Тот пожал плечами:

– Так надо, приказ.

– А что такое приказ? – спросил ребенок.

– Ну это когда тебе говорят, а ты делаешь.

–Но это же глупо: делать и не понимать зачем это.

Дежурный почесал задумчиво затылок и вышел, ничего не ответив.

Так начался новый этап в жизни Энтони.

Ручки, карандаши, альбомы для рисования. Ему говорили срисовывать ядерные боеголовки, пулеметы, а он рисовал новые, им выдуманные макеты, но сам не понимал для чего они нужны.

Ученые просматривали эскизы и поводили глазами. Пахло патентами. Энтони же из одноклассников сразу сдружился с Сарой. У нее были длинные, черные как смоль волосы, а еще она могла расмахивать откуда ни возьмись крыльями, как у огромной летучей мыши. Глаза ее при этом просто горели огнем. А еще она могла рассказывать анекдоты, да так, что вся солдатня покатывалась со смеху.Откуда она их брала, никто не мог сообразить, но всем нравилось.

Однажды учащиеся стояли в перерыве болтали и вдруг остальные ребята притихли. От грохота шагов, казалось, сотрясались стены. На Энтони будто нашла туча.

– Новенький, – пробасил голос.

Это был коренастый мощный уродец из 3Б. Поговаривали, что его папаня ни кто иной как самый что ни на есть Люцифер.

– Ты кто? – обернулся Энтони.

– Я кто? – громко рассмеялся громила и взмахнул острым хвостом.

– Осторожно, это Брюс Всемогущий, – шепнула Сара.

Энтони пожал плечами:

– Ну мне без разницы, – пожал равнодушно плечами подросток.

На этот момент Энтони повзрослел еще на три года.

–Что-то ты похож на слюнтяя, – продолжил коренастый Брюс. – Ты поосторожней тут,– и тыкнул в Энтони мясистым пальцем.

От такого жеста обычно подростки отлетал и впечатывались в стену, но Энтони даже не почувствовал.

Брюс нахмурился и попытался с силой надавить пальцем еще раз. И два, и три…

–Здесь принято щекотать при знакомстве? – наивно спросил Энтони.

Все ждали, что будет дальше. С Брюсом такого казуса еще никогда не происходило.

Энтони протянул к Брюсу руку. Еще даже не успев дотронуться до могучей груди соперника, своей энергией начал его щекотать. Брюс начал кривляться, пытаясь увильнуть, но чем больше он уворачивался, тем щекотнее становилось прикосновение. Уже через минуту громила валялся на полу и истошно вопрошал о пощаде.

Все осмелели и начали хохотать.

–Похоже ты теперь новый герой здесь,– Сара восхищенно улыбалась.

Энтони удивился своей способности, но ему стало жалко Брюса и он протянул ему руку:

– Ладно, вставай.

Громила задумался, но подал руку. Энтони помог ему встать.

– Хочешь дружить? – добродушно предложил Энтони.

Брюс скривился морду и, оттолкнув пацана, побежал по коридору.

Об этом инциденте теперь судачили по всем углам и коридорам не только школота полукровки, но и ученые, и военные.

– Это еще что такое? – испугался следящий за школьниками сержант и поспешил доложить генералу.

– Этот черти что нам всю атмосферу испортит! – возмутился главный. – Мы тут сопляков что ли выращиваем? Как можно было предложить дружбу и защекотать?!

Тут же настрочили раппорт в высшие инстанции. Среди ночи сьехались серьезные уполномоченные шишки и устроили конференцию и дебаты.